Соль и корица. Хроники тихой магии

Глава 7. Чтения на печи

Когда печь «встаёт», дышать на неё нужно не ртом, а словами. Вера так и делала: становилась рядом с заслонкой и читала вслух короткие истории — не из больших книг, а из тех, что сами приходят, когда кипит чайник.

— «Как старик забыл рукавицы у бочки с яблоками и нашёл их весной, и они пахли яблоками, и он понял, что всё это время был у него маленький сад в кармане», — читала Вера, и печь успокаивалась.

Демьян привёз «хлеб на двоих» — такую буханку, которую легче ломать вдвоём, чем одному. Её делали на поминальные дни и на праздники начала. Сегодня — ни то, ни другое. Сегодня — «на ладонь поднялась вода».

— У меня просьба, — сказал торговец из соседнего посёлка, тот, что привозил ткань и крючки. Он впервые пришёл на «чтения». — Я везу заклёпки, а дорога под настилом мокрая. Я ругаюсь, потому что боюсь, что не доеду. Хочу ругаться меньше. Возьмёте меня в круг «на не ругаться лишнее»?

— Возьмём, — ответила Марфа. — Но круг — завтра. А сегодня — просто хлеб и чтение.

Настя села ближе к печи, закрыла глаза и прислонила ухо к тёплому боку.
— Она говорит «спасибо за истории», — сказала девочка так, будто переводила с печного на человеческий.

— Печи понимают «спасибо», — подтвердил Савва. — И не любят, когда на них надувают.

Лука смотрел, как люди дышат вместе с печью. Он в эти минуты всегда чуть завидовал Марфе и Вере — их умению делать из дома не крепость, а «дышащую вещь». И одновременно ему очень хотелось показать, что он тоже умеет. Очень. Прямо сейчас.

В кармане лежала верёвочка — та самая, с «узлом грома», найденным в сарае у старой мельницы. Лука не рассказывал про находку никому: узел был «красивый», и ему страшно нравилось слово «гром» рядом со словом «узел». Внутри где-то уже звенела мысль: а если тихонько… совсем чуть-чуть… для сигналa, не для страха…
Он сжал в пальцах жестяную баночку Саввы. Пахло железом и терпением. Звон внутри поутих.

— Завтра, — сказал себе Лука. — Если и пробовать — то завтра. С утра, когда никто не испугается.

Вера закончила чтение фразой:
— «Кто держит свет — держит память тех, кто идёт мимо».
Она положила новую карточку в коробку: «Чтения на печи: торговец попросил круг «на не ругаться лишнее». Печь сказала «спасибо» Насте. Хлеб — «на двоих».

Персонажи

• Марфа Листопад (30+) — сельская ведьма Камышевика. Лечит травами, плетёт узлы на полотенцах, печёт «булочки-смелинки». Боится громких чудес, потому что в юности один раз «крикнула» магией — и ушёл лёд с реки слишком рано.

• Демьян Хлебников (40) — пекарь из Заречных Печей. Его закваска — старейшая в округе; слышит в тесте «голоса дня». Вдовец, растит дочь.

• Лука Берестяной (17) — ученик Марфы. Считает, что магия должна быть видима и «красиво-эффектна», спорит с учительницей, но сердцем мягок.

• Вера Переход (35) — библиотекарь Библиотеки Перекрёстков. Способна вместе с читателем «дойти» до нужной мысли, если тот держит книгу, как руку.

• Настя Хмель (10) — дочь Демьяна. Вкус отличает по звуку ночных улиц; мечтает стать «слухачом рецептов».

• Алма Журек (60) — травница из Городка Тёплых Ступенек. Учила Марфу, знает «лестничные смеси».

• И круг второстепенных: лодочник Прохор, почтарка Надя, ткачиха Ирка, печник Савва и др.

•