Ночью домовые вышли «на учёт» — не людей, фраз. Тимош стучал под печью равно и серьёзно: «Кто как говорит «спасибо», кто как говорит «потом», у кого в доме любимое молчание?».
Домовики отвечали как умели: скрипом чистой ступеньки, ровным гудом самовара, взвоном чайной ложечки. Настя бегала с угольком и белыми карточками, зарисовывая звуки благодарности: где — «как крошки», где — «как дверца шкафчика», где — «как плед, что разворачивают».
— У плотника «спасибо» — глухое, как свежая доска, — пояснил Тимош. — У почтарки — шуршит, как письмо.
К утру карты переписи показали дыры: на трёх улицах фразы исчезали. Не было ни «спасибо», ни «пожалуйста» — тишина, как после хлопка.
— Там проходил Писарь, — сказал Савва. — Он вырезает короткое, оставляет долгое и пустое.
— Значит, туда первым делом, — сказала Вера. — Но не с лозунгами — с домовой работой.
Домовая книга:
Запись 26. «Перепись разговоров»
— считать «спасибо», «пожалуйста», «потом»,
— рисовать звуком (ложечка, ступень, самовар),
— где дыра — нести звенелку молча и семена разговоров.
Подпись: Тимош. След сажи: три точки и пустое место.
Отредактировано: 20.08.2025