"Солнце, пляж и первая любовь"

10.3

***

На спортивной площадке, где они договорились встретиться, было шумно из-за бегающих и играющих в волейбол детей. Мяч громко стучал по асфальту, слышались крики ребят и быстрые шаги бегущих по площадке спортсменов в лёгких кроссовках.

Василиса вздохнула и хотела уйти в более спокойное место, где можно было бы спокойно поговорить, но её остановил подбежавший Кирилл. Он был одет в лёгкие шорты, футболку и кеды, а на голове была бейсболка, тень от козырька которой падала на лицо.

— Не волнуйся, они скоро уйдут. Их время как раз к двенадцати заканчивается, — сказал парень, обращаясь к девушке. Он похлопал рукой по месту рядом с собой, приглашая Василису сесть.

— Показывай, что у тебя получилось! — с горящими глазами потребовала Василиса, усаживаясь рядом с Кириллом.

Кирилл ничего не ответил.

— Кирилл, ты меня слышишь? — повторила она.

— Угу, — ответил он, не глядя на неё. — Ты получила файл?

Он почувствовал, как она едва ощутимо коснулась его плеча, и по спине пробежали мурашки.

— Да, — тихо ответила она. — Я прослушала. И ещё раз убедилась, что ты очень талантлив. Жаль, что твои родители против музыки.

Кирилл неожиданно повернулся к ней и посмотрел в глаза. В его синих глазах на мгновение промелькнула боль, но тут же исчезла.

На его губах появилась едва заметная улыбка.

Они расположились на трибунах стадиона. Мимо пробежала группа молодых людей: двое юношей и девушка.

— Не говори глупостей, — усмехнулся он, но его смех прозвучал натужно. — Мне до тебя далеко. Ты тоже очень талантлива. И, как говорила Мария Петровна, перед тобой действительно открыты все возможности. Осталось только сделать первый шаг к светлому будущему.

Василиса весело рассмеялась и игриво шлёпнула его по руке.

— Вот уж не думала, что ты у нас такой шутник, Кирилл Васильев! — Она подмигнула ему, оглянулась, задержав взгляд на пробегающей мимо девушке, и вздохнула.

Кирилл проводил взглядом девушку, на которую смотрела Василиса, затем посмотрел на подругу и понимающе кивнул.

«Да, эта девчонка действительно хороша: длинные загорелые ноги, подтянутая фигура, волосы ничего так, но Васька выглядит намного круче. Разве она не понимает, как выглядит на самом деле? Пусть у неё и плохое зрение, но фигура отличная. Нашла из-за чего переживать!»

— Лучше пойдём в кино, — сказал он, поднимаясь и протягивая ей руку.

Он смотрел на неё и думал о том, что скоро этот фарс с дружбой с этой ненавистной ему слепошарой девушкой закончится, и он сможет освободиться от её общества.

Солнце нещадно палило, но это не помешало Кириллу и Василисе в полной мере насладиться просмотром фильма. На этот раз они с особым удовольствием посмотрели американскую комедию с незамысловатыми шутками, которые пару раз за всё время фильма вызвали у них улыбку.

Они вновь устроились на скамейке у фонтана, где продавали мороженое. Кирилл уже успел съесть клубничное мороженое, которое, как он надеялся, должно было помочь ему охладиться в жару.

Он не мог отвести взгляд от девушки, которая аккуратно ела сливочное мороженое. Ему так хотелось признаться ей в своем проступке, но он не мог решиться.

Однако, когда она посмотрела ему в глаза, его решимость, которая только что была так сильна, исчезла, словно её и не было.

«Трус», — мысленно обругал себя Кирилл и отвернулся, чтобы не смотреть ей в глаза.

— Кирилл, ты хочешь мне что-то сказать?

Вопрос Василисы прозвучал как пощёчина: он почувствовал, как его кожа едва заметно вздрогнула.

Кирилл выдохнул и, не глядя на неё, уверенно покачал головой.

— Нет, — тихо произнёс он. — Ничего.

Она пригладила волосы, сделала глубокий вдох и пристально посмотрела на молодого человека, словно пытаясь найти в его чертах лица какой-то намёк. Затем она заговорила:

— Недавно в одном из журналов я наткнулась на статью, — она улыбнулась, доедая мороженое и отправляя обёртку в урну, которая попала точно в цель.

Кирилл присвистнул, а Василиса, вытирая липкие пальцы влажными салфетками, продолжила:

— В статье говорилось о том, что если человек хочет что-то сказать другому, то он должен сделать это сразу, не откладывая на потом. Потому что потом может быть уже поздно. Интересно, правда? — она усмехнулась, встала со скамьи и, повернувшись к Кириллу, добавила:

— Поэтому, Кирилл, если тебе есть что сказать, говори сейчас. В следующий раз может быть уже поздно.

Она пристально смотрела на его непроницаемое лицо, будто пытаясь найти подсказку, но безуспешно: иногда Кирилл Васильев был для неё загадкой, которую сложно разгадать.

Кирилл осознавал, что упускает возможность наладить отношения с подругой, но он уже принял решение и был намерен следовать ему до конца.

Кирилл снова покачал головой и сказал:

— Всё хорошо, Вась.

Возможность упущена. Слова сказаны. И жалеть не о чем.