Солнце во Льдах

Пролог. О пользе пешеходных переходов и вреде шампанского

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Врут. Или у меня была какая-то усеченная, демо-версия жизни. Потому что единственное, что пронеслось у меня перед глазами, когда свет фар разрезал октябрьский сумрак, - это мысль: «Ну и дура же ты, Лена. Могла бы заказать пиццу на ужин, а не вот это вот всё».

Мысль была удивительно трезвой и спокойной для человека, которого только что подбросило в воздух, словно тряпичную куклу, под истошный визг тормозов и звук, с которым арбуз падает с пятого этажа. Только арбузом, к моему глубочайшему сожалению, оказалась я.

За секунду до этого я, усталая тридцатидвухлетняя женщина с потухшим взглядом и ногами, гудящими от напряжения длинного рабочего дня, заполненного переговорами, переходила дорогу. Строго на зеленый свет. И не просто переходила - я сверяла свой маршрут с ПДД, как занудный инструктор по вождению. Потому что я, психолог-переговорщик Лена Ветрова, привыкла договариваться со всеми: с бешеными депутатами, с истеричными бизнес-леди, с криминальными авторитетами, у которых логика прикуривает от паяльной лампы. Я могла договориться с кем угодно. Кроме одного персонажа - пьяной мажоркой за рулем папиного «Гелендвагена».

С ней, видимо, Вселенная не договорилась тоже. Потому что именно в этот момент, когда я тащила свое бренное тело в сторону спасительной «Пятерочки» за упаковкой пельменей, ей приспичило доказать подружкам, что законы физики - для лохов.

Удар. Боль - ослепительная, нечеловеческая, превратившая мое тело в один оголенный нерв.
И сразу за ней - странная, звенящая тишина.

Я парила. Без шуток. Чувство было такое, будто я - воздушный шарик, наполненный гелием, который ребенок выпустил в пасмурное небо мегаполиса. Где-то внизу суетились люди, выла сирена скорой, истерично рыдала девица в розовом худи, размазывая тушь по щекам. Я видела ее идеально, словно с высоты птичьего полета. И видела то, что осталось от меня на асфальте - сломанную куклу в деловом костюме, который теперь больше не пригодится для собеседований с клиентами.

«Ну и финиш, - подумала я без особой трагедии, только с легкой досадой. - Столько лет учиться разрешать конфликты, чтобы закончить жизнь в качестве наглядного пособия по тормозному пути. И пельменей я так и не купила. Обидно».

А потом небо надо мной - или то, что я принимала за небо - пошло рябью. Серые тучи скрутило в спираль, и в этой воронке, сотканной из морозного воздуха и северного сияния, я увидела лицо. Старческое, испещренное трещинами, словно лед на весенней реке. Глаза старухи горели голубым пламенем, и она улыбалась беззубым ртом.

- Отмучилась, деточка? - проскрипела она голосом, похожим на хруст снега под ногами. - Не время еще заканчиват свой путь. Там, где зима съедает души, ждут тепла. А ты, леди Эйра, у нас теперь - главное солнышко. Только не разочаруй нас, психолог. Используй все свои таланты. Борись за своё новое существование изо всех сил.

Я уже собралась заметить, что диплом психолога-переговорщика вряд ли котируется в открытом космосе, но тут меня резко затянуло внутрь воронки с неприятным всасывающим чмоканьем, а мир мгновенно лопнул ослепляющей белой вспышкой тишины.