Солнечная петля. Фехтующие с пустотой-1

Часть первая.  К границам мироздания. Глава 1

КНИГА ВТОРАЯ. Фехтующие с Пустотой

Часть первая. К границам мироздания

Ольга Дубцова (Некрасова)

Не встретишь там запоров пред собою,

Но весь объят ты будешь пустотою.

Ты знаешь ли значенье пустоты?

Гете «Фауст»

Глава 1

Борт «Фехтовальщика», причал на орбите планеты Аскрадаут.

За 72 часа до старта к станции «Сокол»

Доклад Ларуны, заявленный под первым номером, начался своеобразно. Робжиптанская ученая вышла на небольшое возвышение, служившее сценой в конференц-зале «Фехтовальщика», облаченная в трико и под музыку, исполняемую необычными по звучанию инопланетными инструментами.

Хотя Ольга ждала чего-то подобного, поскольку Ларуна намекала ей еще с вечера, все равно очень удивилась, особенно выбранному костюму, больше подходящего для циркового выступления, чем для научного доклада.

Слушатели в зале тоже оживились. Хотя все они принадлежали, за небольшим исключением, к Научному корпусу (по-робжиптански «Логир крата») и обладали выдержкой, обязательной для участников дальнего межзвездного похода, столь оригинальный выход застиг их врасплох. Они повели себя как дети, увидевшие на новогоднем представлении долгожданного Деда Мороза.

Особенно ярко появление Ларуны воспринималось после довольно-таки нудного вступительного слова руководителя Земной когорты Игоря Слумского. Научрук был молод, разменяв всего лишь пятый десяток, обладал классической внешностью и запоминающейся копной вьющихся черных волос (что снискало ему внимание целого фан-клуба еще на этапе постройки звездолета), однако на сцене он держался скованно и голосом обладал невыразительным. Застёгнутый на все пуговицы, с круглыми очечками дополненной реальности на лице, заставлявшими вспомнить старинные портреты ученых, страдавших плохим зрением, он нагнал на присутствующих скуку.

И вдруг, после такого унылого начала, внезапно последовал звуковой и эмоционально насыщенный взрыв.

- Соотечественники и земные люди, мои друзья и коллеги! - произнесла Ларуна, стоя в очерченном кругу, откуда чувствительные микрофоны доносили каждое слово, несмотря на наличие дыхательной маски. – Мы собрались, чтобы скрасить ожидание перед стартом. Полезно заместить естественное напряжение полезными дискуссиями, позволяющими расширить горизонты. Но сегодня я намеренно отклонюсь от стандарта подобных встреч. Мой муж и партнер, который тоже присутствует в этом зале, недавно принес мне одну земную книгу...

Те, кто был знаком с Син Дауреном, стали оглядываться на него с улыбками. Робжиптанец Син был известным любителем литературы – как современной, так и древней, что отчасти совпадало с его основной профессией переводчика и лингвиста. После установленного контакта с Землей он тотчас бросился изучать инопланетную речь и изрядно преуспел в этом, овладев разговорной практикой на пяти земных языках, включая лидепла. (*лингва де планета, искусственный язык наподобие эсперанто)

Ларуна тоже взглянула на мужа, сделав едва заметный жест левой рукой, означавший признание в любви, отчего на тех, кто умел расшифровывать внутреннюю робжиптанскую речь, явственно повеяло со сцены неподдельной теплотой.

- …Это фантастический и при этом глубоко философский роман был написан на русском языке ученым по имени Иван Ефремов, - продолжила она. – Писатель художественно описал землян будущего, какими он их себе представлял, но, читая о них, мы с Сином представляли наших современников, граждан Эриданской цивилизации, как вы нас называете, и вспоминали Правила Интеграла...

Произношение Ларуны, в отличие от мужа, говорившего так, словно он истинный уроженец Солнечной системы, отличалось тягучим акцентом, но несмотря на это, она произносила все чётко и грамотно строила фразы. Ольга не сомневалась, что накануне Син помог ей отрепетировать речь.

- …Оказывается, у нас с землянами издавна имеется одна мечта на двоих, и основана она на представлении о торжестве духа над материей. Я не могу пройти мимо этого совпадения, говорящего, как много общего между нашими народами. Я – математический физик, но я также – интеграл, совмещающий на равных душу и разум У Ра-Дана (* «мир, вселенная, космос, исток», робж). Вот почему свой научный доклад я предварю танцем, исходящим из истока моей крови. В этом танце спрятан рассказ о вечном движении, выраженный в духе земных Интегралов – солнечных людей из книги-мечты Ивана Ефремова. Таким образом я отдаю долг гигантам двух миров, на чьих плечах, по выражению еще одного землянина Исаака Ньютона, мы прочно стоим до сих пор.

Зал поддержал ее аплодисментами. Музыка зазвучала громче, и Ларуна, поклонившись по-земному (даже по-русски – отвесив поясной поклон и коснувшись кончиками длинных пальцев сцены), принялась танцевать.

Ее танец был диким и на первый взгляд очень странным. Сначала она крутилась вокруг оси, неуклюже сгибаясь в пояснице и расставляя руки в стороны, словно палки. Она несколько раз села на шпагат и, словно бы с трудом, медленно, разве что не кряхтя, поднималась из него.

Движения ее были настолько нескладными, что Ольга, если честно, затруднилась бы назвать это танцем, скорей уж «гимнастическим хулиганством». Однако зная Ларуну, ее пластичность, музыкальность и хороший вкус, она догадывалась, что видимая несуразность таила в себе особый смысл. Наверняка в свои экзерсисы Ларуна вплетала еще и элементы внутренней речи – ее пальцы жили отдельной жизнью, но Ольга, увы, так и не овладела в полной мере жестовым языком, запомнив лишь несколько самых популярных узоров.