Солнечная система. Будущее за нами.

То, что изменяет жизнь.Эль и «Говорун».

- Алексис, ты вообще сбрендил? Таскаешься тут...один. Видел их рожи? Они тебе шею свернут не моргая.

- Ой, Эль, как мило ты за него волну-уешься!

- Заглохни Жека! Алексис, долбанутый!

Черняевский рукавом толстовки вытер вспотевшее от страха лицо. Костлявые пальцы Эль больно держали за плечо, а высокий Жека стоял рядом и ухмылялся.

- Эти где? – тихо пролепетал Черняевский.

- Там. Никуда не делись. Молчи молча, – довольно громко шепнул Жека и попытался отцепить Эль от друга.  – Лолиночка, зайка, сгинь пожалуйста.

- Сам ты зайка! – вспыхнула Эль и быстро отдернула руку. Но тут же глянула на Черняевского своими большими густо подведенными глазами. – Ты чего там полез, идиот? Я же тебе говорила, есть прощелина в левом поле.

Черняевский пожал плечами. Черт его знает, чего он потащился в центральный.

Фейс контроль не жесткий, нет. Но отморозки, мало похожие на секьюрити, имелись. Двигали какие-то ящики и громко ругались друг на друга и Зимина. Почему то смеялись над «бедняжками Адептами». Чуть не обнаружили его.

Он сидел за коробкой и молча обдумывал, как бы проскочить мимо. Дверь, через которую он проскользнул  внутрь, захлопнулась, и открывать ее опасно – слишком громко.

Эль будто чувствовала, что он сглупил и через пару минут, и ее перевернутое лицо появилось в люке вентиляции над головой. Она бесшумно  спрыгнула, чуть ли не на него, схватила Черняевского за горло:

- Ты...ужасный человек!

Следом за ней грузно приземлился Жека.

- Очень-очень плохой мальчик! – поддакнул он.

Звук удара от его приземления услышали те самые отморозки. Эль, поняв, что их раскрыли, сначала схватилась за голову, а потом сжала уже Жекину шею:

- Вот никакой конспирации с тобой!  - позже обернулась на ошеломленного Черняевского и прошипела, - За мной, сынки. Ваша умная мамочка выведет вас отсюда!

И вывела. Сейчас они сидели за углом канторы отморозков и пялились на их спины. Один из них, сжимая в руке гигантский нож распинывал коробки, за которыми они только что скрывались.

- Смотри, Чейл, вытяжка! – второй ткнул пальцем в люк, крышка которого свесилась из дыры.

- Ой-й-й... – пискнула Эль и хлопнула себя по лбу. – Я ж забы-ыла.

Жека хмыкнул и подтянул под себя длиннющие ноги.

- Не рассиживаемся! Выход там. – Эль хлопнула его по плечу и вскочила первая. Черняевский, не решаясь, как и она встать на ноги прополз на коленках, а Жека чуть ли не вприпрыжку бросился за ними.

Серая автоматическая дверь была закрыта на электронный замок. Когда Жека уже хотел пошутить на тему, а-ля как же мамочка откроет дверцу, как Эль вытащила пластиковую карту и приложила к замку. Он щелкнул, и двери плавно разъехались.

- Вау, шпио-он! – хохотнул Жека. Хотя в том, что у Лолины Зиминой (двоюродной племянницы директора) есть карта от всех школьных замков (наверняка она универсальная!) не было ничего странного. Услышав его возглас три здоровенных «отморозка» по сей видимости поняли, кто открыл люк. Их быстрые тяжелые шаги прогрохотали за спиной.

- А вот из тебя шпиона не выйдет – болтаешь слишком много! – сказала Эль и отвесила Жеке подзатыльник. Тот, схватившись за место удара, влетел в открытые двери, гонимый Элькиным новым ударом. Черняевский вылетел следом, но уже своим ходом.

Лолина выбежала последней. Трое парней-отморозков появились в коридоре, когда она доставала свою чудо-карту, что бы заблокировать дверь. Увидев несущуюся к ним троицу, она испуганно сглотнула. Злой Жека подскочил к ней и схватил за локоть, прикладывая руку с картой к датчику. Один из парней, увидев что двери закрываются метнул нож. Эль крепко зажмурилась, а Черняевский с Жекой напряженно замерли. Дверь закрылась и круг соединяющий две половинки в середине загорелся красным, обозначая, что дверь забаррикадирована. Острая половина ножа торчала в щели, в самой середине и лезвие опасно переливалось на свету.

Уставшая Эль плюхнулась на ковры в подвальном коридоре, куда они попали. Жека приземлился рядом, а Черняевский обалдело уставившись на торчащую часть ножа, сглотнул.

- А нафига ковры в подвале? – спросил Жека. – Вай, мягонько!

- Лучше спроси, что эти особы там забыли и зачем швырялись в нас ножом... – буркнула Эль, поднимаясь. – Идем, Алексис. «Говорун» скоро отлетает.

- А я то считал нашу школу супер-пупер скучной! – просиял Жека. – А у нас тут оказывается целая перестрелка в подвале! Круть! Надо как-нибудь навестить этих чуваков, поблагодарить за повышенный адреналин!

                                                                                               ****

- Нет... Это...Это же я одна вижу, да? Глюканы на голодной почве?! Да? Пожалуйста, скажите что да!

- Да заглохни ты уже....

- Ну знаете, если так посмотреть, то очень даже ничего...

- Ага, комната такая...голубая.

- Фу, извращенец...

- Ну так мы ж эти...небесные то се, нам и полагается голубой. Видимо.

- Хуже только тем, кому жить в комнате с красными стенами...

- Да ну. Куда уж хуже.

Я оглядела комнату. Все конечно не так радужно, как описывал проводник...но, наверное, потерпеть можно.

Пока Соловей, Заати и братья Алесиковы жаловались на жизнь и комнату с голубыми обоями, я, Куцкий, Шафл и малыш-Федор молча разглядывали новые апартаменты.

Комната большая, вроде. Ну для восьми человек маловата, на мой взгляд. Моя комната дома, лишь чуть меньше, а она лишь для меня одной.

 Посреди помещения, на плиточном полу была нарисована черная восьмиконечная звезда. Каждый ее лучик вел к глубокой стенной нише. Возле каждой ниши стояла темно-синяя ширма и низкий шкафчик из белого дуба. В нише находилась полукруглая кровать с кучей подушек и пуховым покрывалом. Над кроватью, еще глубже в стене книжный шкаф. Приличненько так, комфортабельно. Да и видно, дизайнерская обстановка.

Пока половина наших спорила, а вторая, стоя на пороге, разглядывала комнату. Я с детским выкриком: