Солнечногорские сумерки

22

Глава 22: Ночные прогулки и звёздные беседы
Репетиция закончилась позже обычного. Антон, зевая, сказал, что ему нужно срочно домой. Дмитрий проводил его до поворота, а потом вернулся к Маше, которая нерешительно собирала свои вещи.
— Подвезти тебя? — предложил он, кивнув на свой старенький, но надёжный велосипед, прислоненный к стене гаража.
Маша покачала головой.
— Нет, спасибо. Я живу недалеко.
Дмитрий не стал настаивать. Вместо этого он просто встал рядом, глядя на тёмное небо, усыпанное первыми звёздами.
— Красиво, да? Ночью Солнечногорск совсем другой, — сказал он задумчиво. — Тихий. Будто спит.
Маша подняла глаза на небо. Ночью она всегда чувствовала себя немного свободнее, ближе к своей истинной природе. В этот раз присутствие Дмитрия не вызывало в ней паники, лишь лёгкое, приятное волнение.
— Ага, — тихо согласилась она. — Как будто у него есть свой секрет.
Дмитрий повернулся к ней, его глаза блестели в свете фонаря.
— У всех есть секреты, — заметил он, и Маша вздрогнула, но его взгляд был лишён какого-либо подвоха. — А у тебя, мне кажется, их особенно много.
Маша промолчала, сжимая ремень гитарного чехла.
— Не хочешь прогуляться? — внезапно предложил Дмитрий. — Просто пройтись. Ночь такая… располагающая к разговорам.
Маша колебалась. Её разум кричал: "Опасно! Нельзя!", но сердце, впервые за долгое время, шепнуло: "Да".
Они пошли по тихим улочкам Солнечногорска. Ветер приносил прохладу, запахи ночных цветов и отдалённый шум реки. Они говорили. Сначала о музыке – о новых риффах, о планах на конкурс, о любимых группах. Маша чувствовала, как легко ей с ним, как они понимают друг друга без слов, когда дело касалось нот и мелодий.
Потом разговор перешёл на мечты. Дмитрий рассказывал о своей мечте – собрать настоящую рок-группу, выступать на больших сценах, чтобы их музыка достучалась до каждого сердца.
— А ты? — спросил он, глядя на неё. — О чём мечтаешь ты, Маша?
Маша замерла. Её настоящие мечты были так просты и так недостижимы: жить обычной жизнью, не прятаться, не бояться, быть любимой такой, какая она есть, без оговорок.
— Я… я мечтаю, чтобы… всё было просто, — наконец выдавила она. — Чтобы не нужно было оглядываться.
Дмитрий кивнул, словно понимая, хотя и не мог осознать всей глубины её слов.
— Я понимаю. Иногда так хочется, чтобы все было ясно и понятно, да?
Они подошли к старому мосту через реку, под которым тёмная вода несла свои тайны. Дмитрий остановился, облокотившись на перила.
— Знаешь, Маша, — сказал он, его голос был тихим, — когда ты играешь на гитаре, ты другая. Будто вся твоя стена рушится. И ты становишься такой… настоящей.
Маша почувствовала, как по её телу пробежали мурашки. Он видел. Он видел ту часть её, которую она так тщательно скрывала. И это не пугало её, а вызывало странное, почти щемящее чувство тепла. Впервые за долгое время Маша чувствовала себя невероятно счастливой. Просто гулять с ним, говорить, ощущать его присутствие рядом. Это было похоже на сон.
Но затем пришло и другое чувство. Острое, как укол. Она боялась будущего. Боялась, что этот хрупкий мир, который она только что начала строить, рассыплется в прах. Боялась, что он узнает её тайну. Боялась, что эта прекрасная ночь закончится, и наступит новый день, полный страхов и предрассудков. Счастье было так мимолетно, а её секрет – так велик.
Они простояли ещё долго, просто глядя на воду, их молчание было наполнено невысказанными словами, надеждами и страхами.