Сольвейг. Заклятие Змеёвых гор

Часть 3. Глава 8

Оля махнула рукой и решила не обращать внимания на то, как быстро ее разоблачила маленькая пастушка.

— Ладно, Малуша! Я вовсе не за этим тебя сюда приводила и показала это потайное место, чтобы всякие глупости говорить.

— А зачем же? — захихикала девочка.

— Затем, чтобы ты о нем тоже знала, об этом секретном дубе. В случае чего прибежишь к нему и подашь знак. Поняла?

— Нет, не поняла. Какой такой знак?

— Ну, ты видела, как я сейчас положила веточку малины в дупло? Вот, например, такой знак. Теперь поняла?

— Поняла! Он потом придет и найдет эту малину! — подмигнула пастушка.

— Малуша! Да я не о том! Если вдруг понадобится что-то кое-то передать, тогда я тебя попрошу это сделать. И ты отнесешь сюда и положишь в дупло то, что я тебе дам. Сделаешь так, если я попрошу? Или наоборот, принести что-то из дупла…

— Конечно, сделаю! Чего же не сделать-то? Я, страсть, какая понятливая! — снова расплылась в улыбке девчушка.

— Ну, вот и ладненько.

— А я знаю, кому эта малина предназначена, которую ты в тайник бросила. Я видела его! — выпалила вдруг хитрюга.

— Кого ты видела?

— Его! Он там, среди этих рогатых был самый красивый! Глаза у него голубые-голубые, точно незабудки! Волос светлый и долгий, а по бокам маленькие косички. Ведь так?

— Ох, Малуша! Это вовсе не я хитрая, это ты — хитрая! Настоящая лиса!

Вот так, неожиданно в этом далеком мире у попаданки завелась такая подружка, маленькая, веселая, добрая. Надо довериться этой искренней, бесхитростной и шустрой пастушке! И само собой родилось понимание, что в случае чего, эта белобрысая малышка сможет оказать неоценимую помощь.

***

Остаток дня влюбленная провела в волнительном неведении. И все время не давал покоя вопрос: приходил ли Асвальд к дубу и обнаружил ли тайное послание? Состоится ли их свидание или нет?

Поэтому собирать ягоду знахаркина помощница на этот раз готовилась с особым рвением. И едва оказалась в малиннике, как с чудесным замиранием сердца услышала этот прекрасный, волшебный баритон: «Хельга! Красавица моя! Я пришел!»

Попаданка, окутанная бархатом этого голоса, осознала, что у нее закружилась голова от счастья. «Мой «швед» нашел в дупле веточку малины и все понял!» — запели все струны влюбленной души. И вот, наконец, герой ее романтических грез предстал перед своей богиней.

— Да, я тебя нашел, Хельга! — воскликнул викинг. — Я достал из дупла малину и решил, что тебя надо искать именно здесь.

Влюбленные стояли лицом друг к другу, слегка касаясь рук. Осторожно, словно, боясь касанием разрушить хрупкую, волшебную ауру вокруг них. Стояли и никак не могли насмотреться друг на друга!

— Как же я по тебе соскучился, Хельга! — признался парень, нежно сжимая ладони своей любимой. Та сразу засмущалась, встрепенулась и, чтобы понизить градус эмоций, бодро сказала:

— Это хорошо, Асвальд, что ты пришел! Вместе будем собирать малину. А то я своей хозяйке обещала принести много ягоды. Станешь теперь моим помощником!

— С тобой, Хельга, я готов идти хоть на край мира! — расплылся в довольной улыбке юноша.

И они взялись за дело. Корзина начала наполняться ягодой, а студентка, чтобы хоть как-то уменьшить смущение, завела такой разговор:

— Послушай, Асвальд, ты хорошо говоришь на нашем языке. Я все хотела спросить, откуда он тебе знаком? Ты же викинг!

— Да, я — викинг. Но моя матушка Рунгерда родом из Гардарики, происхождением из русов. Так что этот язык для меня родной.

— Вот оно что! — удивилась влюбленная, подумав: «Так его мать русская! Или славянка. Или как там в те времена величали наших людей? Выходит, и сам Асвальд, можно сказать, наполовину русский». И спросила:

— Но как твоя мама оказалась в ваших дальних краях? Каким ветром ее занесло на берега северных морей?

— Моя матушка попала в племя викингов, благодаря моему отцу, конунгу Харальду. Это он ее взял да и увез из родных мест.

— Увез?

— Да. Украл!

— Ничего себе!

— Род моей матушки происходит из города, который тоже на Волге стоит, только гораздо выше по течению. Суздаль называется. Тебе знакомо это название?

— Конечно, я его знаю! — обрадовалась попаданка. А сама подумала: «По крайней мере, такой город, как Суздаль, уже существует в этом времени. Значит, я все же не в совсем дикие времена попала!»

— Моя матушка ведет свой род из Суздальских земель. Вот там она и жила, и величали ее тогда Лада.

— Так все-таки Лада или Рунгерда?

— Это уже у нас, в землях викингов, ее нарекли Рунгердой. Перед самой ее свадьбой с конунгом Харальдом.

— Рунгерда! Какое прекрасное имя!

— Это означает защищенная тайной.

— Защищенная тайной… — задумчиво повторила Оля. — Как поэтично! Да вы там, похоже, не только воители и захватчики, но и романтики!

— Да, это так, — гордо подтвердил «швед». — А еще моя матушка — самая красивая женщина в нашем роду, да и во всем племени. Высокая, стройная, светловолосая, голубоглазая… Неземная!

В этот момент Асвальд вдруг бросил собирать малину и снова нежно притянул к себе свою блондинку, взяв ее за руки. Глаза влюбленного парня вспыхнули страстью.

— И ты, Хельга, очень на нее похожа, на мою матушку Рундерду! Такая же красивая! Невозможно красивая!

Едва ощутив прикосновение его сильных больших рук, студентка сразу почувствовала эту сладостную дрожь по всему телу… «Ах!..» — невольно прошептала влюбленная. Но больше ничего сказать не успела — в этот миг скандинавский витязь поцеловал свою красавицу. Его мягкие губы так сладко пахли малиной!

Было понятно, что сопротивление бесполезно — надо отдаться во власть этой страсти. Так случился второй поцелуй викинга и попаданки. Посреди ягодного рая!

«Малина такая же сладкая, как и твои губы! — страстно прошептал юноша. — Твои губы… Хельга! Они сводят меня с ума!.. Я не в силах от них оторваться!» Асвальд весь так светился от любви и страсти, что влюбленной снова хотелось лишь одного — утонуть во время поцелуя в его бездонных голубых глазах! В них по-прежнему отражалось июльское небо, и Оля запрокинула голову…