Солярис 2: Общество бессмертных

На берегу Океана

Кельвин посадил вертолёт на давно и основательно оборудованной вертолётной площадке самого крупного острова, который служил якорем для атмосферной станции, вышел из кабины и не спеша побрёл вдоль берега. Пройдя шагов пятьдесят — уселся на шершавую, потрескавшуюся «землю» ближе к линии прибоя. Тёмная и как кисель тягучая жидкость, тяжело вползла на берег, расплющилась, став при этом совсем бесцветной и откатилась назад, не оставив после себя вообще ничего, ни капель, ни влажного следа. Он спустился ещё ниже и протянул руку к следующей волне, коснувшись пальцами грунта. Очередная волна немедленно повторила тот феномен, который люди впервые увидели много лет назад — задержалась, немного отступила, а потом, как ни в чём не бывало, продолжила своё движение обтекая его перчатку, но совершенно её не касаясь. Кельвин, немного отступил. Он знал, что в этой очень плотной жидкости человек в своём скафандре должен плавать, но океан расступался, пропуская исследователей внутрь себя, пока однажды один из учёных так и не вернулся. Это зрелище, хорошо известное теоретически, что-то в нём изменило. Теория не могла, заменить реального ощущения.
Всю последнюю неделю Кельвин вёл себя так рассудительно и уверенно, что недоверчивый взгляд Снаута перестал его преследовать. Внешне Крис был спокоен, но в глубине души, возможно не отдавая себе в этом отчёта, он чего-то ожидал. Чего, её возвращения?
— Как я мог? — думал Крис. — Ведь я ни секунды не верил, что этот жидкий гигант, будет тронут трагедией двух людей. Но ведь его действия были направлены к какой-то цели!? Правда, он даже в этом не был до конца уверен. Но уйти — значило отказаться от этой, исчезающе малой, может быть, только в воображении существующей надежды на её возвращение?
Крис встал и пятясь задом отошёл от линии прибоя. Он понимал, что её очередное возвращение уже за гранью всего и даже чуда. Медленные и тягучие волны по-прежнему наползали на берег, как невиданных размеров чудище, пытавшееся выбраться на сушу, но каждый раз бессильно сползавшее по пологому склону назад, повторяя попытки снова и снова, с непостижимым упорством и терпением. Это зрелище не успокаивало и не умиляло, а напротив только раздражало отсутствием привычного ритма морских прибоев и привычного шума волн. Невольно складывалось впечатление, что всё на этой планете пыталось избавиться от непрошеных гостей — от нас. Многие годы, отданные учёными изучению этого феномена — океана планеты Солярис так бесславно и печально завершаются. Команда на грани помешательства, один человек покончил с собой, а к пониманию того, что же здесь происходит, мы так и не приблизились. Океан, превосходящий по площади всю поверхность нашей планеты, не захотел отдать свою тайну. Вся наука Земли оказалась бессильна перед величием этой непостижимой сущности.
— Ну и ладно. Ну и пусть. — утешал себя Кельвин. — Так тоже бывает. Мы не боги, мы просто люди и наши силы не безграничны.
Крис смотрел на эти непривычно тягучие волны и понимал, что ему пора возвращаться на станцию. Здесь его уже ничто не держало. Окинув прощальным взглядом океан и направившись к вертолёту, он вздрогнул от неожиданности услыхав голос, прозвучавший не в наушниках, а в голове.
— Крис! Не уходи.
Кельвин по привычке включил рацию.
— Снаут, это ты?
Через несколько секунд уже в наушниках раздался характерный щелчок, лёгкое шипение и отозвался Снаут.
— Кельвин, это говорит Снаут. С тобой всё в порядке? Ответь мне.
— Да всё хорошо. Ты сейчас выходил на связь?
— Нет, а что?
— Да так, всё нормально. Я скоро вернусь, не волнуйся.
Крис посмотрел по сторонам. Берег, неспешные волны и привычный туман... Ничто не выдавало присутствия говорившего.
— Кто вы? — спросил Кельвин.
— Ты не туда смотришь. Я позади тебя.
Он резко обернулся. Позади него метрах в десяти, стояла Хари. В лёгком платье и босая, она сжимала на груди руки, ёжась от холода.
Крис быстро подошёл к ней, взяв за руку повёл к вертолёту. Уже в герметично закрытой кабине, через минуту загорелся зелёный индикатор и спокойным голосом Маруся (бортовой компьютер) сообщила, что можно снять шлем. Кельвин снял шлем, перчатки и взял Хари за руки.
— Какие холодные!?
— Ничего, мне уже не холодно.
Он смотрел на Хари пытаясь понять, что изменилось в ней с последней их встречи.
— Как ты себя чувствуешь?
— Ты знаешь, лучше. Уже нет такого страха. Крис, на этот раз я всё помню, но уже не боюсь.
Кельвин молчал. Он не отпускал её руки боясь снова потерять и уже навсегда. Он вспоминал, как Хари ещё на Земле, после очередной их ссоры, приняла дозу сильных лекарств и умерла. Как уже здесь, на станции, выпила жидкий кислород снова пытаясь покончить с собой от бессилия понять, что происходит. Как в следующий раз, уже он сам посадил её в ракету и отправил в полёт по орбите. Как однажды, проснувшись днём, после подсыпанной ему дозы снотворного и не обнаружив Хари рядом, бросился её искать и не нашёл... И вот снова, после всех испытаний, они вместе. Сколько же выпало страданий на её долю? — подумал Кельвин. Он прижал её руки к своей груди.
— Мы не должны больше расставаться. Пообещай мне, что больше не будешь пытаться… В следующий раз, я последую за тобой — так и знай.
— Крис, не заставляй меня плакать, прошу тебя.
Кельвин отпустил её руки и отвернулся. — Ты знаешь, а ведь я собрался улетать на Землю и прибыл на остров, чтобы попрощаться с Солярисом? Мы едва не разминулись с тобой — прикинь!
Крис попытался снизить «напряжение», но получилось не очень. Снова на связь вышел Снаут и снова его напугал. Крис взъерошил волосы, встряхнул головой и сказал:
— Ты не поверишь, но за последние десять минут, я вздрагиваю второй раз. Нервы ни к чёрту.
Крис отозвался. — Кельвин на связи.
— Крис, ты где?
— Я в вертолёте, и мы вылетаем?
— Вы вылетаете? — переспросил Снаут.
— Да мы! — я и Хари. Дружище, пожалуйста! У нас всё хорошо и мы вылетаем!
Кельвин отключил связь. Он впервые назвал Снаута другом и сам удивился этому.
— Ну что, полетели? На станции, нас уже ждут.
Хари молча кивнула, окинула взглядом побережье через лобовое стекло вертолёта и поудобнее устроилась в кресле.
— Голосовая команда. — сказал Кельвин. — Возвращение на станцию и посадка на стартовый стол.
— Команда, — «Возвращение на станцию и посадка на стартовый стол». Выполняю. — подтвердила Маруся.
Вертолёт шумно взлетел, подняв облако пыли.
— Крис. Я даже не знаю, как сказать. В общем, океан, это не живое, и неразумное, но в океане, есть кое кто и они пытаются с вами связаться. Гости, это их рук дело. Мы сейчас вернёмся на станцию, и я всё расскажу.
Через полчаса трудного подъёма на станцию автопилот мягко посадил машину.