Сомнеум: Змеиное кольцо

Глава 1: Странные обстоятельства.

Взволнованное море сверкало под тёплыми лучами летнего солнца, едва ли скрывающегося за громоздким горным хребтом. Ухоженная смотровая стоила каждой ступеньки, восхищая человеческий глаз небывалой красотой. Ну… Или камеру телефона.

— Так, а теперь нежно улыбнись, — скомандовала Лиза, переворачивая экран вертикально.

Я приподняла уголки губ, чувствуя, как с сотым снимком присущая мне скованность куда-то исчезает. Денёк у нас выдался насыщенный, впрочем, как и год. Что делают люди, которые расстаются со своей первой любовью? Полагаю, плачут, выпивают и смотрят слезливые мелодрамы. Не отрицаю, что один день именно так и провела. Однако с наступлением утра меня резко перемкнуло: я взяла академический отпуск на выпускном курсе журналистского факультета, сложила первые попавшиеся под руку шмотки в розовый чемодан и улетела к подруге в Европу. Вначале думала, что на неделю. Но неделя сменилась месяцем, затем следующим, медленно превращаясь в целый год. Возвращаться мне всё никак не хотелось. И вот сейчас мы, второй день находящиеся в солнечной Испании, пытались сделать хоть один тот самый «идеальный» снимок для соцсетей.

— Ну что там? — устав искусственно улыбаться, спросила я.

— Да-да, отлично! Теперь моя очередь, — Лиза быстро поменяла нас местами, вручая мне в руки телефон.

Словам загорелой брюнетки с хитрющими зелёными глазами я поверила едва ли. Уж что точно поняла за прошедший год: фотограф из неё "не ахти". Но и спорить не стала, чувствуя, как до сих пор болят щёки. В одиннадцатом классе я увлеклась искусством фотографии, а в более осознанном возрасте даже подрабатывала фотографом на подиумных показах у друга-модельера, поэтому не сомневалась, что Каменская останется довольна результатом.

Так и оказалось. В ожидании вкуснейшей паэльи с морепродуктами в небольшом каталонском ресторане девушка то и дело одобрительно кивала, показывая мне очередные снимки. Я, подмяв рукой щёку, сонно рассматривала меню, игнорируя назойливые звонки от неизвестного номера.

— Да возьми уже, вдруг Кирилл понял, что жить без тебя не может, — Лиза подглядела в экран телефона.

— Год как-то жил, а теперь решил, что не может. Именно так, — саркастично ответила я, закатывая глаза. — Готова поспорить, что это папа.

Конечно, у обычной студентки, хоть и подрабатывающей фотографом, не могло быть достаточно денег для такого долгого и роскошного путешествия. Мои родители открыли небольшой ресторан японской кухни, когда я и ходить толком не умела, в итоге, с годами превратив малый бизнес в целую сеть по столице. Они переехали жить в Германию вместе с младшим сыном, когда мне только исполнилось семнадцать лет. Я же осталась в Москве осознанно, противясь изучению нового языка и расставанию со своей «безумной» любовью вплоть до двадцати двух лет. Когда же моя «безумная» любовь оказалась застигнута врасплох за изменой с одной из моих близких подруг, я психанула и уехала, без зазрения совести тратя деньги с родительской карты. Что мама, что папа являлись сторонниками лояльного воспитания и не торопились блокировать счета, хоть и были прекрасно уведомлены о том, что я бросила учёбу и пустилась во все тяжкие. Но шли месяцы, и ничего не менялось. Поэтому почти каждая моя неделя начиналась с отцовской тирады о будущем и угроз передать всё управление бизнесом Ярику, моему младшенькому.

— С неизвестного номера? — скептично сморщила нос Лиза.

— Видимо, понял, что с обычного я не возьму.

Подруга не ответила, продолжая активно обрабатывать новые фотографии. Поужинать мы решились в самый аншлаг, из-за чего заказ загруженные повара готовили неприлично долго. Настолько, что телефон успел пропеть назойливую мелодию раз двадцать. В какой-то момент даже моего королевского терпения не хватило. Что ж… всё-таки стоит поговорить с папой, ведь на носу ещё Франция, Норвегия и Греция, а карта грозилась стать замороженной в ближайшие дни.

— Да что такое?! Я же говорила, что буду ходить по музеям ещё пару дней! — с лёгким раздражением в голосе протараторила я, намереваясь бросить трубку через две минуты.

Однако на другой стороне связи ответил мне отнюдь не басистый отцовский голос, а весьма тонкий и стервозный.

— Агата Вирхова? — переспросил голос на русском языке, не удосужившись поздороваться.

— Ага. А вы кто?

— Я звоню сообщить, что скончался ваш прадедушка, Михаил Владимирович Болотный. Прошу приехать в течение пяти дней за наследством, адрес напишу в сообщении.

Не дав ничего мне сказать, неназванная женщина отключилась, вынуждая динамик издать противное пиликанье. Я закатила глаза, глубоко вбирая воздух. Чёртовы мошенники достали меня даже в Испании? Что ж… Могли придумать что-нибудь правдоподобнее, чем никому не известного прадеда. А в следующий раз что? Четвероюродная бабушка, проживающая в Куево-Кукуево? Ну и идиоты!

— Чему так безумно лыбишься? Аж мурашки по коже, — рассмеялась Лиза, наконец наслаждаясь долгожданным коктейлем.

— Да так… Шутку вспомнила.

В дальнейшем вечер прошёл без приключений. После долгих разговоров под вино мы прошлись по песочному пляжу босиком и направились к отелю. Зайдя в номер, я вдруг осознала, насколько устала. Лестница на смотровую действительно вымотала меня, хоть изначально не казалась преградой: икры жгло от усиленной нагрузки, а ступни постигло воистину райское наслаждение, стоило сунуть их в наполненную тёплую ванну с розовой пеной.

— А это ещё что за бред?

Намазав на лицо глиняную маску, я засекла ровно десять минут, решая наконец последовать примеру подруги и выставить новенькую публикацию. Ко мне вопросов не было: идеальная укладка на длинных блондинистых волосах, милые ямочки на румяных щёчках и невинные янтарные глаза, ярко выраженные из-за густых тёмных ресниц. Лиза на этот раз постаралась на «ура» и не стала фотографировать именно в тот момент, когда я зажмурилась от яркого солнца или решила поправить волосы, прилипшие к губам. Возмутило меня другое. В мыслях точно отложилось, как мы несказанно обрадовались, когда дошли до самого верха и обнаружили, что обычно шумное туристическое местечко в этот раз словно подстроилось под нас и оказалось полностью пустым. Так откуда на самом краешке фотографии появился загадочный парень, одетый в совсем не подходящее под жаркую погоду чёрное худи? Ещё и так назойливо повёрнутый в мою сторону…