Somnus

13

Статус SOMNUS: 1-ый день катастрофы

Чернокожий мускулистый молодой мужчина проснулся в полумраке спальни с задёрнутыми шторами. Небрежный интерьер тонул в бардаке. Мужчина протянул руку к лежавшему на тумбочке смартфону. Проверил время по часам. Наплевательски выбросил телефон куда попало. Плевать ему на время! Встав с кровати, он увидел на полу под ногами белую бандану. Машинальными, неосознаваемыми движениями накрутил её на голову. Приблизился к зеркалу. Увидел себя в отражении: белая майка и чёрные трусы. Взял со столика ежедневник. Полистал. Внимательно посмотрел на татуированную руку — там, на коже вокруг имени «Бэнкс» разросся напыщенный лес разнообразных узоров.

— Хо, — усмехнулся Бэнкс, рассматривая себя в зеркале. Ткнул пальцем в скулу. Потянул пальцем нижнее веко и заглянул в обнажившийся глазной белок, из сердцевины которого в зеркальное отражение впивался своим внимательным взглядом чёрный глаз. — Красавец!

Бэнкс вышел из ветхой одноэтажной халупы. С банданой на голове, босиком, в майке и трусах. Поморщился при виде зловонной мусорной кучи, наваленной возле входа. Рядом с крылечком ржавела, некогда белая, а теперь порыжевшая от коррозии, моторная лодка.

Вечер не за горами, но пока ещё было светло. Моросил дождь. Холодный ветер гонял по округе вонь сотен помойных ям.

Бэнкс направил свои шаги вперёд по пустынной улице. На ходу пинал босыми ногами валявшиеся коробки из-под крекеров и прочий хлам. Гетто утопало в мусоре. Здесь среди страшных, запущенных домиков, казалось, люди вымерли. Туда-сюда бегали в тревожном лае собаки. Иногда шмыгали из кустов в кусты тихие, ловкие кошки.

Впереди высились серые громады окутанных голубовато-белой дымкой небоскрёбов. Вид одного из них аварийный, того и гляди, посыплется как карточный домик. Бэнкс топал вперёд по пустынной, мокрой дороге. Вот вдалеке раздались чьи-то крики. Следом донёсся собачий лай. Вскоре прогремели звонкие удары чего-то твёрдого обо что-то не менее твёрдое.

Вскоре Бэнксу навстречу попалась группа людей. Темнокожие ребята в спортивках и куртках, старушка в шерстяном свитере и пара девушек в ярких безвкусных, мешковатых одёжках. Увидав Бэнкса, они захохотали и схватились за телефоны, чтобы запечатлеть его в таком виде на память.

— Бэнкс! Куда спешишь? Позабыл надеть штаны с обувью!

Бэнкс опустил взгляд, осматривая себя: в майке, трусах босиком по мокрому асфальту.

— Валите, нигеры! — отразил он, топая дальше.

— На себя посмотри, снежок! — прилетело ему вслед. — Ты чем так упоролся?

— Не слушай их, Бэнкс! — хохотали девушки. — Ты сейчас такой кра-а-асавчик! Ночью на заводе вкалывал, проспался и на пробежку, да? А сними-ка эти дурацкие трусы! Весь вид портят! Серьёзно!

Бэнкс шёл дальше, не обращая внимания на насмешливые возгласы.

— Чем он так обдолбался?! Коксом?

— Нет. Чем-то тяжёлым. Убился совсем в хлам. Эй, Бэнкс, погоди!..

Пока остальные хохотали, старушка, державшая в руках нераспечатанный пакет чипсов, закричала Бэнксу вслед.

— Дурень! — кряхтела она в негодовании. — Тебя копы сцапают! В тюрягу сядешь! Вернись домой! Носа не высовывай, пока не придёшь в себя! Как такое случилось? Один нормальный, работящий парень был в районе. И теперь вон что вытворяет! С голым задом по улицам, упоротый в задницу!..

Бэнкс остановился, чтобы в неспешном шаге вернуться к озадаченной компашке. Он вырвал чипсы из рук суетливой старушки. Поднял пакетик над её ухом, выпустил его… Двинул кулаком по чипсам и ей в висок одновременно так, что пакет от удара лопнул. Чипсы высыпались на рухнувшую без сознания старушку.

Ребята и девушки ахнули, попятившись в страхе.

— Жалкие дураки. — Бэнкс оскалился в хищной улыбке и спокойно шагал дальше, а за его спиной сотрясали воздух криками обескураженные люди:

— Бабуля, ты в порядке?! Очнись… Бэнкс! Мразь ты упоротая! Я тебе задницу прострелю насквозь!

— Не лезьте к нему! — заголосили девушки. — Он же убьёт!

— Пустите меня! Я ему задницу прострелю!.. Слышишь Бэнкс?!

— Чем прострелишь? Пальцем? Языком? Не лезьте! У него шарики уехали.

— Постерегите Бэнкса, а я пока сбегаю за стволом!.. Бабуля, ты в порядке?!

— Скорую помощь бабке вызывай! А он в таком виде далеко не уйдёт…

***

Ночь сгустила мрачные краски над Детройтом. Чёрная мгла опустилась на американский мегаполис, некогда прославленный автомобилями, их обилием однажды и загубленный.

Бэнкс сидел за рулём полицейской машины, глядя на знаменитый Театр Оперы, превращённый некогда в автостоянку, а после и в свалку. В ночной мгле бывший Театр Оперы, ныне обветшавший, зиял чёрными дырами окон, а из них веяла холодом зловещая тьма.

Рядом с Бэнксом в патрульной машине сидел мёртвый темнокожий полицейский — обезображенный человек с изуродованным лицом, со скошенной вбок, вывороченной челюстью. На лбу бедняги был вырезан символ — неразборчивый из-за обилия спекшейся крови.

Рация шипела, хрипела…

Бэнкс ударил кулаком по рулю.