Сон наяву

Глава XII

Следующие несколько дней я плохо помню. Относительно понимала, что сильно болела. В сознание приходила редко, лишь тогда, когда заботливые мамины руки приподнимали меня и поили чем-то.

Все остальное время вокруг меня была лишь темнота. Мне казалось, что я парю где-то, иногда падая вниз. Но это не пугало, а наоборот слегка бодрило и придавало сил. Иногда слышались неясные голоса, которые принадлежали родным. Как-то раз мне казалось, что я слышу тетушку, которая зовет меня и плачет.

А потом слуховые галлюцинации резко закончились и отовсюду полился свет, такой теплый, что я невольно ощутила, как продрогла в этой тьме. Когда это теплое солнышко приблизилось, оно окутало меня, словно одеяло, аккуратно согревая и отгоняя последние мгновения забытья.

Открыв глаза, я попыталась осмотреться, но ничего не выходило, так как вокруг было настолько светло, что кроме этого сияния ничего не было видно. А потом я услышала голос, тот самый мужественно-детский любимый голос моего Барни.

- Ты куда собралась? Не пущу! – как бы ворча произнес он. – Ты меня поймала, теперь моя очередь.

А дальше было лишь тепло, легко и хорошо. Я еще немножко понежилась в этих ощущениях, а после открыла глаза.

Моя комната, которую мы раньше делили с бабушкой, была погружена в полумрак. Попыталась привстать на локтях, это плохо получилось. Своей попыткой проявить самостоятельность, я разбудила маму, которая полулежала в ногах на кровати. Она открыла глаза, улыбнулась и облегченно выдохнула. Такая родная, любимая, с короткой стрижкой без укладки и макияжа.

Она крепко обняла меня, измерила температуру, напоила и накормила досыта. А после легла рядом, аккуратно перебирая мои волосы, как в детстве, и стала о чем-то рассказывать. Под ее голос я вновь уснула.

В своем мире мерно посапывала в обнимку с мамой на старой софе, доставшейся от бабушки. А здесь, во сне, приносящим одни страдания на мою голову, меня ждало очередное приключение, отвертеться от которого, как я уже осознала, не получится.

- Очнулась?! Голубушка! – со слезами накинулась на меня Аглая.

Она явно сдала за те дни, что мы не виделись: будто похудела, осунулась, с красными глазами от непрекращающихся слез. В этот момент мне отчетливо показалось, что я чего-то не понимаю. Сначала отстранилась от меня, делая вид, что мы просто временные и вынужденные учитель-ученик, а сейчас ревет и причитает, как я ее напугала.

После того, как потом соленой воды умыл меня полностью, она успокоилась, присела рядом на край местной кровати и спросила:

- Что произошло? Ты осознаешь, что ты сделала?

Я опять что-то сделала? Да я даже не понимаю, когда успеваю творить все, что мне приписывают везде: и тут, и дома.

- Заболела? – почти проблеяла в ответ, опуская глаза в явном притворстве.

- Ага, только если на голову!

- Ну, со мной такой вариант точно реален, - улыбнувшись, оптимистично произнесла.

- Ей бы все шутки шутить! – укорила тетушка. – Что ты сделала во время медитации? Только не смей врать, я уже прекрасно понимаю, что было. Но вот как ты это сделала – не знаю, но очень хочу услышать.

По тону ее голоса я поняла, что утаивать бесполезно. Но и говорить правду отчего-то не хотелось, так как наши новые отношения после приезда истинной ведьмы не вызывали доверия.

Мои опасения подтвердились, стоило лишь прикрыть глаза. Интуитивно я посмотрела на все вокруг так, как обучал меня Барни. Вроде бы все остается прежним: моя кровать с туго набитым матрасом, покрывало, лежащее на стуле возле шкафа. Сам шкаф, сделанный из темного дерева с резными ручками в виде пламени, дверь, ведущая в уборную и точно такая же дверь в столовую. Окно, прикрытое плотной шторой, и местный аналог женского трюмо: небольшое зеркало, с деревянной рамой и необычными узорами по краям, а также столик, где лежали всякие туалетные мелочи. И вот как раз зеркало и привлекло мой взгляд. Возле него стояла оранжевая свеча, за использованием которой я ни разу не заставала Аглаю. А сегодня она ярко горит, ее пламя слегка искрится. От самого изделия уходили лучи темного света, которые я раньше не замечала. Но сейчас, прикрыв глаза, я абсолютно точно могла сказать, что эта вещь имеет очень сильную энергию. Зеркало, что стояло аккурат напротив этой свечи, итак, до этого момента было мной не особо любимо. Согласитесь, смотреть в свое выпуклое и темное отражение не особо приятно, но сегодня нелюбимое мной изделие словно вибрировало тьмой. Отчего-то она напомнила мне то состояние и место, в котором я летала, пока была в горячке.

Невольно стало не по себе, из-за чего тело покрылось мурашками, а по спине прошелся холод. Я ясно отдавала себе отчет, что сейчас происходит что-то, доселе неведомое мне, и что от меня что-то пытаются скрыть.

- Правильно мыслишь, подруга! – резко ворвался в мои размышления голос огонька.

Я распахнула глаза от удивления и неверия в происходящее.

- Все, похоже точно крыша поехала, - приговорила себя.

- Чего?! Вика, я не понимаю… - начала было Аглая.

- Ничего, тетушка, просто устала как-то. Можно я немного отдохну, а после мы поговорим?

- Конечно, отдыхай. Но после обязательно вернемся к этому разговору.

- Ага, как же! Вернемся к разговору! - передразнил тетушку Барни, после чего отдал мне приказ. - Быстро выходи на улицу! Подальше, говорю, уходи!

Я не рискнула ослушаться, решив подыграть своей шизофрении, тем более находиться в комнате с этим порталом в ад не хотелось. Поэтому встала, отпросилась пройтись к ручью и подышать свежим воздухом.

После того, как отошла на достаточное расстояние от дома, я свернула с тропинки и углубилась в лес по эту сторону ручья. Ноги постоянно тянули перейти воду, но голос разума, а точнее моего огонька настоятельно не рекомендовал этого делать:

- Не советую. Сразу засечет, что ты ушла за контур. Неприятности нам сейчас не нужны.

После этой фразу про контур и неприятности я застыла на месте, пытаясь понять, на что он намекает.