Сон Соль. Перекрёсток миров

Обсерватория

На следующее утро я решила выйти – не просто прогуляться, а снова попытаться найти работу. Мир казался немного мутным, как будто я не до конца проснулась. Всё плыло, словно сквозь стекло. Я шла медленно, разглядывая улицы, людей, вывески, стараясь не думать… но, как назло, мысли тянулись друг за другом.

А доктор был ли реальным?

Что, если он — всего лишь сон? Или... я – его сон?

Я остановилась, почувствовав, как сердце сжалось, но потом просто пошла дальше, отгоняя эти мысли. Они были липкие, как паутина, и цеплялись за сознание, пока не теряли смысл.

Я не заметила, как свернула в незнакомые переулки. Дома становились всё ниже, реде́е, уступая место деревьям и зарослям. Асфальт сменился тропинкой, тропинка – корнями и землёй. Ноги начали ныть от усталости, но было уже поздно – возвращаться не хотелось. Что-то внутри тянуло меня дальше.

Так я оказалась перед странным зданием. Оно было полуразрушенным, но величественным. Купол с зелёным налётом, обросшие мхом стены и круглые окна – как глаза, устало смотрящие в небо. На табличке, почти скрытой листвой, можно было разглядеть надписи: "Обсерватория Ильхэн".

Слово показалось знакомым, но я точно знала, что никогда его не слышала.

Я медленно обошла здание, пытаясь найти вход. Одна из дверей оказалась приоткрытой – я толкнула её плечом, и она с глухим скрипом впустила меня внутрь.

Внутри пахло пылью, влажным деревом и, не поверите, но… временем. Да, именно временем. Свет пробивался сквозь разбитые витражи и падал разноцветными пятнами на пол. Старые приборы, телескоп, заржавевшие стойки и стеллажи с книгами, полуистлевшими от времени. Всё было покрыто тонким слоем пепельно-серой тишины.

Я медленно шла по залу, пока вдруг не заметила аквариум. Совсем целый, светящийся. Внутри – лишь одна золотистая рыбка. Она плавала плавно, размеренно, будто знала, что я смотрю. Учитывая атмосферу вокруг, по логике, аквариум не должен был работать, но вода была чистой, и внутри тихо бурлили пузырьки. Будто кто-то ухаживал за ним.

Я подошла ближе, прижалась лбом к стеклу. Рыбка подплыла ко мне вплотную. Я уже собиралась что-то сказать, просто так, по-детски, как вдруг сзади послышался хруст.

Я резко обернулась.

У одной из колонн стоял человек.

Высокий. Плечистый. На вид – лет двадцать с небольшим. Чёрные волосы немного падали на лоб, кожа – светлая, как у корейских актёров. Взгляд – тёмный, но не пустой. Скорее усталый, как у кого-то, кто слишком много времени провёл перед экраном компьютера.

– Прости, – сказала я. – Я не знала, что здесь кто-то есть…

Он покачал головой.

– Ничего. Ты первая, кто пришёл за долгое время.

– Ты… здесь живёшь?

– Если это можно назвать жизнью, – он улыбнулся. – Я здесь давно. Очень давно.

– Ты работаешь здесь?

Он на секунду замолчал.

– Я не знаю. Я не знаю, кто я. И откуда. Только рыбка... Она здесь была всегда. Думаю, она помнит меня лучше, чем я сам.

Я посмотрела на аквариум. Рыбка спокойно плавала, будто слушала.

– А как тебя зовут?

Он опустил глаза.

– Я не помню.

Я немного помолчала, затем сказала:

– Тогда… можно я дам тебе имя?

Я предложила это неожиданно даже самой для себя.

Этот человек казался слишком грустным и мне хотелось его развеселить.

Он посмотрел на меня внимательно, будто искал во мне ответ.

– Попробуй.

– Ёнсу. Как тебе? Оно означает "лотосовая вода" или "вечная жизнь", в зависимости от написания. Мне кажется, тебе подойдёт. Ты – как вода в этом аквариуме. Тихий. Скрытый. Но живой.

Он впервые улыбнулся. И так тепло, что на мгновение внутри что-то дрогнуло.

– Ёнсу, – повторил он. – Мне нравится. Спасибо.

Я немного помолчала, потом сказала: