Сон в летнюю ночь

15

Когда Марка и Витт вышли из комнаты, пайшах Керс стоял на этаже около лестницы и спорил с двумя горничными. Все трое испуганно вздрогнули и дружно поклонились вышедшей из комнаты Марке. От всех троих волнами расходился страх, и Марка их даже немного понимала.. Серебряные звёзды одинаково хорошо как открывали, так и закрывали двери. К тому же Керс был пайшахом. Марка сама ничего не имела против желторожих, но на лбу у неё это не написано. Орден лишь недавно — двадцати лет не прошло! — смирился с существованием пайшахов, признал их достойными внимать слову Божьему и подтвердил дарованное им короной право жить на побережье. До этого же храмовники много лет преследовали пайшахов, одна резня в Вилесе чего стоит. Орден Кинереси к тому времени, хвала Мату-Ине, уже перестал преследовать пайшахов, но не все церковники или младшие наставники были согласны с решением верховного совета церкви. До сих пор не согласны, что порождает множество проблем.

— Единственное, о чём я вас попрошу, это чтобы в наши комнаты не заходил никто посторонний, — вежливо попросила Марка, когда пайшахи догадались выпрямиться.

— Разумеется, мисса… — Керс замялся, не зная, как её назвать.

— Мисса Дели вполне подойдёт.

— Разумеется, мисса Дели, — он снова быстро поклонился и уступил ей дорогу вниз.

— Надеюсь, мы больше не доставим вам неудобств своим присутствием.

— Разумеется, мисса.

— Керс, по поводу наших комнат. Это единственное, о чём я прошу, но прошу всерьёз. Туда никто не должен входить, или я расстроюсь.

Пайшах истово закивал. Витт на всякий случай показал ему кулак, и желторожий едва не упал с лестницы. Марка почувствовала мрачное удовлетворение друга. Витт был единственным из них, кто искренне и не скрываясь любил свою звезду и прилагающие к ней страх и почтение. К тому же его очень злила  рана и мнимая беспомощность.

Сама Марка до сих пор смущалась, когда приходилось использовать их власть. Как будто она прилюдно материлась или совершала что-то непристойное.

На площади перед гостиницей народу и телег поубавилось. Приближался самый жаркий час дня, и люди спешили кто поесть, кто вздремнуть. На храмовников внимания никто не обращал. Только около поклонной статуи перед воротами дома молитвы дюжина женщин крикливо переругивались друг с другом. Витт пристроился у неё за спиной. Марка чувствовала его злость и желание кого-нибудь побить за свою руку. Ей стало его очень жалко, но вслух ничего говорить она не решилась.

Около дома Кадеров дежурил вчерашний паренёк, Вилл. Полукровка очень удивился, когда увидел их.

— Снова вы? А разве…

— Нет, мы поговорили с советником Айе и пришли к взаимопониманию, — Марка указала на свою звезду. Вилл вытаращился на неё и поспешно отступил на шаг назад. От Витта пахнуло удовлетворением, как из жаром из печи.

— Простите, мисса, я не знал…

— Я вас ни в чём пока не обвиняю, — Марка зашла во двор. — Не пускайте больше сюда никого. Вообще никого, кроме рива и людей, которых я позову.

— Разумеется, — парень немедленно закрыл калитку на засов и на всякий случай вдел в кольца тяжёлый замок.

Марка прошла по дорожке к парадному крыльцу, потом свернула к птичнику и сараям. Она ожидала, что ей станет страшно… да чего угодно! Но двор Кадеров был самым обычным двором, каких десятки в этом городке. Даже куры бегают в своих загонах, а ворота коровника распахнуты: утром скотину выгнали с городским стадом пастись. Только цветник перед главной дверью изрядно затоптан. На задней террасе дома в плетёных креслах сидели ещё двое помощников рива. Марка узнала одного из них, Марира Ру. Мужчины поднялись и спустились к ним на встречу, но Вилл пробежал вперёд и спешно принялся им шептать. Марир подошёл к Марке.

— Вы правда из ордена Кинереси? — прямо спросил старик.

— Да.   

— Почему вы не сказали нам об этом вчера? — Таш чувствовала его злость из-за потери сына.

— У нас были на это причины.

— Правда, что в этом доме поселился демон?

— Это только слова, — подтверждать уже поползшие слухи она не решилась. В таких городках народ весьма суеверен и пуглив, с них станется ещё сжечь дом до окончания расследования. Да и она сама не до конца уверена, причастен ли демон к убийствам и стоит ли объявлять о нём.

— Вы за этим приехали?

— Нет. Мы ищем убийц семьи Кадеров и вашего сына.

Старик кивнул.

— Может быть, позвать миссу Ульмита? — предложил Вилл.

— Он сам скоро придёт, — Марка заткнула конец юбки за пояс, чтобы не мешал прыгать через грядки, и обошла вокруг дома. Прошло всего пять минут, как они пришли, а соседи Кадеров прилипли к окнам, а низкий забор со стороны ручья облепили мальчишки. Их любопытство волной накрыло двор и мешало сосредоточиться.  Каждый хотел взглянуть на настоящих храмовников! Марка не выдержала и зашла в дом. Тут стало лучше, если можно назвать смену удушающего человеческого любопытства на не менее удушающим запахом горя.