Соната Любви и Города

5.1 Любовь

***

Немногие знают, что раз в неделю в Санкт-Петербурге проходит встреча Ковена. Семь женщин собираются в круге и рассказывают друг другу истории. Ничего необычного, почти бабские разговоры.

Ведьминские, я бы даже сказала.

Моё появление вызывает шепотки и недовольное фырканье. Я опоздала на двадцать минут. Обычная пунктуальность мне изменила, позволив сёстрам распустить ехидные улыбки.

Я не рассчитывала на пробки по дороге в Город из Кронштадта.

От насмешливых взглядов становится не по себе. Я и так знаю, что не справляюсь, незачем ещё и мысленно меня подавлять.

Здороваюсь с Лидией Ивановной. Остальным киваю, выдавливаю улыбку.

Нет, мы не рисуем узоры на полу, не зажигаем свечи. Обычно мы бронируем в хорошем ресторане отдельный зал и ставим звуконепроницаемый экран.

Это по части Анны — ведьмы Воздуха. Худенькая девушка на вид лет восемнадцати чмокает меня в щёку и проводит рукой за спиной, закрывая пространство для звуков. Карие глаза весело блестят.

Анна питается ветром, поэтому обитает в башне Газпрома и никогда не бывает голодной. Везучая. У неё вид настоящей светской львицы в норковой шубке посредине лета и шёлковом платье на голое тело.

Всего в круге семь ведьм.

Верховная — самая старшая из всех, самая умная и сильная.

Лидия Ивановна выглядит лет на шестьдесят, но на самом деле гораздо старше своего возраста. Мне кажется, ей больше тысячи лет. Но точно никто не знает. Её сила — в сплочении Ковена. Только Верховная может объединить силу ведьм в единый поток и управлять им, любая другая сгорит.

Собираемся мы, конечно же, не просто так. Мы делимся успехами и новостями.

— Через два дня зацветёт «Царица ночи». Туристов соберётся тьма-тьмущая, но я вас проведу, — сказала Цветолина. Девушка с чёрными волосами, первая помощница Верховной. Ведьма Земли. Благодаря ей у нас всегда есть компоненты, необходимые для зелий. — Первыми увидите новорождённую. — Цветолина гордо вытягивает подбородок. Серёжки-кресты сверкают в свете ярких ламп.

Кактус «Царица ночи» цветёт один раз в год, потому что в его соцветии зреет новая фея. Небольшое существо размером с бабочку и очень на неё похожее. В последнее время фей становится всё меньше. Люди вытаптывают цветы, в которых они растут.

— Пыльцу потом собери и сдай на склад! — мрачно кивает Ольга Борисовна — ведьма Ненависти. Работает в «Крестах» надзирателем. Вот уж не повезло так не повезло с работой.

Рядом с ней сидит её дочь — Клавдия, у неё синяк под глазом. Запудренный тремя слоями штукатурки, но всё равно очень заметный. Ненависть в ней так и клокочет. Вот, кажется, работаем с ней в одном здании, а насколько разные по наполненности эмоции.

Она, как специалист по разводам, всегда находит для себя энергию. И когда забирает её, люди становятся только счастливее. В отличие от моей, её сила приносит радость.

Обычно дочерей на сходку Ковена не берут, но у нас почти семейные посиделки. А Ольга Борисовна готовится отойти от дел. Правда, она уже лет тридцать готовится, но ведьмы в принципе никуда не торопятся.

Мы засиживаемся почти до утра, ведьмы обеспокоены снизившимся числом сущностей. Вот уже и водяные стали исчезающим видом. Пора заносить в красную книгу. Большинство сущностей питается злыми эмоциями, бедами горожан. Но многие сейчас сидят по домам, даже за продуктами не выходят. Ни сплетен, ни склок, драки и то кибернетические.

Скукота.

Только домовые и подъездные нормально кормятся на ссорах заказчиков с курьерами и доставщиками. Милое дело нынче обобрать парнишку с жёлтым рюкзаком.

Лихо одноглазое, прячущееся за шторкой у спины Верховной, мне приветственно кивает, ему тоже недостаёт настоящего русского молодецкого мордобоя. Чёрная лохматая сущность с горящим оком — телохранитель Лидии Ивановны.

— Ах да, Любушка, ты встретилась с Игорьком? — вспоминает обо мне Верховная.

Я давлюсь красным вином, девочки улыбаются.

Верховная задалась целью непременно найти мне мужика. Ни муж, ни семья ведьмам не нужны. А вот дочка обязательно должна быть.

С некоторых пор Лидия Ивановна боится, что Ковен опять останется без одной ведьмы, вот и провоцирует меня на зачатие.

Хотя не так уж я плохо и выгляжу.

Но святая обязанность любой сестры — оставить после себя наследницу.

— Мы не сошлись характерами, — я краснею под пристальными взглядами.

— Это уже третий хахаль, тебе не угодишь. Ты же понимаешь, что не молодеешь? — ехидничает Валерия и смеётся.

От её смеха напитки в бокалах слегка вспениваются, будто закипают. Лера управляет водой. Но иногда не может сдержать эмоций. Если она грустит, над Городом идёт дождь, если злится — гроза. А если ей хорошо, появляется радуга. Сами понимаете, Санкт-Петербург стал её родиной триста лет назад.

У Леры и доченька замечательная. Алёнушке всего полгодика, её оставили дома с отцом. Лерка единственная из ведьм живёт с мужем. Обычно сразу после родов ведьма бросает избранника, но Лера, кажется, влюбилась в него. Это не возбраняется. Единственное, тяжело объяснить мужчине, почему ты не стареешь. И банальное «потому что я ведьма» через двадцать лет перестаёт работать.