Соната Любви и Города

8.1 Анатолий

***

В баре «БутерBrodsky» нас с Борей знают и любят. Бармен Дмитрий приветственно машет нам рукой и кивает на столик у окна в углу.

Люба отвлекается от беседы с Борей и с интересом, как мне кажется, рассматривает кирпичную кладку сводов, что нависают над гостями, любуется портретом Бродского на стене за барной стойкой, изучает меню.

Я обожаю этот бар ещё потому, что владелец, Яша, — из Видящих, но слабый. В СМАК не попал и от обиды стал отрицать всё потустороннее. Помещение бара выкупил и отвалил приличную сумму Ковену, чтоб поставить защиту. Поэтому здесь до меня не доберётся ни одна тварюшка.

Яша и меня по первой хотел прогнать, хотя защита пропускала беспрекословно. Уже потом он, узнав про мои непростые отношения с Городом, смирился с моим присутствием в баре и даже скидку по-дружески предоставил мне и Борьке.

В «БутерBrodsky» и ещё в парочке баров, где хозяева не совсем обычные люди, имеющие зуб на Город или СМАК, я могу чувствовать себя в безопасности. А то всякое бывало. И вино в воду превращалось, и хлеб — в камень. Но ещё хуже было, когда на свадьбе друга на Стрелке Васильевского острова, где мы всем табором традиционно фотографировались, брусчатка на мостовой хлебом обернулась. И тучи голубей кинулись мне под ноги. Обгадили меня тогда… Несмотря на то, что, говорят, попасть под птичий обстрел к деньгам, это приносит только вонь и разочарование. И огромное количество фотографий, где я по уши в птичьем помёте.

— Что вы посоветуете взять? — Люба обращается как будто сразу к двоим, и ко мне, и к Борису.

Мне не нравится её внимание к Борьке. Но друг мой уже так занят выбором напитков, что не отвечает Любочке. Стараюсь перетянуть её интерес на себя.

— Если сильно голодная, то бери тушёную утку с пшеничной лапшой или вареники с толчёнкой. Для разгона парочку смуши. Мне нравятся вот этот, — я намеренно придвигаю свой стул поближе к Любочке, тыкаю пальцем в меню и задеваю её своим плечом. Но финт не прокатывает, она отодвигается к окну подальше от меня. — С риетом из лосося и вялеными томатами. На десерт шоколадные трюфели бери. Четыре штуки, не меньше. — Желудок предательски и очень громко урчит.

— Вы любите сладкое? — Конфетка удивлённо распахивает серые глазищи и смотрит на меня как на явление Христа народу.

Если я мужик под два метра ростом, я что, не могу любить сладкое? Все думают, что не могу, поэтому я чаще всего скрываю свои пристрастия к шоколадным конфетами. Но сейчас прямо сам чёрт за язык тянет, и я вываливаю на Любушку тайную тайну:

— Обожаю, особенно конфеты. Я даже этикетки коллекционирую. У меня целый альбом. И отдельный — с обёртками от заграничных конфет.

— Вы меня сейчас разыгрываете?

Ну вот, поделился, называется, тайным.

— Нет. И хватит уже выкать.

Бесит прям это её «Вы». И что-то она сама нервировать меня начинает. Улыбается будто бы дружелюбно, но сама настороженная, вот-вот бросится и откусит полголовы, а вторую половину оставит на десерт.

Боря уже определился с заказом и сидит в ожидании наливок. Я беру себе голубцы с бараниной и печёный баклажан, классический сморреброд и запить чаю. На десерт четыре трюфеля, но это знает каждый официант, поэтому я даже не озвучиваю. Наливки не беру, хотя хочется. Но, перехватив недовольный и даже презрительный взгляд Любы в сторону Бори, который опрокинул в себя уже третью рюмку, воздерживаюсь.

Разговор крутится в основном вокруг операции, больницы и Пыжика, как Люба называет племянника. Столкнуть её с наезженной колеи не получается.

— А палаты в отделении хорошие? А как кормят? А когда можно навещать? А медсёстры внимательные? — Вопросы сыпятся из Любочки, как из дырявого мешка горох, но меня это только сильнее злит.

Она улыбается мне в ответ так широко, что от фальши саднит в носу. А на мои подкаты вовсе не реагирует. Только тихонечко фыркает на реплики Бориса и закатывает глаза каждый раз, когда он заливает в себя новую рюмку. Считает она их, что ли? Компромат собирает?

Ну надо же, такая аппетитная Конфета и такая правильная, аж зубы сводит. И зачем тогда пошла с нами? И как её, такую неприступную, окучивать? Реально, что ли, побриться и в «консерву» билеты добывать? Или в Мариинку? Кстати, были у меня выходы, билетики самые лучшие помогут достать. Но надо только на новую сцену, там пока ни одного духа не завелось, все брезгуют. А вот в старом здании я и пяти минут не проживу.

Пока я утоляю голод и предаюсь мыслям о культурном досуге, Люба приступает к допросу с пристрастием.

***

Вот тут много вкусных новинок июня:

https://litnet.com/ru/blogs/post/659967