Соперники. Борьба за её сердце

Глава 1. Два вольных ветра

− Принцев ведут! Принцев! – неслись шепотки со всех сторон.

Джейси жадно всмотрелась в толпу. Принцев до нынешнего дня она не встречала. Должно быть, это необыкновенные парни, раз народ так оживился. Надо посмотреть.

Вытянув шею, она попыталась разобрать, где в толпе принцы, но видела пока лишь скопление горожан. Тиджевцы были примерно одинаковыми внешне: обязательно черноволосые, кудрявые. Мужчины − плечистые, коренастые. Женщины − грациозные, с пышными статями. Ростом те и другие, как правило, среднего, поэтому Джейси быстро нашла ориентир: поверх голов горожан мелькали чёрная и рыжая макушки. Ростом заморские парни определённо удались! Воображение подкинуло образы холёных красавчиков, неспешно передвигающихся в толпе. На лицах принцев скучающее выражение царственной безмятежности. Спины прямые. Одежды с трудом гнутся от золотой нити. А взирают на всех парни снисходительно и важно.

− Гьюшши* проклятые! − очень вовремя завопили в толпе.

Придуманная картинка разлетелась вдребезги, будто в разноцветный витраж впечатали камнем.

Тут народ расступился и Джейси увидела ИХ.

Принцы шли рядом. Плечом к плечу. Полуголые, побитые. Скованные между собой единой цепью. Хитрым образом она обивала запястья и щиколотки парней, проныривала в связующие кольца на кандалах и при каждом движении скользила, отзываясь на дёрганья принцев ехидной песней. Мол, какие золотые одежды, с ума сошла? И не свободные они больше, а так, военная добыча. Из-за цепи парни не шли, ковыляли. Где оступался один, тут же подсекало второго. И да, они были молоды. Навряд ли сильно старше неё. А ей прошлым летом исполнилось девятнадцать. Лишь Благие Орришэ́ ведают, каким горьким выдался праздник.

− О-о... − невольно сорвалось с губ, когда она посмотрела на пленников.

Беднягам не повезло! У них в Олирийской Империи рабство существовало. Неофициально. Центральные острова кичились своей «гуманностью», кричали о ней на каждом углу, а здесь, в Тидже, неприглядная правда выползала наружу. Иноземцев любили брать в плен. Кто будет пахать и сеять? Работать в домах аристократов. Трудиться на мыловарнях и вкалывать в ремесленных рядах? Дело найдётся всегда. А иноземцы вроде как и не свои. Их заставлять само провидение велело.

Один принц был стройный и рыжий. Такой яркий, что в голову шло лишь единственное сравнение: поцелованный огнём. Изящный, гибкий, тоже как язык пламени, он яростно косился по сторонам невероятной зелени глазищами. Солнечный свет преломлялся в изумрудной глубине, и глаза рыжего мерцали, как колдовские озёра в гуще дриадского леса. Утонуть и не выплыть! Тянули к себе взгляд острые скулы, каштановые стрелы бровей летели к вискам, и в целом точёные черты лица рыжего выдавали в нём уроженца континента. Парень был ослепительно, не по-тиджевски красив! Слегка портили его облик тонковатые губы, но этот изъян компенсировался чувственным рисунком самого рта.

− Какой лапочка! − восторженно делились впечатлениями женщины в толпе.

Зато мужчин было так просто не пронять.

− Что ж в нём красивого? − бурчали они. − Тощий, будто тростинка. И рыжий, как ягоды кислики!

− Можа энто вообще такой особый сорт девки? − глумились другие. − Уверены, что он парень?

− Дык груди нет!

− Энто да. Но мало ли какие в дальних землях стандарты, пхах! Вона и платье у заморского гостинчика имеется.

По жилистым ногам рыжего мотались длинные лоскуты, а торс был полностью голым. Иноземец сверкал поджарым телом, обнаруживая неплохой рельеф. Когда-то его «юбка» определённо имела верх, но сейчас обрывки тканей держались на честном слове. И благодаря верёвке, которую парень остервенело затягивал туже прямо на ходу, словно норовил перетянуть себя пополам. Рыжий стеснялся. Краснел, как девушка. Озирался по сторонам. У него даже уши вздрагивали от сплетен в его адрес. Все усилия огненного принца прикрыться пропадали без толку. Колкий ветер с моря играл обрывками тканей. Хлопал «юбкой», вздымая её по самое не могу, демонстрируя поджарые ягодицы парня. От такого представления рыжий обретал особую грациозность: он будто летел. На него было стыдно смотреть. Но и не смотреть не получалось.

− Оу-го-о! − протяжно неслось пленнику вслед.

− Эй, Рыжик-брызжик, задери свои тряпочки! Докажи, что ты парень! − орал народ. − Да не боись! Причиндалами сверкнуть − то для мужика не позор! Если ты мужик, конечно.

Рыжий стремительно повернулся на оскорбление, крикнул в ответ нечто сердитое, но Джейси не расслышала. Зеваки расхохотались, заглушая слова. Одновременно ветер взметнул «юбку» парня особенно высоко, и она покраснела, отводя взгляд.

Второй принц был совсем другой. Парни вообще отличались друг от друга, как день от ночи. Единственное, что их роднило − это выражение упрямства на грязных лицах. И рост. Оба были настоящими дылдами.

На фоне изящного соузника брюнет смотрелся горой. Суровый, смуглый и мускулистый − эталон классической мужской красоты. Ещё не заматеревший, но уверенно идущий к своему мужанию. Этот пленник покачивался в цепях, играя мускулами. Он не красовался. Он демонстрировал, что опасен. В толпе настороженно загудели, но цепи выглядели надёжными. Лицо брюнета обладало правильными чертами, однако парень хмурился, сурово сведя чёрные брови на переносице. Губы были крепко сжаты. Пленник бросал по сторонам неприязненные взгляды. Цвет глаз издалека рассмотреть не получалось, но Джейси решила, что у такого смуглого типа они наверняка карие. Чёрные, как крыло ворона волосы, метались по плечам и часть из них была заплетена в тонкие косицы, рядами идущими поверх головы. Косицы стекались в лохматый пучок на макушке, затянутый простым кожаным шнурком. И они звякали! Джейси пригляделась.