Соревнования на любовь

1. Из точки ,,А,, в точку ,,В,, главное попасть вовремя

Зима, беснуясь мелкой метелью, рвет в клочья растрепанные, еще не совсем облетевшие листья, так одиноко и сиротливо дрожащие на хлестких тонких веточках молодых березок. Снег засыпает глаза, бросая в них ледяную пыль порывистым ветром. «Уже с первого декабря и такая мерзость! Бр!» - думаю угрюмо прячась в недры своего шарфа, так щедро намотанного вокруг горла поверх надетого капюшона. Подхожу на остановку. Бесчетное количество таких же мокрых, занесенных снегом бедолаг как и я, стоят неподвижно, словно ледяные статуи в этом темном сумасшедшем царстве метели.

Где-то в области бедра, в кармане джинсов, чувствую еле уловимую вибрацию своего мобильного. “Вот черт! Опять забыла переложить телефон в рюкзак! Но и кому приспичило звонить в такую рань? Часов семь, не больше.” Окоченевшими, по причине забытых варежек, руками задираю куртку и, претерпевая щекотание оголенного бока колючим ветром, пытаюсь непослушными пальцами выковырять застрявший в кармане телефон. Но эта зараза никак не хочет поддаваться! И я уже психуя и тряся ногой, можно сказать, со всей дури деру крепкую ткань брюк. “Наконец-то!”

-Ало? – сразу же прикладываю аппарат к уху, просовывая под шапку даже не взглянув от кого звонок.

-Аль, привет. – Раздается в трубке незнакомый мне голос.

-Привет... – непонимающе хмурю брови.

-Это я, Коля. – Сипит на том конце тот, кого я сначала не узнала. – Я приболел тут немного...

-А, Коль, привет... – выслушиваю жалобы друга на боль в горле и несносное состояние от неожиданно накатившей простуды и так, как являюсь старостой в классе, обещаю предупредить классного руководителя.

К счастью, автобуса долго ждать не приходится. Вскоре подъезжает 17ый, но как всегда набитый до отказа. Пытаясь встроится в плотную очередь, семеню вслед за медленно движущимся транспортом, стараясь не упустить возможность юркнуть, если так можно выразиться, в уже плотно набитый солон. Так как доезжая до моей остановки в это время (да в принципе и в любое другое) все автобусы просто забиты. “Каждый божий день одно и тоже. Вот они - прелести жизни в новом расстроившемся микрорайоне.”

Но сегодня мне везет: очутившись внутри одной из первых, умудряюсь даже удобно стать, умостив заранее снятый рюкзак на моторном отсеке, рядом с сидящей там же девчушкой лет четырех. “Ох, как тепленько!” Стараюсь как можно плотнее прижаться к теплой панеле, отогревая заледеневшие коленки. Теперь задача быстро доехать до нужной остановки, чтобы там дотопать до своей 24 школы и не опоздать на тренировку. Но это возможно только при том условии, если водитель не будет тянуться со скоростью черепахи.

С каждой остановкой свободного места в салоне становится все меньше и меньше. Некоторые товарищи даже не пытаются войти, оставаясь ждать следующего автобуса, в который тоже не факт что влезут. “Сомневаюсь, что скоро на всех станет хватать кислорода” – думаю, когда по-обычному становимся в пробке возле фабрики “Спартак”. С нетерпением поглядываю на часы. “Кучер, трогай же наконец!”- уже хочется крикнуть от нетерпения, когда замечаю движение автомобилей в параллельной полосе. И будто услышав мой мысленный призыв, автобус истошно гудит и, тарахтя, медленно продвигается вперед.

Краем глаза замечаю, что девчушка сидящая на панеле моторного отсека, пристально пялясь на меня и медленно пережевывая печеньку, часть которой держит в руке, пальцем ковыряет фликер в виде песика на моем рюкзаке. Безуспешно пытаюсь оттянуть свою сумку подальше от ее маленьких ручонок. Готовая уже возмутиться на мамашу, которая с таким умилением поглядывает на свое чадо, набираю в легкие воздуха, как дама со словами “Сонечка, мы выходим”, стаскивает отпрыска с насиженного местечка и продвигается к двери. Сделаю лирическое отступление: к слову, у меня сложилось такое впечатление, что у нас весь город состоит из Сонечек и Матюш. Обязательно придерживаться моды? Просто кошмар какой-то! Хотя... Признаться, и у меня имя не лучше... У меня дурацкое и необычное имя Альбертина. Такое чувство, будто мои родители перечитались Пруста. И странно, что их не смутило даже то, что прототипом прустовской Альбертины был мужчина. Да и вообще Пруст был гей. Будто не знают! Видимо, сказывается выбранная профессия. Они ведь оба филологи. Преподают в универе зарубежную литературу. А все, так сказать, отражается на детях. И представьте каково было их удивление, когда я изъявила желание заниматься гимнастикой. Но как говорится, в семье не без урода. Не в прямом конечно смысле! Внешне я очень даже симпатичная. Унаследовав от отца не очень высокий рост и статную фигуру, хоть и мало похожу на гимнастку, но стараюсь не отставать по успеваемости. От мамы мне досталось, можно сказать, все остальное, кроме пепельно-белого цвета волос и светло-голубых глаз. У меня темные волосы, серые глаза, прямой нос и красивые припухлые губки. Хихихи, даже люблю себя!

Тем временем я с горем пополам добираюсь до школы, к счастью не опоздав и имея в запасе еще добрых 15 минут.

Первым делом всегда тренировка. В спортзале меня встречает Тося, уже переодетая в обтягивающие ее миниатюрную фигурку, черные ласины и бежевую майку. Тоня Воронцова - маленькая и легкая - настоящая гимнастка. На целую голову ниже меня ростом, она никак не выглядит на свои 17. На нежном личике, с маленьким слегка вздернутым носиком и синими глазами играет еле уловимая детская беззаботность. Собраные в высокий хвост длинные светлорусые с частым милированием волосы свисают гладкими шелковыми прядями до самых плеч.



malidis

Отредактировано: 12.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться