Сорок третий

Сорок третий

Сергей поправил зеркало заднего вида, хотя смотреть назад смысла не было — за последние сорок минут он не обогнал ни одной машины. Трасса Р-217, «Кавказ», в это время года была почти пустой: редкие фуры шли в сторону моря, ещё более редкие легковушки плелись обратно, увозя на крышах велосипеды и надувные круги. Август в Краснодарском крае заканчивался, и вместе с ним заканчивался сезон.

Навигатор на лобовом стекле пиликнул и бесстрастным женским голосом произнёс:
— Через триста метров поверните направо, на грунтовую дорогу.

Сергей нахмурился. Он ездил на дачу по этой трассе уже пятый год и прекрасно помнил, что поворот к его СНТ «Ветеран» находится дальше, минимум через пять километров, сразу за синей заправкой «Лукойл». А тут — какой-то съезд в лес, которого он раньше не замечал.

— Чего? — пробормотал он, тыкая пальцем в экран смартфона, закреплённого на держателе. — Какая ещё грунтовая?

Приложение «Яндекс.Навигатор» показывало маршрут уверенной синей линией. Никаких пробок, никаких перекрытий — просто спокойный путь, который почему-то теперь пролегал не по привычному асфальту, а уходил куда-то вправо, в чащу. Сергей перезагрузил маршрут, но программа, подумав несколько секунд, снова проложила ту же самую кривую — через лес, мимо каких-то необозначенных на карте просёлков.

Он пожал плечами. Навигатору виднее. Может, там ремонт или мост размыло после вчерашнего ливня, а приложение уже учло перекрытие и повело в объезд. Такое бывало. Сергей сбросил скорость, включил поворотник — скорее по привычке, потому что уступать сигнал было всё равно некому, — и съехал с трассы.

Грунтовка оказалась на удивление ровной, будто её недавно отсыпали гравием. «Нива» мягко покатилась между сосен, и через минуту асфальтовая трасса позади окончательно скрылась за поворотом. В салоне запахло хвоей и влажной землёй — запах, который Сергей любил с детства. Именно ради этого он и купил дачу: чтобы по выходным дышать не бензиновой гарью, а вот таким — настоящим, густым, почти сладким воздухом.

Он опустил стекло. Ветер ударил в лицо тёплой волной, смешанной с ароматом прелых листьев.

— Через пятьсот метров поверните налево, — сообщил навигатор.

— Да понял я, понял, — отозвался Сергей, хотя никто его не слышал.

Он глянул на экран — и тут заметил первое странное. Значок геолокации в верхнем углу экрана мигал, не находя спутников. Надпись «Потерян сигнал GPS» то появлялась, то исчезала, словно телефон судорожно пытался зацепиться за ускользающий сигнал. Сергей взял смартфон в руку, потряс им — жест глупый, но рефлекторный, — и посмотрел на индикатор сети. Тот показывал пустоту. Не «одну палочку», не «только экстренные вызовы», а именно пустоту — перечёркнутый кружок, означающий, что вышек поблизости просто нет.

— Ну, глухомань… — протянул он, возвращая телефон на держатель.

В конце концов, он ехал не в тайгу, а в дачный посёлок в двадцати минутах от города. Даже если навигатор заглючил, дорога всё равно одна. Лесные просёлки рано или поздно выводят на какую-нибудь деревню, а оттуда — на нормальную трассу. Не впервые. Переживёт.

Он проехал ещё с полкилометра, когда навигатор вдруг замолчал окончательно. Экран застыл, а затем и вовсе погас — телефон перезагрузился сам собой. Сергей выругался сквозь зубы, но скорость сбавлять не стал. Грунтовка всё так же стелилась под колёса ровной лентой, сосны расступались перед машиной, будто приглашая глубже.

А потом сосны кончились.

Это произошло резко, без перехода — только что был лес, а через секунду перед «Нивой» распахнулось поле. Сергей даже притормозил от неожиданности. В лобовое стекло ударил яркий, почти оранжевый свет низкого солнца, и он зажмурился на миг, а когда открыл глаза — увидел посёлок.

Тот лежал в низине, между двух пологих холмов, поросших редким кустарником. Два десятка домов, не больше. Обычные деревенские дома — бревенчатые срубы, шиферные крыши, кое-где покосившиеся заборы. Но что-то в них было не так. Сергей не сразу понял, что именно, а когда понял — почувствовал, как внутри шевельнулся холодок.

В посёлке не было проводов. Вообще. Ни электрических столбов, ни телевизионных антенн, ни спутниковых тарелок на крышах — ничего, что говорило бы о наличии цивилизации. Только дома, заборы, огороды — и тишина. Глубокая, вязкая, какой не бывает даже в самой глухой деревне, потому что в любой глухой деревне хотя бы собака брешет или трактор тарахтит вдалеке. Здесь не было ни звука.

Сергей остановил машину и вышел.

— Эй! — крикнул он в пустоту. — Есть кто?

Ответом была всё та же тишина. Он оглянулся на дорогу, по которой приехал, — она уходила обратно в лес, точно такая же ровная и спокойная, и вроде бы никуда не делась. Можно было сесть в машину, развернуться и уехать. Навигатор не работает, связь не ловит — ну и чёрт с ним. Выехать обратно на трассу и забыть этот странный посёлок как дурной сон.

Но вместо этого он стоял и смотрел, как от крайнего дома отделяется человеческая фигура и неторопливо идёт к нему.

Женщина. Лет сорока на вид, в простом ситцевом платье, с платком на голове. Она приближалась спокойно, без страха и без особого любопытства — так, будто встречать незнакомые машины на въезде в посёлок было для неё делом привычным.

Подошла. Остановилась в трёх шагах. У неё было обветренное лицо и очень светлые, почти прозрачные глаза.

— Новенький? — спросила она просто, без приветствия.

— Я… — Сергей запнулся. — Я, наверное, заблудился. Навигатор повёл через лес, а потом связь пропала. Вы не подскажете, как выехать обратно на трассу?

Женщина покачала головой. Не «не знаю», а именно — покачала с каким-то тихим, усталым сочувствием, словно он спросил о чём-то невозможном. Она развернулась и кивнула ему через плечо:

— Пойдём. Покормим тебя с дороги. А потом уже решишь, куда тебе выезжать.

И пошла обратно к домам — спокойно, уверенно, не оборачиваясь.

Сергей постоял ещё несколько секунд, глядя ей вслед. Потом взглянул на свой телефон — тот включился, но по-прежнему не находил сети. Ни одной. И GPS-модуль молчал, будто спутники над головой исчезли все разом.