Сосед. Ад для интроверта

Глава 1

Добро пожаловать в мою первую книгу! 🎄

Ну, почти первую. Технически я уже писала, но там было 18+ и совсем другие... эмоции. 😄 А здесь — целомудренная новогодняя романтическая комедия про соседей, которые друг друга ненавидят. Пока ненавидят.

А теперь самое важное:

• Оценивайте главы (да, мне важна каждая звёздочка ⭐).
• Пишите комментарии (обожаю читать ваши мысли!).
• Подписывайтесь на меня (чтобы не потерять продолжение).
• Ставьте звёздочки книге (автор питается ими, как кот вниманием).

Если вам понравится — посоветуйте книгу друзьям. Если не понравится — вините кота, он плохо консультировал. 🐱

Приятного чтения! 💕📖

Две недели до Нового года. Две недели, чтобы закрыть годовой отчет, с которым я мужественно боролась последние два месяца. Отчет, который мой тимлид Андрей вежливо называл «критически важным для стратегии компании», а я про себя — «той самой табличкой, из-за которой проведу выходные в обнимку с Excel».

Я уставилась в монитор, пытаясь заставить мозг сосредоточиться на цифрах. Конверсия, метрики, показатели за четвертый квартал — всё это должно было сложиться в красивый график, который я презентую руководству. Должно было. Вот только за стеной грохнули гитарные аккорды, и мой хрупкий фокус рассыпался, как печенье в руках трёхлетки.

— Нет, — прошептала я, глядя на стену. — Только не сегодня.

Гитара взяла паузу, и я успела выдохнуть с надеждой. Может, вселенная смилостивилась?

А потом за стеной запели. Мужской голос, уверенный и громкий, взял какую-то рок-балладу, и к нему тут же присоединился второй, чуть хрипловатый. Барабанная установка ударила так, что моя чашка с кофе жалобно звякнула.

— Как же я ненавижу своего соседа! — выдохнула я, откидываясь на спинку стула.

Максима. Живое доказательство, что картонные стены — это катастрофа.

А ведь всего четыре месяца назад я была на вершине счастья. Мне двадцать три года, а я — владелица собственной квартиры! Пусть это студия в двадцать пять квадратов в ЖК «Солнечные осинки» на окраине Подмосковья. Пусть стены тут картонные, и соседей слышно, когда они чихают, а уж когда кто-то смывает воду в туалете создаётся полное ощущение, что это происходит у меня за спиной. Пусть ипотека на тридцать лет сжирает две трети моей зарплаты, и на оставшуюся треть я питаюсь гречкой и яйцами.

Но квартира — моя. Моя! Я могла разгуливать по ней в одних трусах, могла оставлять посуду немытой неделями, могла вешать на стены какие угодно дурацкие постеры, и никто не мог мне указывать, что правильно, а что нет. Я могла завести кота. Что я, кстати, и сделала, назвав его Наруто. Свобода, независимость, взрослая жизнь — всё это наконец-то стало реальностью.

Это счастье продлилось ровно месяц.

Потом в огромную трёшку по соседству въехал Максим. Музыкант. Да не просто музыкант, а фронтмен какой-то рок-группы, которая, судя по всему, репетирует исключительно в то время, когда я работаю. А я работаю удалённо. И я люблю тишину. Точнее, любила, пока не узнала, что такое жить стена к стене с человеком, который считает звукоизоляцию буржуазным предрассудком.

За стеной басист взял особенно низкую ноту, и мой монитор слегка задрожал.

Я зажмурилась и мысленно начала считать до десяти, как советовал психолог из подкаста про управление гневом.

Раз. Два. Три...

Барабаны ухнули так, что я подскочила на стуле.

Всё. Хватит.

Я вскочила, накинула толстовку на майку и выскочила из квартиры. Заморачиваться со сменой пижамных шорт не стала. Пусть сосед любуется моими шортами с котиками и пушистыми носками. Мне абсолютно плевать.

Я подлетела к двери Максима и постучала. Вежливо так. Культурно. Три раза.

Музыка продолжала греметь, будто я и не стучала вовсе.

Я постучала сильнее. Потом ещё сильнее, уже не церемонясь. А потом начала колотить кулаком, представляя, что это не железная дверь передо мной, а самодовольная физиономия моего соседа. Для полноты картины я ещё и ногой врезала по нижней части двери, от души.

— Открывай немедленно!

Наконец-то гитара замолчала. За дверью что-то загремело, послышались голоса. Кажется, кто-то недовольно спросил: «Кого там принесло?», а потом раздались неторопливые шаги.

Дверь распахнулась.

Максим. Собственной персоной. Тёмно-русые волосы растрепаны так, будто он только что снялся в рекламе дорогого шампуня в стиле «только встал с постели, но выгляжу потрясающе». Высокий — я едва доставала ему до плеча, даже если бы встала на цыпочки. Чёрная майка обтягивала рельефный торс. Он был худым, но поджарым и подтянутым, из тех парней, которых девочки-подростки из ЖК провожали взглядами на улице и потом обсуждали в своих чатиках. А их мамы, кажется, были не против составить дочкам конкуренцию, судя по тому, как заглядывались на Максима у лифта и почтовых ящиков.

А вот меня его смазливая физиономия бесила. Особенно сейчас, когда он смотрел на меня с этой своей ленивой полуулыбкой, будто я не пришла предъявлять претензии, а в гости зашла на чай.

Максим оперся плечом о дверной косяк и медленно, с явным удовольствием, оглядел меня с головы до ног. Задержал взгляд на носках чуть дольше, чем следовало.

— О, привет, Полина, — протянул он с ухмылкой. — За автографом пришла? Или фото на память хочешь? Только предупреждаю, я не фотографируюсь с фанатками в пижамах. У меня принципы.

Я сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

— Автографы раздавать рано, пока о тебе даже «Яндекс» не знает, — выдохнула я, пытаясь держать себя в руках. — Я работаю, а вы тут устроили концерт! Можете наконец играть потише? — я скрестила руки на груди. — А может лучше пойдёте в студию? Или в гараж? В лес, в конце концов! Там вас точно никто не услышит. Знаешь, есть специальные места для репетиций.

Максим прищурился, но ухмылка не сползла с его лица.