Сосед снизу
Пролог
Ненависть приходит не сразу.
Сначала это просто раздражение. Потом — глухая злость. И только когда ты начинаешь планировать ритуальное сожжение чьих-то кроссовок, которые громыхают у тебя над головой уже третью неделю подряд, ты понимаешь: это оно. Настоящая, выстраданная, выросшая за это время, как комнатный цветок на удобрениях, ненависть.
Я знаю о своем соседе снизу всё.
Я знаю, что он просыпается в шесть утра, потому что ровно в 6:05 начинает работать его кофемашина. Звук такой, будто он пытается завести трактор на кухне.
Я знаю, что он смотрит сериалы по вечерам, потому что сквозь пол пробиваются приглушенные звуки выстрелов и женских криков. Надеюсь, это просто «Настоящий детектив», а не реальные преступления.
Я знаю, что он терпеть не может мою музыку. Особенно когда я включаю её на кухне и начинаю танцевать, готовя ужин. Особенно когда это старый добрый поп-рок нулевых. Особенно когда я подпеваю.
Он — тот, кто стучит по батарее шваброй. Методично. Три удара. Пауза. Ещё три. Будто выстукивает азбуку Морзе: «З а к а н ч и в а й».
Он — автор гениальных записок, которые находит моя собака под дверью.
Моя собака, кстати, Йода. Йода — это померанский шпиц весом в два килограмма двести граммов чистой, нерастраченной любви и гиперактивности. Сосед в своих посланиях называет его «гиперактивным цербером», «миниатюрным табуном» и однажды — «саблезубым йети в состоянии аффекта».
Последняя записка, которая чудом уцелела после атаки Йоды, гласила:
«Я заклеил потолок скотчем, чтобы ваша собака не провалилась ко мне во время вечернего джаза. Пожалуйста, купите ей коврик для йоги. И себе заодно. Вы топаете громче, чем она».
Я купила коврик. Постелила на кухне. Йода заинтересовался им ровно на три минуты, обнюхал, чихнул и снова понесся по паркету, изображая табун мустангов в прериях. А я включила Земфиру. Потому что имею право. Это моя квартира. Я плачу ипотеку.
В ответ снизу раздались три глухих удара. Тук-тук-тук. Азбука Морзе моей личной войны.
Я подошла к батарее, наклонилась и тихо сказала в трубу:
— Имей совесть, сосед. Я тоже тебя слышу. Твоя кофемашина звучит как взлетающий боинг.
Труба молчала. Но я знала — он слышал.
Мы квиты. Вернее, были квиты. До сегодняшнего вечера.
Сегодня я проиграла эту войну. Разгромно, катастрофически, с потопом, жертвами и разрушениями.
Сегодня я залила его квартиру.
Отредактировано: 20.03.2026
Добавить в библиотеку 