Соседи по шезлонгу

Глава 5. Первая остановка-катастрофа.

Арендованный внедорожник цвета мокрого асфальта мягко гудел по серпантину, огибающему склоны холмов, поросших серебристыми оливами и темными кипарисами. Артем держал руль обеими руками, ровно в десять и два, его взгляд был прикован к дороге и навигатору на планшете, закрепленном на торпедо.

— Следующий поворот через два километра направо, — сообщил он голосом, лишенным эмоций, как голос спутникового навигатора. — Деревня Агиос Георгиос. Согласно отзывам, там сохранилась аутентичная архитектура пятнадцатого века, несколько таверн с высокой оценкой гидов и сувенирные лавки с изделиями местных ремесленников.

Он чувствовал странное удовлетворение. Мир снова обрел четкие контуры. Был план. Маршрут. Ключевые точки. Да, он сидел в одной машине с Викой Соколовой, чей яркий шарф теперь развевался на подголовнике пассажирского сиденья, а по полу уже раскатились два ее карандаша и помада. Но теперь у него был контроль над траекторией их движения. Это было умиротворяюще для Артёма.

Вика чувствовала себя птицей, выпущенной из клетки. Она приоткрыла окно, и в салон ворвался горячий поток воздуха, пахнущий хвоей, нагретой смолой и далеким морем. Она глубоко вдыхала, улыбаясь.

— Чувствуешь?— крикнула она поверх шума ветра. — Это же совсем другой запах! Не отельный!

— Закрой окно, пожалуйста, — попросил Артем, не отрывая взгляда от дороги. — Создает сквозняк и повышает расход топлива. И пристегнись пожалуйста.

Она скорчила гримасу, но окно прикрыла. Ее пальцы барабанили по мягкой обивке двери. Ее энергию некуда было девать. Она смотрела на проплывающие за окном пейзажи — выжженные солнцем склоны, одинокие белые домики, стада коз — и жаждала немедленно остановиться, свернуть на любую грунтовку, побежать вниз по склону, потрогать шершавую кору оливы. Но Артем был непреклонен. «Пункт первый по маршруту — Агиос Георгиос. Отклонение нерационально».

Когда они свернули на указанный поворот, Вика почуяла неладное. На узкой дороге стало больше машин. Туристических автобусов. И вот уже показались первые указатели на английском: «Traditional Village ->», «Free Parking».

— Артем… — начала она с тревогой.

— Мы почти на месте, — заверил он, следуя за потоком в большую, заасфальтированную парковку, утыканную табличками «Tourist Bus». — Все согласно плану.

План, как быстро выяснилось, был катастрофой. Аутентичная деревня пятнадцатого века превратилась в идеально отреставрированный, вылизанный до блеска туристический аттракцион. Белые домики с голубыми ставнями выглядели как декорации. Из каждого второго окна торчали таблички «Souvenirs», «Ice Cream», «Greek Salad 15€». Узкие мощеные улочки были запружены толпами людей в панамах, с громкими фотоаппаратами и селфи-палками. Воздух гудел на десятке языков, пах ароматом жареной во фритюре пищи и сладкой ватой.

Артем замер посреди главной улицы, его лицо было каменным, но в глазах читалось полное крушение картины мира. Его логичный, основанный на отзывах и рейтингах план привел их в адский диснейленд.

Вика смотрела на эту картину с нарастающим ужасом, который быстро сменился яростью. Она повернулась к нему, ее глаза сверкали.

— Это и есть твоя«настоящая Греция»? — ее голос звенел от гнева. — Парковка для автобусов? Сувениры «Сделано в Китае»? Пятнадцать евро за салат?

— Данные были некорректны, — сквозь зубы произнес Артем, сжимая планшет так, что треснул защитный экран. — Отзывы вводили в заблуждение. Нужно проанализировать…

—Анализируй сколько влезет! — перебила она, развернулась на каблуках и пошла прочь от главной улицы, туда, где узкий переулок уходил вверх, между чуть более обшарпанными домами. — Я не могу здесь находиться ни секунды!

— Вика, стой! Куда ты? — его голос прозвучал резко, с ноткой паники, которую он сам ненавидел.

— Прочь отсюда! — крикнула она через плечо, уже почти скрываясь за поворотом. — Если у тебя хватит смелости — иди за мной!

Он колебался секунду, глядя то на планшет с провальным маршрутом, то на ее удаляющуюся спину. Инстинкт приказывал вернуться к машине, найти в приложении новый, проверенный пункт. Но что-то другое, новое и необъяснимое, заставило его сжать челюсти и пойти за ней. Его внутренний планировщик кричал о катастрофе. Но он уже не мог оставить ее одну.

Он догнал ее на узкой тропинке, которая вилась между каменных оград, поросших бугенвиллией. Здесь уже не было толп, только крик цикад да далекий лай собаки.

— Это безрассудно,— начал он, стараясь идти в ногу. — Мы отклоняемся от маршрута. Мы не знаем, куда это приведёт.

— Именно! — выдохнула Вика, ускоряя шаг. Ее платье цеплялось за колючие кусты. — Мы не знаем! И это прекрасно! Разве ты не устал всё знать?

— Знание — это безопасность, — упрямо парировал он, но уже без прежней уверенности. Тропинка становилась круче, превращаясь в каменистую тропу. Он снял дорогие солнцезащитные очки и сунул их в карман рубашки. — Мы можем заблудиться.

— Мы уже заблудились, Артем! — обернулась она, и на ее лице была не злость, а какое-то дикое, ликующее отчаяние. — Мы заблудились в твоем плане, в этом фальшивом городе! Давай хотя бы заблудимся по-настоящему!

Он не нашелся что ответить. Его рациональный мозг бил тревогу: вода почти закончилась, солнце в зените, карта не грузится. Но его ноги продолжали идти за ней. Вверх. Все выше.

Тропа вывела их из-под скудной тени оливковой рощи на открытый, выжженный солнцем склон. Камни были горячими сквозь тонкую подошву его лоферов. И тут Вика остановилась.

— Смотри, — просто сказала она.

И он увидел. Тропа обрывалась перед небольшой каменной постройкой, прилепившейся к самому краю скалы. Это была часовня. Крошечная, древняя, с облупившейся голубой краской на ставнях и покосившимся деревянным крестом на черепичной крыше. Стены ее были сложены из неровного, потемневшего от времени камня. Никаких указателей. Никаких парковок. Ни души.

Они подошли ближе. Дверь была закрыта на массивный, ржавый замок, но ставни одного окошка отходили. Вика, не раздумывая, протиснулась внутрь. Через мгновение ее голос, приглушенный толщиной стен, позвал: