Сосуд для тёмной магии

Глава 4.

День у Рексмонда с самого утра не задался. Магическое предчувствие — что-то должно было случиться. И случилось, когда ему по магической почте пришло письмо от секретаря башни Покаяния. Армзмунд давно не выходил с ним на связь, а сели это и делал, то исключительно по рабочим вопросам. Отношения со сводным братом у них испортились… когда? Когда они вместе заканчивали школу? Или когда разъехались учиться в разные академии? А может быть тогда, на могиле отца, когда холодный и отстранённый «брат» не сказал ему ни одного слова поддержки?

То, что Армзмунд устроился работать в башню Покаяния было для него неприятной новостью, которую он долго не мог переварить. Пусть его старший брат был замкнут, молчалив и не общителен, но он никогда не выглядел как тот, кто без каких-либо угрызений совести сможет работать в таком месте. Да, Рексмонд и сам это замечал, что все, кто связывают себя с башней Покаяния, теряют свою человечность. Хотя они с Армзмундом тоже не особо люди и человечности в них куда меньше, чем в остальных.

Рексмонд никогда не связывался с тюрьмами, хотя иногда помогал законниками в виде консультирования. Он бы и дальше остался преподавать в академии, если бы не сильное магическое истощение. Об академии и былом уважении можно было забыть, его просто списали, как ненужный хлам, весь его вклад в науку и развитие стал бессмысленным.

Но Рексмонд не только маг, он ещё хороший охотник, поэтому он периодически натаскивает мальчишек на службу или очень редко берёт в ученики магов, помогая им раскрыть свой потенциал. Да, Рексмонд имел дар преподавания, все его ученики всегда были крепки и с хорошей базой знаний, что помогала им в будущем.

Вот только это не прошлое ректорское кресло и выскользнувшая из пальцев должность директора. Совсем не то.

Да, мужчина отпустил всё это, точнее, приспособился и научился делать другие вещи приоритетными в жизни. И получать удовольствие даже от такой жизни, пришлось задвинуть собственные амбиции и жить дальше.

Но вот письмо от Армзмунда нисколько его не порадовало. Ни сухие канцелярские строчки, ни само содержание. Хотя, это было что-то новенькое.

Они хотят отправить к нему не то ведьму, не то пробуждённую. Чтобы он понаблюдал за ней, провёл пару ритуалов и решил, кто она такая и что с ней делать. В письме был жёсткий отчёт о проделанной работе карателя — в голове у неё он поковырялся знатно, но полученная информация сбивала с толку, потому что казалась выдумкой.

Это первый прецедент, когда ведьма покидает башню Покаяния. Ведьма ли? Но у неё чётко зафиксирован арх. Нет, Рексмонд лучше сам взглянет и поймёт.

Но начальник башни посчитал её слабой, раз передаёт ему? Или же…

Домыслить ему не дал стук в дверь.

— Да, Клорх? — Рексмонд узнал его по шагам и дыханию за дверью.

— Портал подключился, господин Берхрим, скоро доставят преступницу, — прозвучал взволнованный мальчишеский голос.

Клорху было чуть больше четырнадцати, Рексмонд встретил его в бедном районе, когда мальчишке было только шесть. Мелкий оборванец хлюпал носом и не мог правильно срезать у него мешочек с монетами. Но тогда Рексмонд почувствовал в нём хороший магический потенциал и оформил над мальчишкой опеку. И с тех пор Клорх неразлучно присутствует в его жизни, помогает с делами и учится магии. Иногда Берхриму кажется, что Клорх возомнил себя его правой рукой.

— Иду, — Рексмонд поднялся из-за стола, отложив отчёт, который изучал часами. Ну что ж, ему даже интересно взглянуть на эту ведьму.

Дом, в котором он сейчас жил, был крепкий и двухэтажный, с хорошим подвалом, что использовался как жилой дополнительный третий этаж. На втором этаже была его комната, кабинет, комната Клорха, две ванных комнаты и две гостевых. На первом этаже библиотека, приёмная, кухня и столовая, несколько кабинетов для занятий, на третьем (в том самом подвале) сбыли комнаты учеников, прачечная, комната отдыха и кабинет алхимии. Там же и находилась портальная комната, бывшая кладовая, которой они пользовались очень редко.

Рексмонд спустился в подвал, встретив любопытные взгляды мальчишек, сейчас у него на обучении было трое и все они отдыхали. Они явно хотели спросить у него, что происходит, но не решались, выбрав наблюдательную позицию. Мужчина мысленно это одобрил.

Берхрим с Клорхом подошли к двери кладовой. Клорх успел только распахнуть дверь, когда по глазам резануло непривычное голубоватое свечение, будто что-то было не так.

Рексмонд на миг зажмурился, а когда открыл глаза, то перед ним стоял поисковик, что сопровождал заключённую.

Ведьма выглядела откровенно плохо, большая одежда и невысокий рост делали её подростком в его глазах, волосы разлохмаченные, колодки тяжело тянули её руки вниз, а лицо было в засохшей крови.

Но больше всего Берхрима насторожил её зеленоватый цвет лица. Девушка обвела их испуганным взглядом и, согнулась пополам, её стошнило. Но видимо, тошнить было нечем, потому что вышло желтоватая вязкая жидкость.

Она всхлипнула и хлопнулась на колени, тело её дрожало.

— Доставлена, — поисковик даже не взглянул на девушку, протянув папку с документами.

Рексмонд неприятно сглотнул. Кивнул Клорху и тот, всё поняв, осторожно подошёл к ведьме и, придерживая её под локоть, помог подняться и повёл из портальной наверх, в его кабинет. Преступницу шатало из стороны в сторону и она с трудом передвигала ногами.

Рексмонд расписался в документах, поставил магическую печать и получил пару дополнительных листов с информацией.

Он нервно выдохнул, закрыв дверь портальной. Чутьё не обмануло, с этой девицей что-то не так.

Берхрим поднялся в свой кабинет последним и удивлённо замер в дверях, заметив, что ведьма сидит возле догорающего камина на коленях и, протянув руки, греет ладони, хотя удерживать колодки ей явно тяжело.

Клорх лишь взволнованно переступал с ноги на ногу, явно не умея находить язык с женским полом или всё же опасаясь её как опасную преступницу.