Совершенные проблемы попаданки

Глава 11 Общение с вежливыми людьми

– Это ты мне? – вежливо изумилась я, пока еще у меня хватало терпения, которое почему-то все на этом острове пытались испытывать.

– Тебе! Как ты смеешь уклоняться от своей работы?!

– От своей никогда! – гордо ответила я. В уставе гильдии отъявленных четко прописано, что будет с теми, кто перестал выполнять свои воровские обязанности. – Но сюда я явилась, чтобы показать миру свою красоту.

Две минуты пришлось выждать, пока эта красавица отсмеялась. Смех у нее был красивым, как пишут всякие там поэты, напоминал перезвон серебряных колокольчиков, зубы ровные, и она даже не похрюкивала. Одни словом, смеялась она надо мной и раздражала необычайно.

– Ты кто? – спросила она, отсмеявшись.

– Бунталина! – я соскребла остатки тины с носа, удивляясь, как это не заметила этого пятна раньше, и добавила. – Первая красавица герцогства.

– Ты красавица? – она недоверчиво уставилась на меня.

– Угу! – я на всякий случай поправила почти непострадавшие от купания локоны. Мне казалось, что это ее убедит в моей красоте и титуле. Не убедило.

– А я всегда думала, что первые красавицы красивы! – презрительно сказала она. – И не увешаны тиной! И мухи не выглядывают из причесок! И на коже не должно быть зеленых пятен! Да и платье тоже должно быть, по крайней мере, чистым.

Я вздохнула, призывая на помощь всех богов, моля, чтобы они мне послали выдержку и терпение – но наши боги слишком ленивы. И ведь собиралась же я быть сегодня милой и обходительной! Даже с Герцогом поздоровалась, с Молибом пообщалась и стражникам ничего плохого не сделала. И на балу я хотела беззаботно веселиться, вот только первые минуты никакого веселья мне не принесли.

– Мне жаль тебя, – искренне ответила я, когда выдержка и терпение появились. – Откуда ты приехала?

– Из Шестискалья. Я первая красавица Снежных Вершин, леди Ровнеда, – слегка опешила она.

Я вспомнила про город, раскинувшийся на шести скалах, остроконечные вершины которых уходят в самое небо и покрыты вечным снегом. Там, среди снегов живут самые сильные гадалки, многие девушки на трианской неделе (самой холодной недели в году, каждый год она выпадает на разные дни) отправляются туда для определения собственного будущего.

– Тогда все понятно, – я глубоко вздохнула, на сей раз мой вздох должен был обозначать то, как же я ей сочувствую. – Новейшие веяния моды до вас доходят лишь тогда, когда про них успевают забыть в столице.

– Что? – возмутилась она, и сделала это чрезвычайно изящно.

– И приехала ты совсем недавно, пару дней по Санкт-Верту погуляла и сразу на бал? – поинтересовалась я.

– Даже погулять не успела по городу, сразу на бал, – выдала красавица нужный мне ответ.

Теперь можно было действовать.

– В Санкт-Верте вошел в моду болотный стиль. Наверное, ты слышала о модельере Гварцепупе… Впрочем, сомневаюсь. Постарайся больше не удивляться тине на волосах и одежде, чтобы не попасть впросак.

Я сделала вид, что собираюсь уходить, и обернулась.

– Кстати, про осоку и ряску лучше не упоминай. Тут все-таки собрались настоящие знатоки, они же тебя сразу раскусят. Будет очень обидно, если ты попадешь в глупое положение.

Я сделала еще шаг, и вновь замерла.

– Лягушачья икра… – я умолкла, ничего достойного по применению лягушачьей икры в сфере моды, не приходило в голову. Пришлось выдержать эффектную паузу, чтобы красавица сама что-нибудь додумала. – В общем, лучше поменьше говори о моде, тогда может все и обойдется.

Я сделала целых пять шагов, это на два шага больше, чем я рассчитывала, прежде чем она не окликнула меня.

– Погоди!

– Ой, прости, мне некогда, – не стала оборачиваться я. – Нужно обсудить некоторые тонкости этикета с Герцогом Справедливым и Молибом козлобород…

– Да, погоди же! – взмолилась леди Ровнеда. – Ну постой, я прошу тебя.

Я нехотя остановилась.

– В нашем захолустье так тоскливо, – вздохнула она. – Портнихи и ювелиры всю жизнь не вылезают из своих лавок, уверяют, что главное это гармония и сочетание цветов.

Я фыркнула, чтобы показать свое отношение к подобным заявлениям, и попыталась запомнить вышесказанные слова, мало ли потом понадобится где-нибудь блеснуть.

– Это было во времена молодости моей бабушки. – Моя рука непроизвольно поднялась, защищая меня от воображаемого дротика. Ничего не могу с собой поделать, при упоминании бабули у меня выработался условный рефлекс. – Человечество захлебнулось в этой гармонии, сотни лет одно и то же, все гармония и гармони, стало нестерпимо скучно. Унылые сочетания цветов, постоянная выверенная концепция изящества.

– Ах, это так утомляет! – кивнула леди Ровнеда.

– Уже утомило! – голосом наставника поправила я. – Утомило уже несколько лет назад, вот тогда Гварцепуп и решил все изменить. – Это имя я выдумала, и оно мне необычайно понравилось, кроме того, знатоки мира моды меняли свои имена с обычных на такие немыслимые, что Гварцепуп очень даже реально мог существовать.

– Да-да, – восхищенно сказала леди Ровнеда.

– Вот так и был изобретен болотный стиль! – Я кивнула в сторону Герцога, на парике которого все еще красовалась подброшенная мною тина.

– Ах! – восхитилась Ровнеда и уже до конца поверила мне.

– Вот именно! Стиль бунта, стиль стремительного преображения, стиль наглости! Отрицаем все былые установки. Преображаемся! Обновляемся! Используем природные материалы. Все, что дарит нам болото. Болотный стиль!

– Болотный стиль! – Ровнеда так нежно прощебетала эти слова, что я сама чуть было не поверила в существование такого стиля.

– Начни с малого! – Широким жестом я указала леди Ровнеде туда, куда хотела указать с самого начала, а именно, за край поляны в канаву, заполненную водой. Вода, прикрытая ровным слоем ряски, была наичернейшей.

– Я прямо сейчас могу измениться?! – обрадовалась она.

– Только лягушек болотных не хватай, – напутствовала я. А то еще нахватает этих милых созданий, они страдать будут. – Они уже несколько выходят из моды.