Советница короля, или Вредные советы заразительны

Глава 40 — о том, какие бывают совпадения

— Подготовка к балу идёт полным ходом, — Несси явилась к Лиде с самого утра, чтобы традиционно поделиться свежими новостями и рассказать о проделанной работе. — Придворные музыканты расчехлили свои инструменты и проводят первые репетиции. Шеф-повар составляет меню. Отправлено приглашение лучшим столичным флористам принять участие в украшении замка. Придворные портнихи уже завалены заказами.

Лиде оставалось только кивать. Похоже, организация бала в надёжных руках. Единственный процесс, который ей не хотелось оставлять без присмотра, — это составление меню. Несси пообещала, что в ближайшее время организует встречу с Флоренсом, чтобы согласовать любые детали.

— А сейчас главная новость, — помощница выдержала небольшую интригующую паузу и выдала: — Сегодня утром одна за другой прибыли уже три претендентки на руку и сердце его величества.

— Целых три?! — обрадовалась Лида

— Да, — улыбнулась во весь рот Несси. — Мы с моим благоверным лично встречали каждую и проследили, чтобы у госпожи Улань не было ни единого шанса распугать гостий. Одна из претенденток прибыла без свиты, две других с солидным эскортом. Всех прибывших вместе с их свитами разместили в лучших покоях южного крыла замка, где они будут иметь возможность отдохнуть и подготовиться для встречи с тобой.

Лида успела удивиться, почему девушки должны готовиться с ней встретиться, когда вспомнила, что по их с Несси задумке первый отсев претенденток должна производить именно Лида.

— Какое они произвели на тебя впечатление? — поинтересовалась она.

— Как минимум одна из них имеет как минимум одну добродетель, упомянутую в списке его величества, — обнадёжила Несси. — Та дева, что прибыла без свиты, необыкновенно красива.

Уже кое-что.

— Я назначила им аудиенцию на послеполуденное время. А ещё наш художник Феликс очень рвётся побеседовать с тобой.

— Феликса не будем заставлять ждать, — Лиде он очень импонировал и она не против была, чтобы он мог нагрянуть к ней в любой момент и без всякого дополнительного согласования.

Феликс явился не с пустыми руками — принёс с собой две работы. Он выглядел очень взволнованным, будто случилось нечто, потрясшее его до глубины души. Впрочем, он почти всегда выглядел взволнованным и потрясённым, что, видимо, было следствием его творческой натуры.

— Моя прекрасная муза, мне нужен твой совет, — с порога начал он.

— Рассказывай, что случилось, — мягко улыбнулась ему Лида.

— Началось всё совершенно обыденно, — Феликс принялся мерить кабинет шагами, даже не заметив приглашения присесть на софу. — Помнишь, я собирался написать портрет Белладонны?

— Конечно, помню. Она должна была быть увековеченной в твоём бессмертном творении, которое утешало бы короля, если рыжей красавице вздумалось бы вновь на время исчезнуть.

— Именно! Сегодня с самого утра, несмотря на разразившуюся грозу, я принялся реализовывать свою идею. Лео тоже присоединился ко мне. Он любит рисовать с натуры.

Уже после этого короткого вступления Лида догадалась, что две работы, которые Феликс держит в руках — это два портрета Белладонны: один — в исполнении художника, а второй — в исполнении его ученика.

— Мы нашли Белладонну отдыхающей в кресле на террасе, разложили мольберты и приступили к работе. Но как только она поняла, что наше внимание сосредоточено на ней, решила покинуть облюбованное место. Можно было бы отложить работу, но я видел, как Лео увлёкся идеей, поэтому решено было следовать за Белладонной в надежде, что ей наскучит прогулка и она вновь приляжет где-нибудь отдохнуть.

Да уж, натурщица-модель из Белладонны никакая.

— Знала бы ты, моя муза, сколько кругов нам пришлось намотать по замку, прежде чем Белладонне вдруг вздумалось прогуляться ещё и по парку. Хорошо, что дождь к тому времени начал стихать. В конце концов, она забрела в дикую часть парка, облюбовала там старый пень и замерла на нём в монументальной позе, будто специально решив позировать.

Феликс протянул Лиде одну из работ.

— Вот мой набросок.

Гениальный художник гениален во всём, даже когда просто рисует кошку на пне в послегрозовом туманце старого леса.

— Красиво, — восхищённо выдохнула Лида.

— А теперь, моя муза, взгляни, что нарисовал Лео, — Феликс протянул ей вторую работу.

Невероятно! Лида с удивлением принялась рассматривать второй не менее талантливо выполненный рисунок. На нём тоже был изображён туманный лес, а в центре композиции пень. Только на пне вместо кошки была нарисована девушка. В простом лёгком светлом платье с распущенными волосами она сидела, обхватив колени руками. Её большие выразительные серые глаза смотрели задумчиво. Они делали её старше. Если бы не глаза, ей можно было бы дать лет девятнадцать-двадцать.

— Видишь этот медальон? — Феликс показал на шею девушки. — Такой же в точности был у Лео, когда его привела в замок Белладонна. Я, знаешь, что подумал? А вдруг это картина из его прошлого. Что если он что-то вспомнил?

Волнение Феликса передалось и Лиде.

— А как он сам объяснил свой рисунок?

— Он ничего не смог объяснить. Сказал, что рисовал так, как я его учу — не то, что видят глаза, а то, что видит сердце.

Лиде подумалось, что догадка Феликса, какой бы невероятной она ни выглядела, может оказаться недалёкой от истины. Какие-то детали: то ли лес, то ли пень, то ли прошедшая гроза, то ли всё вместе — оживили воспоминания, которые лежат в далёких уголках детской памяти. Но кто эта девушка? Какую роль она сыграла в судьбе маленького Лео?

— Тут есть ещё одна деталь, моя муза, видишь? — Феликс показал на верхнюю часть рисунка. — Если присмотреться, становится заметно, что через пелену тумана проступают контуры какого-то строения.

Так и есть. Лида внимательно вгляделась и увидела нечто грандиозное, но, похоже, полуразрушенное. Заброшенный храм?

— На ваших с Лео набросках, изображены разные места, ведь так? Просто очень похожие, — предположила Лида.