Советник Том 2. Обретение

Глава вторая. Онелия (2)

После ухода Лиэны и нападения на Деона первый советник вел себя отчужденно – редко поддерживал разговор, шел спать раньше обычного и отказывался от еды, но через несколько дней его словно подменили. За ужином он выглядел бодрым и счастливым, смеялся, шутил и рассказывал о том, как пытается отучить Анигара от пристрастия к синему вину. Когда Онелия убрала со стола пустые плошки и принесла горячий травяной отвар, которым обычно завершалась вечерняя трапеза, Эрфиан предложил изменить традицию и выпить по кубку зеленого вина. Девушка с радостью согласилась и отправилась за другим кувшином. По возвращении ее ждал подарок: платье из золотистого кружева, вышитое черным жемчугом.

Онелия разглядывала наряд, не в силах вымолвить ни слова. Руку светлых эльфиек, живших в Фелоте, она признала сразу – такую одежду делали только тамошние мастерицы, а черный жемчуг в деревне носили разве что Царсина и молодая Жрица Энлиль. Иногда Эрфиан, возвращаясь из очередного путешествия, привозил девушке подарки, но сейчас она держала в руках платье, в которое могла облачиться даже Мирития, подруга вампира Сафдара. Сколько оно стоило? Тридцать, сорок, пятьдесят золотых монет?..

- Ах! Куда же я надену такой наряд?..

Онелия осеклась. Она сказала первое, что пришло ей на ум, и теперь сожалела об этом, но Эрфиан улыбнулся.

- На предстоящий праздник, мой свет.

Девушка прижала платье к груди и посмотрела на первого советника. Он полулежал на подушках – его привычная поза за ужином после непростого дня. Онелия повторила про себя короткое «мой свет». Не почудилось ли ей? Нет. Он на самом деле произнес именно это, а не знакомое и родное «дитя». Они смотрели друг другу в глаза, и во взгляде Эрфиана не было прежнего прохладного спокойствия. Впервые за все время их знакомства девушку смутило не пристальное внимание, а осознание того, что она понимает этот взгляд. И ей нравилось то, что она в нем читала. На короткий миг он позволил себе быть откровенным, а не просто поделился чем-то личным, и оказался так близко, как не оказывался никогда. Это и пугало, и восхищало, и заставляло недоумевать, но Онелия решила, что больше не будет бояться и отступать, прячась в спасительной тени. Они наконец-то открыли эту дверь… и, если в нее не заглянуть, то она захлопнется. На это раз, навсегда.

- Служанка первого советника не может надеть на праздник такое платье, - сказала девушка.

- Ты права. Служанке первого советника нужно украшение для такого платья. Оно у тебя будет.

Онелия прикасалась к вину только на пирах, редко выпивала больше половины кубка и разбавляла напиток водой, и теперь у нее с непривычки закружилась голова, но ощущение оказалось приятным. Она унесла платье в спальню, положив его на крышку сундука (утром нужно будет примерить), вернулась и хотела занять свое место, но Эрфиан поманил ее, и она села на подушки рядом с ним. Сердце девушки не билось так быстро даже в том прекрасном сне, который принес ей столько счастья за пару мгновений грез и столько боли по пробуждении.

- Ты долго ждала. Прости меня.

Онелия повернулась к Эрфиану и прикоснулась к его руке.

- Сейчас это не важно.

Он наклонился к девушке и замер, прижавшись щекой к ее щеке. Онелия вдохнула запах его волос, запустила пальцы в спутавшиеся светлые пряди, которые расчесывала еще утром. Он будет принадлежать только ей… нет. Это она будет принадлежать ему. Встречать каждый вечер, провожать с утра и ждать к обеду. Куда бы он ни ушел, каким бы длинными ни были его путешествия, он вернется и найдет ее здесь. Он сможет рассказать ей все, а она будет слушать. До поздней ночи, а, если понадобится, и до утра. Это она должна ему принадлежать. А он принадлежит не только ей, но и Жрецу, и Царсине, и советникам. Он этого не осознает, зато она понимает все. Он искал свое счастье и обрел его. Обрела и она. И другого ей не нужно.

- Я люблю тебя, мой свет.

- И я люблю тебя, Эрфиан.

Он поднял голову и посмотрел Онелии в глаза. Да, ей не показалось. Сейчас его взгляд был другим. И, если когда-то она видела в нем отчаяние и боль, то теперь увидела тепло.

- Что ты увидела тогда во сне?

- Бога Эрфиана, - ответила Онелия, решив, что он имеет в виду дни ее болезни.

- Нет. Я говорю про то утро, когда ты позвала меня по имени.

- Мне снился ты. Это был приятный сон.