Совсем другая история

Глава 3

Неизвестно где. 

Почему я не забрала его жизнь? Почему не высосала его душу, как сок через трубочку? Я ведь могла... И не находилась бы сейчас в беспамятстве неизвестно где и неизвестно с кем. А ведь его шея была так близко всего в паре сантиметров... Да и не только шея. Он весь был в паре сантиметров от меня. Что же пошло не так? Я ведь отслеживала его намерения и показатели. Наивная дура! Надо было с самого начало своего Стража звать! Он никогда свою хозяйку не бросит. Нет, решила поверить доброму человеку. И чем это обернулось?! Вот зла на себя не хватает! А ведь сколько раз папа говорил, чтобы не разговаривала с незнакомцами, не верь всему подряд! Нет, как дурочка повелась на его «добрые» намерения! Чтоб ему ночью не спалось! А я вот приду на утро, когда он слабенький будет, и выпью! Ох, как выпью! Что даже вампир крови в нем не найдет!

Не знаю, сколько я ругала этого мужчину в своей голове, но вскоре я пришла в себя. На чужой кровати, в чужой одежде и в чужой комнате. Вот теперь точно выпью. До последней капли. Такой кровожадной я давно не была. И мужчине точно это боком выйдет.

Попыталась встать, но из тела, будто все силы забрали. Даже руку поднять было крайне сложно. Нет, ты меня к кровати не приклеишь! Я зарычала. Стиснула зубы, чуть ли не до скрежета и пыталась встать. Много раз. Как будто сделай я еще раз и у меня все получится. Но оно не получалось. И в десятый, и в двадцатый, и в тридцатый…

Каждый провала натягивал на меня одеяло паники. Но я отчаянно спихивала его на пол. А сердце заполнялось ненавистью, разгорающаяся все сильнее.

Так просто я не сдамся! Не позволю увидеть себя слабой тому человеку.

Спустя какое-то время у меня получилось свалиться с кровати на пол. Кровать, кстати, была довольно высокой, что сыграло против меня. Я больно ударилась коленкой и локтем об пол. Теперь лежала, охала на полу и пыталась понять, что делать дальше. Первой мыслью было пойти искать того похитителя и прибить его на месте. Но поняла, что мне даже встать будет крайне трудно. Поэтому отложила эту сладкую мысль на потом.

Второй,  более разумная идея посетила мою бедную головушку, после осмотра огромных белых хором. То есть эта огромная комната была почти как почти весь наш дом, а жили мы небедно. Помимо большой бледно-серой кровати, на которой теперь одеяло, простыня и подушки возвышались огромными горами, также находился серый камин, напротив него два мягких белых кресла, дальше шла маленькая дверка, около нее стоял огромный шкаф. А еще тут было много больших окон, напротив которых находился небольшой диван. И все белое! Аж глаза прослезились.

Поднялась, крепко вцепившись в кровать и стену, и побрела к шкафу. Намериваясь прикрыть наготу. Ноги еле держали мое бренное тело и я была готова просто лечь на пол. Но понимала что если лягу, то не встану. Поэтому, упрямо переставляя ноги, направилась к шкафу. Вот только лежа на полу, мне казалось, что шкаф намного ближе, чем есть на самом деле.

Поэтому когда я добралась до злополучного шкафа, радостно улыбнулась и дрожащими пальцами открыла резные дверцы шкафа. И мой маленький подвиг увенчался успехом. В шкафу висели разнообразные платья. Придирчиво обвела взглядом гардероб и остановила выбор на легком белом платье без корсета и длинными рукавами.

Пыхтя и, стараясь делать поменьше резких движений, впихнула себя в платье. Довольно хмыкнула и оглядела комнату. И поняла, что заняться мне в ней нечем. Поэтому я просто стояла посередине комнаты и сверлила взглядом пол.

Осталась только не наброситься на мужчину, когда он войдет. И придет ли он вообще? Придет, я была в этом уверенна, но не могла понять причину моей в этом уверенности. А броситься я на него не смогу, как бы ни хотелось и как бы я ни старалась, проклятие пересилить я не в силах. Проклятие, что наложили на весь род сумеречных дриад наши прародители. Они узнали, что некоторые из нас обезумели от столь мощной силы – управлять жизнью и смертью. Поэтому древние наложили на нас что-то похожие на ограничители. Они не давали нам возможности напасть на других существ, ограничили нам силу и оставили нас «холодными», то бишь безэмоциональными. Нет, эмоции у нас есть. Мы улыбаемся, когда счастливы, плачем, когда грустим, смеемся, когда весело, и, конечно же, любим, если сердце разрешит. Но другие этого не увидят. Когда они на нас посмотрят, мы будем холодным, вечно безэмоциональными существами. Мы будем улыбаться, смеяться и плакать, когда нас никто не увидит. Вот такая учесть сумеречных дриад. Одиночество.

Ведь нас никогда не примут в городе, выгонят, как дворняг, могу еще камнями в дорогу покидать. Они помнят. Помнят, как сумеречные дриады напали на столицу. Помнят, что из того города никто не вышил ни дриады ни жители столицы. Всех. Мы убили всех. Именно поэтому прервался род императоров, сгорела дотла вся столица, унося крики местных жителей.

Это был так давно, а они еще помнят. Помнят и не прощают. Сколько бы дриад не приходило к трону нового императора, он выгонял. Сколько бы мы не приходили в города и деревни, гнали. Всегда и везде.

Злость за свой народ захватила меня плотным коконом, укутала в свои цепкие руки. Разжигая огонь ненависти еще сильнее, и туша остаток чего-то светлого. Перед глазами вспыхнули воспоминания, как орда дриад бросилась в столицу. Они рвали на себе одежду, безумно смеялись над смертью горожан, сжигали дома и даже растения, выпивали душу одну за другой. Безумные большие глаза с горящим в них пламенем звериной ярости посмотрели в мою сторону. Я не узнавала сумеречных дриад, всегда спокойных, стойких, сильных духом и с чистым разумом.

Ноги подкосились и начала падать на пол. Я не пыталась остановить свое падение. Раньше, когда папа рассказывал нам эту историю, мне казалось, что дриад как будто им кто-то это приказал, как будто они были под воздействием какого-то заклинания. Но сейчас мое сердце вдруг дрогнула, допустило мысль о том, что они правда могли напасть. Нет! Не верю! Они не могли! Но моя вернувшаяся вера в непричастность дриад, не могла спасти от падание на пол. Ох, а ведь у меня так все болит.