Создана для него

Глава 16

После неприятного столкновения на кухне, мы с Мией решили прогуляться до детской площадки, которая располагалась недалеко от нашего дома.

Мы с малышкой подготовились основательно – взяли с собой песочные игрушки, плед, кукол три штуки и продукты для перекуса.

Мия сразу побежала в песочницу и стала демонстрировать другим ребятишкам свое богатство. Я учу её быть не жадиной и делиться. Поэтому через пять минут все дети уже играли вместе.

Я нашла лавочку, где никто из мамаш не сидел. Не люблю расспросы – чей ребенок? Где отец девочки? И еще куча вопросов… Хотя в такие моменты, я хочу сказать, что это моя девочка, а отец… его просто нет и я мать одиночка.

Смотря на малышку, которая играет и весело смеется, я задумалась как я смогу забыть её, когда придётся уходить? Чем больше я с ней, тем больше я к ней привязываюсь и морально, и физически. Уже с трудом представляю, что с утра меня не будет будить её голосок и как она может посреди ночи прийти и лечь под бок.

Я понимаю, что для своего возраста взяла огромную ответственность, но сама не осознала, насколько это отразиться на мне самой.

Договор о вакансии няни со мной подписан на полгода. А дальше что? А если они не будут продлевать? Я даже боюсь об этом думать.

Вдоволь нагулявшись, мы вернулись домой на обеденный сон.

Анна Григорьевна как раз приехала из города и уложила Мию у себя в комнате, а у меня есть как раз время позвонить маме.

— Привет, малышка, как дела? — слышу усталый голос мамы и улыбаюсь. Я очень скучаю по ней и поэтому слёзы накатываются самопроизвольно.

— Хорошо мамуль, вот выдалась свободная минутка и решила позвонить, — стараюсь говорить так, чтобы голос не дрожал. Я подошла к окну, которое выходит на главный выход и вижу, как возвращается Глеб откуда-то.

Почему он меня так притягивает, сама не пойму. Но когда он закидывает голову, то впивается в меня взглядом, и я как испугавшийся ребенок отпрыгиваю с поля зрения.

— Как дела на учёбе? — спрашивает мама, а я стою, прижавшись к стенке и пытаюсь успокоить разбушевавшиеся нервы.

— Как всегда, хорошо. Ты же знаешь. Через недельку тебя навещу.

Я решила больше не бродить по комнате, а просто плюхнулась на кровать.

Мы с ней проговорили ещё минут двадцать и слёзно распрощавшись, одновременно завершили вызов.

С каждым звонком мне становиться все тяжелее и тяжелее. Это невозможно передать, потому что ты не знаешь, будет ли этот разговор последним или нет.

В комнате оставляю свое подавленное состояние и иду к малышке.

Если Глеб будет дома, значит нужно придумать куда пойти с Мией, чтобы не пересекаться с ним. Но бегство не понадобилось, так как Анна Григорьевна утащила его в магазин, который находится в другом конце города и ей там срочно что-то нужно забрать.

Ну и замечательно. А мы тогда с Мией поплаваем в бассейне. Точнее я посижу, так как сама площадь разделена на две зоны – для взрослых и ребенка. Зону для детей еще лягушатником зовут, вот там то мы и подрызгаемся.

Но малышка не восприняла эту идею, поэтому мы просто посмотрели мультики на кровати.

Ужинали мы без хозяев дома и еще немного поиграв, в девять вечера я уложила Мию спать.

Так как сегодня я встала очень рано, поэтому тоже вырубилась мгновенно.

Но в час ночи я просыпаюсь от того, что хочется пить. Как назло, я забыла сегодня принести в комнату графин с водой.

Блин… Так не охота спускаться, но до утра точно не усну если не попью.

Открыв тихо дверь, я прислушалась - тишина… аккуратно закрыв за собой двери я на цыпочках двинулась на кухню.

Налив целый стакан воды и утолив жажду, я так же тихо поднялась на второй этаж, но дойдя до своей комнаты, дверь у Глеба открывается и выйдя в коридор, он так же на меня недоуменно таращиться, как и я на него.

Из одежды на нём были только спортивные штаны, которые низко сидели на талии, а верх был голым. Мои глаза сами стали осматривать его торс, а потом со смущением подняла глаза на него. Хотела молча юркнуть к себе в комнату, но он хватает меня за запястье и увлекает к себе, закрывая дверь.

Я оказываюсь прижатой к стене.

— Тихо, — прошептал он успокаивающе, склонившись надо мной.

А я и слова не могу произнести, будто моё тело парализовало от всего происходящего. Может это всего лишь сон?

Мурашки побежали вдоль позвоночника, когда он провел пальцами по моей шее и стал медленно спускаться, задев легким движением мою грудь.

Нужно остановить его прикосновения, которые одновременно пугали меня и опьяняли. Но я продолжала невольно стоять.

Когда он достиг моего живота и задел полоску пижамных шорт, я не смогла сдержать тихий стон. Он спустился в самое потаённое место моего тела и когда он накрыл её ладонью, я извилась в его руках и жар прилип к низу живота, отдавая пульсацией между ног.

Я забыла, где я нахожусь. Разум поплыл окончательно. В подсознании были только его руки и его запах.

Глеб приподнимает майку и склоняясь, накрывает своим ртом одну из вершин груди.

Рьяно втягиваю воздух в грудь и не понимаю, что творится с моим телом. Меня охватывает такой пожар и тело требует разрядки и высвобождения.

Но после того, как ощущаю, что он хочет пальцами проникнуть в меня, то резко отрезвляюсь. Это уже доставляет мне дискомфорт.

Я в ужасе распахиваю глаза и пытаюсь уйти от его руки.

Глеб замер и посмотрев в мои глаза, спросил, — Ты еще девственница?

Такого стыда я еще не испытывала и поэтому отведя взгляд, кивнула.

Он убрал от меня руки и прерывисто вздохнул.

Потом молча открыл свою дверь и указал на выход.

— Спокойной ночи, — выдал он и когда я вышла, спешно закрыл за собой дверь.

Когда я легла в свою кровать, то еще долго не могла успокоиться и крутилась как юла.

Что это было? Почему я не остановила сразу? И как же его слова, что я для него маленькая, а сам позволил себе такое?