Сожги меня, князь!

Глава 3.5 «Насилу не быть милу»

- Ты… чего это, Златка? Али не люб тебе? А раньше другое говорила…

Да уж, вспомнила я это «раньше». Блуд и впрямь считал Злату пригожей. Вот и вился вокруг нее, как кот у сметаны. Ну и она по наивности своей ему отвечала. Более того – верила. О свадьбе мечтала. Только не было в мыслях Блуда ни капли любви – использовать хотел красивую девку, поиграться да бросить. Подлец – он везде подлец, а у меня на таких уже глаз наметан.

- Раньше – было раньше. Коли понял – курей моих поставь, да иди с глаз долой.

Парень вспыхнул от обиды, красивое лицо исказила злобная гримаса. Бросив корзины, шагнул ближе и схватил меня за ворот рубахи. Я спокойно улыбалась, глядя прямо ему в глаза.

- Ты шо ж это, сквернавка, о себе удумала, а?! Я к тебе честь по чести, как к равной, а ты…

Договорить он не успел. Зашипев, Тихоня бросился на Блуда, метя когтями ему в лицо. Парень вскрикнул и отпустил меня, закрываясь руками. Попытался отступить назад, но поскользнулся на мокрой траве и упал, больно приложившись спиной.

Я не стала ничего ему говорить, просто забрала покупки и гордой поступью направилась к дому. Тихоня, фыркая и урча, направился следом. Блуд ошалело смотрел нам вслед, не решаясь продолжить начатое. Тьфу… все настроение испоганил.

Я так погрузилась в свои невеселые мысли, что даже не заметила, как мы прошли лес. Ох, как-то слишком быстро я привыкала к этому миру – вон уже и мороков не заметила, прошла, как мимо порожнего места. И говор мой постепенно менялся. Скоро уже совсем своей здесь стану…

- Эка ты его, Златушка, приложила! Поди, мол, с глаз долой! Теперь за три версты обходить тебя будет! – хихикал Тихоня, помогая мне разбирать покупки.

Я улыбнулась, погладив домового по спутанным седым волосам.

- Нет, Тихонь, такие до последнего лезут, пока сковородкой по лбу не вдаришь. Если бы не ты – он бы меня прямо там, в грязи, изнасиловал. Вот тогда бы и отстал, получив что хотел.

- Изна… чевой?! – взъярился Тихоня, мгновенно вскипая.

- Ну силой бы взял. Против воли. Да успокойся ты, не гневись… пока ты рядом, Блуд мне не страшен. Все подлецы – те еще трусы, им только против баб воевать.

- Так он снасильничать хотел?! Ну, я его… да я… да он! – домовой чуть к двери не бросился, насилу удержала.

- Так, отставить месть и справедливое возмездие. Иди-ка лучше закуток для курей сделай, с насестом. Сенца им побольше насыпь, корм положи. А я пока ужин сготовлю.

Домовой, все еще ворча, удалился, а я принялась разделывать мясо. Закончив, помыла овощи, измельчила, и дала себе зарок попросить у кузнеца терку. Хоть самую простую – процесс готовки облегчит знатно. Поставив щи вариться, я залезла в погреб, посмотреть, что у нас про запас осталось.

Эх, негусто… мешочек пшеницы, мука, масло, репа, капуста – из этого много не приготовишь. Ну, пшеница хоть обдирная, пойдет на кашу. Сварю на молоке, съедим. Репу можно поджарить с морковью, луком и грибами. Положу туда немного мяса – вот тебе и примитивная солянка готова.

В погребе было студено, но это и к лучшему – заменит мне холодильник. И все же, жуткое однообразие продуктов меня угнетало. Надо узнать, есть ли в деревне рыбак – от свежей рыбки я бы не отказалась. Тем более, из воспоминаний я узнала, что рядом протекала большая река.

Тихоня вернулся уставший, но счастливый. От горшка со щами уже исходил аппетитный запах, и домовой, принюхавшись, облизнулся.

- Златушка, сделал все, как ты велела. Я там такую хитрую штуку придумал – поди, глянь!

Я не сразу поняла, что показывал мне сияющий от гордости Тихоня, но потом ахнула – домовой придумал, как обогревать пристройку с курями! Мало того, что он сделал ее именно с той стороны, где стояла печка, так еще и вывел в курятник что-то типа глиняной трубы, которая на ощупь была ощутимо горячей. Теперь наши курочки не померзнут даже в разгар зимы!

- Ну, Тихоня, ну, молодец! – захлопала я в ладоши, поражаясь сообразительности своего маленького помощника.

Он просиял, скромно опустив глаза в пол.

- Я старался… - прошептал, комкая бороду, и мне вдруг страшно захотелось его обнять.

- Пойдем-ка вечерять, дедко. Тебе за работу – самую большую миску! – улыбнулась я, возвращаясь в дом.

Щи вышли что надо. Густые, вкусные, на мясном бульоне. Не хватало специй, но с зеленью пойдет. Единственное, чего мне жутко хотелось – так это картошки. Как же я к ней в нашем мире привыкла… а тут еще много веков пройдет, прежде чем узнают, что это такое. Я вздохнула, и Тихоня, поглощавший щи с искренним удовольствием, удивленно посмотрел на меня.