Созвездие Эйвери. В логове врага

Глава 15

- Так, давай еще раз повторим, - Тим решительно забрал у меня довольно внушительную брошюрку. - Итак... Как звали троюродного кузена твоей матери? И сколько у него было детей. С именами, пожалуйста!

- Эмм...

Если честно, мне хотелось выть. Все эти троюродные кузены и двоюродные кузины с их непроизносимыми, вычурными титулами и именами, кружились в моей голове бешеным хороводом, повергая меня в состояние, близкое к безумию.

- Ну? - сурово вопросил Тим. Взгляд его новых голубых глаз выражал крайнее недовольство. Точно я была первоклассницей, не вызубрившей урок.

- Тим... я забыла, - с тяжелым вздохом вынуждена была признать я, устало проведя ладонью по лбу. - Мы корпим над этой чертовой брошюрой уже четыре часа. Мне необходима пауза...

- А инквизиторам ты тоже будешь про паузы вещать, если они вздумают начать расспрашивать тебя о твоей семье? - маленький кулачок грозно ударил по столику, от чего стоявшие на нём чашки испуганно подпрыгнули, а блюдца зазвенели так жалобно, что в их звоне я услышала отчаянную мольбу:

Да вспомни же ты, наконец, кто там кому кузеном приходится! И покончим с этим!

- Но я на самом деле не помню, - попыталась я оправдаться перед несчастными блюдцами... и осеклась.

Приехали. Я уже с посудой разговариваю.

- Тим, - я решительно посмотрела на своего строгого наставника и выдернула у него из рук книжечку, в которой была детально прописана наша родословная. - Мне нужен перерыв. Смысл, если я сейчас вызубрю все эти имена, не понимая толком, что они означают? Моя голова, в конце концов, не резиновая. Информацию надо раскладывать по полочкам спокойно, с расстановкой... У нас на это целых три дня.

- Ладно, - мой белокурый мучитель смилостивился и, устало откинувшись на мягкую, обитую бордовым бархатом спинку, прикрыл глаза.

В комнатке, ставшей нашим пристанищем на ближайшие три дня, воцарилась сонная тишина. Мерный стук колёс не только не нарушал ее, а словно даже усиливал.

Ту-дум, ту-дум, ту-дум...

Уютный звук успокаивал, погружал в состояние приятного транса. А, может, я просто наслаждалась долгожданным отдыхом от вереницы несуществующих родственников?

Комната у нас была на самом деле шикарной. Я никогда не знала, что путешествие может быть настолько комфортным. Две мягкие кровати, шелковое бельё, хрустальные бра. Сатиновые, цвета пепельной розы, обои. Такие гладкие и мерцающие, что казалось, проведи по ним пальчиком, и на коже останется нежная пыльца. Удобный столик из темного дерева с резными ножками. Посуда из такого тонкого, нежного фарфора, что при ней волей-неволей хотелось вести себя прилично и не ругаться. Может, поэтому я и извинялась перед несчастными блюдцами?

- Тим, - я скинула лакированные туфельки, сжимающие мои бедные ступни, точно в тисках. И как девушки только выносят эти дурацкие каблуки и узкие носки? И, забравшись с ногами на кровать, обхватила руками колени.

- Ммм? - устало отозвался мальчик. Его бледное лицо казалось совершенно расслабленным, точно он наполовину дремал.

- Как ты думаешь, все эти люди... ну, кузены, кузины, троюродные племянники... они на самом деле существуют? Или их тоже выдумали, как Рианну и Мартина Лерой?

Голубые глаза, обрамлённые золотыми ресницами, чуть приоткрылись. А я невольно подумала, что Тиму невероятно идёт его новая внешность. Она стерла с пацаненка налёт улицы, усмирила его непослушные вихры, превратив их в мягкие, медовые волны. А светло-голубая курточка из дорогой ткани, с бежевыми, отливающими перламутром, пуговичками, из-под которой выглядывала нежно-кремовая сорочка, выгодно оттеняла бледный цвет лица. Аристократично бледный!

Наверняка, я выглядела далеко не так гармонично в новой ипостаси, как мой маленький рыцарь.

- Возможно, их тоже выдумали, - подумав, отозвался Тим. - Эти... - Он многозначительно кинул в неопределённом направлении, но я прекрасно поняла, что он имеет в виду Мардера и ему подобных. - Эти могут! Хотя...

Мальчуган с силой потер щеки, от чего на них появился лёгкий румянец. А окончательно прояснившиеся глаза озорно блеснули, полностью перебивая ложное впечатление смиренного, воспитанного, маленького аристократа и возвращая назад привычного и, честно говоря, полюбившегося мне, Тима. Таким он мне нравился куда больше!

- Хотя, - он посмотрел на проплывающие за окном светло-зеленые, усыпанные какими-то желтыми и фиолетовыми цветами поля. - Возможно, все эти люди на самом деле существуют. А нас с тобой просто вплели в родословную, как цветную ленточку в косичку.

Поля сменились изумрудно-зеленой полосой леса.

Таким же зеленым было варенье из крыжовника, которое Лайма варила каждый год...

Рот мгновенно наполнился слюной, а в животе заурчало. И неудивительно! От волнения перед путешествием я не смогла впихнуть в себя утром ни крошки, и сейчас мой молодой организм настоятельно требовал топлива. К тому же, тошнота, наконец, прошла, и перед внутренним взором поплыли соблазнительные картины... хотя бы простого бутерброда с сыром!

- Тим, тут ведь есть вагон-ресторан?

***

- Бифштекс разной степени прожарки... с картофельным пюре и соусом Беарн... Как эта ерунда произносится?

Я подняла голову от меню, которое изучала уже битых десять минут. Настолько интересными и необычными были названия блюд! Консоме, фламбированный креп сюзетт, карбоччино из лосося слабой засолки... Глаза разбегались, а воображение рисовало волшебные яства из детских сказок.

- Беарнадетте! - Тим отложил меню и с доброй насмешкой воззрился на меня. - Это сливочный соус с большим количеством зелени.

Иногда мне казалось, будто это не я взрослая, а он. Особенно в такие моменты, как сейчас, когда я чувствовала себя глупой, несмышлёной девчонкой.