Созвездие кошки

Глава 27. Конверт

Ева идёт по узкой набережной. Солнце мягко светит над горизонтом, отражаясь в спокойных волнах моря, откуда доносится приятная прохлада, смешивающаяся с криками чаек, парящих над водой. Воздух пропитан запахом соли и свежего хлеба из многочисленных ларьков. Лавки пестрят цветом: здесь продают еду — жареную рыбу и сладости, там — сувениры — раковины, открытки и украшения.

Она останавливается у одного из ларьков, где на столе разложены браслеты. Они плетёные, с яркими нитками, украшены сердечками, надписями и бусинами. Некоторые гравированы названием города — Амарин, другие — страны — Ксалария, а третьи несут разные фразы: «Любовь навсегда», «Мечты сбываются», «Поймай удачу за хвост». Ева улыбается, её взгляд задерживается на последней фразе. Она тихо смеётся про себя, думая, что Ночь бы не оценила ловлю за хвост.

Ева смотрит на браслеты, размышляя, не взять ли один как напоминание о новом начале, но решает не тратить деньги. Её взгляд скользит по морю, где волны ласкают берег, и она ощущает, как напряжение последних недель медленно отступает. Другая страна, другое имя… Амарин кажется ей безопасным убежищем.

Ева отходит от ларька, когда к ней подходит знакомая фигура. Это Агата с её рыжими волосами, собранными в высокий хвост, и тёплыми глазами, полными беспокойства. Ева замирает, её сердце колотится, и она спрашивает, слегка ошарашенно:

— Как ты меня нашла?

Агата смотрит на кулон в виде кошки, висящий на шее Евы, и виновато улыбается.

Ева вздыхает, её губы изгибаются в лёгкой усмешке, и она качает головой. «Трекер… Конечно», — подытоживает она, понимая, что амулет, подаренный Агатой, был не просто украшением.

— Я лишь хотела знать, что с тобой всё в порядке, — говорит Агата.

Ева смотрит на неё, её голос становится твёрже:

— Всё правда в порядке. И я уже человек.

Агата кивает, её взгляд скользит по Еве.

— Я вижу, — отвечает она с мягкой, немного грустной улыбкой. — Но мне с Рейвеном антидот не помог.

Ева замирает, её глаза расширяются от возмущения.

— Но почему вы не рассказали мне про антидот? — спрашивает она.

Агата вздыхает и говорит:

— На меня он никак не подействовал. А Рейвен был в коме два месяца после укола. Все думали, что он не очнётся. Мы не хотели подвергать тебя риску и давать ложную надежду.

Ева молчит, её гнев немного угасает, уступая место пониманию. Рейвен был в коме… Они замолкают, и эта тишина кажется неловкой, тяжёлой, как морской туман.

Первой не выдерживает Агата, настойчиво спрашивая:

— Почему ты перестала с нами контактировать?

Ева опускает взгляд.

— Ты не поймёшь, — шепчет она, но Агата делает шаг ближе, берёт её за руки, её теплое прикосновение останавливает Еву.

— Даже если ты считаешь, что сделала что-то плохое, это не повод изолироваться, — говорит Агата твёрдо. — У нас у всех есть свои скелеты в шкафу.

Ева смотрит в её глаза и сдаётся. Нет больше смысла держать всё в себе. Если после правды от неё отвернутся, то так тому и быть. Её голос дрожит, когда она начинает:

— Я… я достала мутагены. Уколола пятерых охотников. Но… четверо из них погибли. А я… я не знала, что большая часть обращённых умирает!

Слёзы подступают к глазам, но она сдерживает их. Агата смотрит на неё, и в её взгляде нет осуждения — только понимание. Она делает глубокий вдох и говорит:

— Когда мне было шестнадцать и я ещё ходила в школу, там был парень, который надо мной издевался. В какой-то момент мне это надоело, и я его оттолкнула. Сильнее, чем следовало. Сзади стояла девушка, он споткнулся о её ногу и полетел с лестницы. Сломал шею и… умер на месте. После этого я начала работать в «Руке помощи».

Её голос обрывается. Ева смотрит на неё, сердце сжимается от сочувствия.

— Ты не виновата, — говорит она тихо. — Это было неудачным стечением обстоятельств.

Агата грустно улыбается. Они стоят у ларька, море шумит за спиной, и Ева чувствует, как тяжесть в груди немного отпускает. Агата обнимает её. Впервые за долгое время Ева ощущает, что не одна.

***

Ева и Аннабель сидят в квартире. Утро солнечное, море зовёт прохладой и шумом волн, доносящихся через открытые окна. Ева с энтузиазмом копается в шкафу, разбрасывая одежду. Шкаф полон вещей, но её купальник нигде не виден. Она хмурится, бормоча себе под нос:

— Куда он подевался?

Аннабель, сидящая на диване с полотенцем в руках, поднимает голову и спрашивает:

— А как он выглядит? Может, я где-то видела.

Ева, не оборачиваясь, тянет руку к телефону на столе и протягивает его подруге.

— Посмотри в галерее, найди фото. Я пока поищу в других местах, — говорит она, ныряя в ящик комода.

Аннабель берёт телефон, пальцы скользят по экрану, перелистывая снимки. И в какой-то момент она прищуривается, её губы изгибаются в удивлённой улыбке.

— Эй, Ева, — зовёт она, — а кто этот парень? Он очень похож на старшего из нашего детдома, когда нам было по тринадцать. Помнишь?

Ева оборачивается, её руки замирают над стопкой одежды.

— Кто? — спрашивает она, подходя ближе.

Аннабель показывает ей фото, и Ева смотрит на Илиаса, её сердце пропускает удар. На экране — фотография, сделанная тайком: Илиас стоит в заброшенном складе, его длинные чёрные волосы собраны в хвост, открывая разноцветные глаза — карий и голубой. Ева не помнит его в детдоме, но слова Аннабель цепляют.

— Кажется, его как-то обзывали, — продолжает Аннабель, — А, вспомнила! Его называли «Хаски». Из-за глаз. Он был старше нас и в какой-то момент покинул детдом.

Ева хмурится, её мысли кружат. Она не помнит такого, но если это действительно было с ним, это могло бы частично объяснить его ненависть к людям. Насмешки, одиночество — всё это могло оставить глубокий след. Но она качает головой, отмахиваясь:

— Наверное, просто похож.

Хотя внутри её гложет сомнение. Она возвращается к шкафу, продолжая поиски, но мысли уже не о купальнике. Если Илиас был тем самым старшим, если его дразнили и отвергали, это могло сформировать ту холодную броню, что теперь всегда с ним. Ева вздыхает, отбрасывая рубашку, и решает не зацикливаться — пока что. Купальник так и не находится, и она смотрит на Аннабель, смеясь: