Созвездие Очкариков

Глава 6. Кирилл Брусникин в школе и дома

Просто из кожи лез, чтобы дойти до школы не горбясь. Вообще-то немного сутулясь ходить — это база. Но сегодня, поскольку все смотрят в упор, есть потребность идти с прямой спиной и голову держать повыше. Бык выше всех в школе. Выше одиннадцатиклассников. И уж точно намного выше Нестора. Вчера хотелось сложиться в три раза, чтобы быть незаметным, чтобы выскочить из этой идиотской ситуации: Бык всегда виноват. И вчера Кирюха не выдержал. Вспылил и выскочил из школы.

Порой он хотел бы быть совсем бесчувственным. Эдаким героем из фильма «Бойцовский клуб», невозмутимым, бесстрастным. Только где же взяться невозмутимости, если на любое событие он реагирует во всё тело. Он чувствует, как его физически бьёт изнутри возмущение или азарт, как расцветает идея или вдохновение, как сжимается и пульсирует ярость.

«Хорошо тем, кто ничего не чувствует! Никогда не закипает!» – частенько крутится в голове у Быка. Он сравнивает себя с Тёмычем. Вот кому повезло. Никогда не действует, сто раз не прокрутив в голове, что выйдет из его поступка. Не парень, а робот.

Знал бы он, как часто Тёмыч думает, что лучше всего быть Быком. Что захотел, то и сделал, то и сказал. Ни на кого не оглядываясь, сам по себе. Им часто представляется, что они какой-то неуязвимый тандем: их отношение к разным событиям и ситуациям совпадает, только Бык всегда проявляет активность, действует, а Тёмыч всегда подхватит, прикроет спину. Всегда, но вчера как-то криво вышло. Бык даже не знает, как сегодня будет с Ветровым разговаривать.

Первым уроком, как назло, Нестор. Нестор и его география. Кому она сдалась, особенно если сам Нестор хронически должен, что-то делать по своей замдиректорской должности. Меняются времена и названия, но стародавнее «завуч» остается. Давно уже не завучи, а заместители директора. Уже учителями стали те, кто учился при заместителях директора, но «завуч» – слово неизменное.

Бык оставил куртку и уличную обувь в раздевалке, прошел в класс Нестора. Один из разбитых классов. Кирилл специально старался тянуть время, чтобы прямо под звонок войти. Однако фокус не удался, за пять минут до звонка на урок его окружили одноклассники.

- Ну что? Ну как? А что с Дэном? Сильно влетело? Что будет-то? А как вы это провернули?

Бык изо всех сил изображает невозмутимость, но в голосе всё равно нерв. «Ничего, – говорит он себе, – когда-нибудь научусь. Когда-нибудь буду невозмутимым».

- Делулу[1], – произносит Бык и ничего не добавляет.

А что сказать? Неужели непонятно, что они не могли это сделать? Тёмыч же внятно произнес – теоретически отключить можно, практически – заморитесь пыль глотать. Ах, да, к этому времени, когда был задан вопрос и когда Тёмыч на него ответил, было их в доме только пятеро, а подозрительным был только он, БК, Кирилл Брусникин.

Мозг можно сломать – что же произошло?

Нестор Дмитриевич пришел в класс с опозданием. Он всегда опаздывает на две-три минуты после звонка. Так, ему кажется, он добавляет себе солидности: начальство не опаздывает, начальство задерживается. С входа он впивается взглядом, в торчащего, даже сидя, надо всем классом жирафа. Видно, что Нестор тоже вчера не лучший вечер в жизни провел. Он поздоровался, велел классу сесть. Нестор один из немногих в школе, кто неукоснительно требует, чтобы все школьники перед началом занятия встали, поздоровались и сели. А старшеклассники, из духа противоречия делают всё, чтобы долго не вставать или вставать и садиться вразнобой, не здороваться, а лишь рот открывать.

Олюшка пыталась объяснить ученикам, что это очень продуктивное педагогическое требование, что создается приток крови к голове, что полезная привычка для самоорганизации школьника. Итог – у неё перед началом урока ученики встают и здороваются, у Нестора – не получается. Кирилл смеется внутри себя – дело не в исполняемом собачкой трюке, а в дрессировщике.

Класс чувствует наэлектризовавшуюся атмосферу. Понятно, что бабахнет. А Бык чувствует, что не выдержит, сорвется, наговорит лишнего.

- Родителей жду сегодня снова.

Бздынь!

- А почему не ждёте полицию?

Бздынь! Бздынь!

- Потому, что жалею тебя, дурака. Ты, хоть понимаешь, что ты наделал?!

Бабах! Жах! Грох! Бабах!

- Меня незачем жалеть, потому что дурак – не я!

Бах! Бабах! И далее по тексту: непрекращающиеся раскаты грома, удары молнии, всполохи огня!

Бык вскочил. Схватил портфель. Вылетел из класса. И врезался в Ольгу Викторовну. Возможно, что сбил бы с ног. Но сам же её за локоть и удержал.

- Кирюш, что случилось?

Возле Ольги Викторовны стыдно быть хамом, но нервы бьют.