Созвездие жизни: путешествие на двоих.

Глава пятая. Часть первая. «Случайная встреча»

Оддманд остановился посреди широкого поля из высокой травы. Сложно было увидеть перед собой что-то, кроме массивных стеблей и густой зелени. Впереди он пытался разглядеть лес, к которому вела дорога. Навн облегчённо вздохнул, понимая, что путь не такой дальний, как он полагал. Парень обернулся и не обнаружил своего попутчика; лишь неподалёку выглядывала каштановая макушка, мелькающая в траве. Шёл уже десятый день их совместного путешествия, очаровательные пейзажи сменялись один за другим; поля уходили в леса, леса превращались в болота, а болота приводили к реке. Но вот владения королевства Колдинг они до сих пор не покинули, для этого нужно было преодолеть немалое расстояние. Сейчас их нога ступила на Пустынное поле, называемое ки́ннлор. Куда не кинь свой взор, видны были лишь длинные колосья перезревшей пшеницы, про которую давно забыли люди, зелёные толстые стебли травы и какие-то странные растения ростом с человека, а то и выше. Белые бабочки, заплутавшие в этом дремучем лабиринте, старались выбраться на свет, кружась в волшебном танце. В пронзительной синеве неба не было видно ни единого облака, лишь солнце грело своими лучами землю и головы странников. Навн смахнул со лба капельку пота и прикрыл ладонью глаза от слепящего света.

— Что ты там делаешь? — Оддманд громко крикнул торговцу, но в ответ лишь бранные слова разлетелись по полю вместе с ветром, — поторопись, нам надо до заката выйти к лесу, чего ты копаешься? — Навн хмыкнул себе под нос, вдруг понимая, что так травник на него не обратит внимание. Поэтому вернулся к своему попутчику. Молодой человек изо всех сил пытался выдернуть неизвестное навну растение, но все попытки его были безуспешны.

— Ты понимаешь, что я нашёл!? — восторженно воскликнул Фридмунд. Оддманд в недоумении приподнял бровь и пожал плечами, разглядывая жёлтый стебель в зелёную крапинку, — это же но́рдстав! Стебель ведьмы. Такое растение водится только тут, в этих полях! Оно крайне редкое, его используют для тайных и магических ритуалов, — он активно жестикулировал и кивал головой на каждое своё слово. Фридмунд ликовал от своей находки, чего не скажешь об Оддманде, который все это время стоял скрестив руки на груди, выжидающе смотря на человека, — ты намного сильнее меня, помоги выдрать это сокровище. Его нельзя просто варварски сломать, сок очень важен. А если порубим, то добрая часть пропадёт даром. Оддманд! — Торговец шмыгнул носом и жалостливыми глазами уставился на товарища, всем своим видом прося помощи. Навн устало потёр тыльную сторону шеи, чувствуя что не может отказать. И только потом оттолкнул торговца в сторону.

Оддманд ухватился за стебель обеими руками и резким движением... Не смог его вытащить. Фридмунд вздохнул, все ещё с надеждой смотря на его попытки, потому что никакой другой помощи не предвиделось. Наконец навн приложил все свои силы и смог вытащить корни растения из земли. Но не рассчитав, опрокинулся на спину вместе с добычей, теряясь в густой и высокой траве. В тот же миг раздался громкий и звонкий смех. Фридмунд с ухмылкой посмотрел на своего растерянного попутчика.

— Помнишь как ты мне руки не по́дал, когда я также упал? — на эти слова навн протяжно вздохнул и закатил глаза.

— Я и не прошу твоей помощи, — спокойно проговорил он все ещё лежа на земле. Оддманд вспомнил тот случай, и подумал про себя насколько у его товарища хорошая память. Он начал подниматься и не заметил как его подхватили под руку и помогли встать.

— Я не злопамятный, а за стебель благодарю, — махнул рукой молодой человек и улыбнулся, смотря на Оддманда. Тот лишь кивнул.

— Но я не просил.

— Просто мог сказать спасибо, — с этими словами он забрал у навна растение и лучезарно улыбнулся, решив продолжить, — я подарю тебе гремуар, сборник, руководство. Как хочешь называй. О манерах и умении их использовать с людьми, — на такое заявление Оддманд помахал перед собой руками. Человек слишком часто напоминал ему про отсутствие манер и воспитания. Он не привык к вежливости, ведь ранее ему не с кем было любезничать, а на войне свои повадки и правила.

В памяти сразу всплыли воспоминания с Алгидом, который точно также любил выставлять на показ свои манеры. В обществе юных дам и уважаемых господ он был тем ещё подхалимом. Сам Оддманд этим похвастаться не мог, но его сдержанность часто принимали за отличное воспитание. Порой навн замечал похожие повадки и у Фридмунда.

Молодые люди продолжили свой путь через, казавшееся бескрайним, поле, надеясь поскорее выбраться; бесконечный шум травы и солнцепёк начинал медленно сводить путников с ума. Среди примятых колосьев виднелась едва протоптанная дорожка, с которой они старались не сходить. Над зелёными просторами звучала переливчатая мелодия птиц, сплетающаяся в единый рассказ о суматохе прошедших дней. Фридмунд почесал голову и вздохнул. Было тяжело, в его голове засела одна единственная мыль о привале. Но для этого нужно было дойти до леса.

Вдруг среди безустанного шуршания травы и клёкота птиц раздался громкий женский крик. Путники одновременно остановились. Фридмунд свёл брови к переносице, даже не предполагая что можно ожидать дальше. Оглядываясь по сторонам, они пытались понять откуда исходит угроза. Трава перед ними пришла в движение. Оддманд недолго думая положил руку на ножны.

— Ради Всевышних звёзд, кто-нибудь! — В тот же момент перед носом Фридмунда выскочила особа, которая не сразу заметив путников, врезалась в человека и сбивая его с ног, упала вместе с ним. Она тотчас опомнилась и уставилась своими испуганными карими глазами на торговца, который тяжко вздохнул.

— Юная леди, — проговорил он, — от кого или от чего вы так бежите? — девушка продолжала лежать на травнике, в замешательстве смотря на него потерянными взглядом, не зная какие подобрать слова.