Спасая тебя

Глава 9.2.

АЛИСА

— Его зовут… его зовут Виктор Сергеевич Малахов. Его все называют «Смотритель». Он… он даже не бизнесмен. Он решает проблемы. Для очень влиятельных людей. Борис Леонидович и Кристина Павловна — это просто его… клиенты. Исполнители. А он — самопровозглашенный архитектор.

Марк не дрогнул, но я почувствовала, как его рука на моём предплечье на мгновение сжалась. Это имя для него что-то значило.

— Продолжайте.

— Он пришёл ко мне сам. Спокойный, вежливый. Объяснил, как будет лучше. И дал понять, что альтернативы нет. После… после той аварии, я хотел всё рассказать. Но тогда мне прислали конверт. С фотографией моей дочери, выходящей из университета. И одной фразой: «Молчание — лучший врач». Я молчал.

В комнате повисла тишина. Я смотрела на этого сломленного человека и не чувствовала ничего, кроме ледяной пустоты. Он был пешкой. Как и Сорокин. Как, наверное, десятки других.

— Где мы можем найти Малахова? — спросил Марк.

— Вы его не найдёте. Он находит сам. Но… у него есть ритуал. Каждую среду вечером он играет в шахматы в закрытом клубе «Палитра» на Патриарших. Один на один. С разными людьми. Говорят, так он оценивает новых… партнёров.

Марк медленно кивнул. Он достал чистый телефон и листок бумаги.

— Запишите всё, что знаете о нём. Привычки, любимые машины, всё. А потом забудьте наш разговор. Через три дня с вами свяжется человек по имени Антон. Он обеспечит вам и дочери безопасный выезд. Выполняйте его инструкции. Если вы предупредите Малахова или попытаетесь бежать самостоятельно… — он не договорил. Угроза уже висела в воздухе.

Глебов закивал, с видимым облегчением хватая ручку. Он был готов на всё, лишь бы сбежать из этой ловушки.

Через пятнадцать минут мы вышли из клиники. Солнце слепило глаза. Я глубоко вдохнула холодный воздух, стараясь очистить лёгкие от атмосферы того кабинета.

В машине Марк молчал, уставившись в одну точку. Его лицо было каменным.

— Ты знал это имя? «Смотритель»? —спросила я, когда он завёл двигатель.

— Слышал. В контексте «решения неудобных вопросов» для высшего эшелона. Никто никогда не мог ничего доказать. Он — призрак. На него никогда ничего не вешали. — Он повернулся ко мне. Его глаза были тёмными, почти чёрными от концентрации. — Это меняет всё, Алиса. Мы думали, что боремся с корпоративными акулами. А это… циничный, профессиональный убийца на уровне заказа. Наёмный менеджер по кризисам. Для таких людей убийство — не эмоция. Это логичное решение задачи.

От его слов стало холодно. Мы шли по тонкому льду, а под нами оказалась не просто холодная вода, а пучина самой бездны.

— Что будем делать?

— То, что он от нас меньше всего ожидает. Не прятаться. Не нападать вслепую. — Марк тронулся с места, его голос приобрёл стальные нотки. — Мы пойдём с ним играть в его шахматы.

Я смотрела на него, не понимая.

— Ты с ума сошёл? Он тебя узнает!

— Нет. Узнает тебя.

Мир вокруг на секунду поплыл.

— Что?

— Он собирает информацию. Он наверняка уже знает о тебе всё. Но не знает меня в лицо. Я — твой новый, молчаливый консультант. Ты — наследница, которая пытается навести порядок в империи отца и ищешь… новых, сильных союзников. Ты слышала о его таланте стратега и хочешь предложить ему консультацию по безопасности холдинга. За большие деньги.

Это был безумный, гениальный и чертовски опасный план. Подойти к тигру и предложить ему почесать за ушком.

— Он никогда не купится.

— Купится. Потому что это логично. Потому что это даст ему легальный доступ к тебе, к информации, ко всему. И потому что… — Марк посмотрел на меня, и в его взгляде читалось что-то вроде горькой иронии, — …это вызов. А такие люди, как он, обожают вызовы. Игру. Шахматы по-крупному. Мы предложим ему стать нашим «смотрителем». И посмотрим, как он отреагирует.

Я молчала, переваривая сказанное. Страх был. Но под ним — нарастающий азарт. Желание посмотреть в глаза тому, кто распоряжался жизнями моей семьи, как бездушными фигурами на доске.

— А если он увидит угрозу и решит… «устранить» задачу сразу?

— Тогда мы будем готовы. Но я думаю, он не станет. Убийство привлекает внимание. А вот контроль… контроль — это изящно. Это его стиль.

Мы ехали обратно в город, и я понимала, что границы нашей войны только что раздвинулись до немыслимых пределов. Мы больше не просто раскрывали убийство. Мы вступали в игру с профессионалом, для которого человеческие жизни — разменная монета.

— Когда? — спросила я.

— В следующую среду. У нас есть пять дней, чтобы подготовить тебя. Не как жертву. Как игрока. Равного.

Он положил свою руку на мою, лежащую на коленях. Его ладонь была тёплой и твёрдой.

— Ты справишься. Потому что у тебя есть то, чего нет у него.

— Что?

— Не просто желание выиграть. Желание выжить. И защитить то, что любишь. Это сильнее любой расчетливой логики.