Спаси меня, Чудовище! или Страшная красавица

Глава 13

Вместо рассвета над деревней разгоралось зарево пожара: погребальный костёр моей мамы, сложенный посредине круглой утоптанной площадки. Он словно живой пытался дотянуться до неба, разнося искры вокруг себя.

Когда затемно меня разбудили и велели быстро одеться, я и не предполагала, что выдастся случай попрощаться с родным человеком. Пусть даже так, на расстоянии. Оказывается, тело привезли вместе со мной, только я об этом не знала. А теперь вся деревня встала кругом, провожая "свою блудную дочь", как пафосно выразился Казимир, в последний путь.

Женщины затянули длинную заунывную песню, в слова которой я даже не пыталась вслушиваться. Холод сковал меня изнутри, вымораживая все чувства. Оставляя смирение и безысходность. Даже слёз уже не было. Я боялась окружающих меня людей, но ещё больше меня страшил лес.

Совру, если скажу, что половину ночи не думала о побеге. Конечно, думала. Вот только такой городской девушке как я в тайге не выжить. Дом Остапа стоял близко к лесу, и всю ночь до меня доносилось уханье совы, ведущей свою охоту, рычание собак, далёкий вой волков. Я слышала их так явно, будто они находились сразу за высоким забором, окружающем поселение.

Песня стихла, и треск костра зазвучал громче. А затем резко прервался рёвом нескольких моторов. Жители деревни расступались перед приехавшими, а я не заметила, как вокруг меня образовалась пустота. И теперь уже я оказалась в центре круга.

На фоне огня появился незнакомец. Высокий, крепко сложенный мужчина со светлыми, слегка вьющимися волосами и голубыми глазами. В белой рубашке косоворотке с нарядной вышивкой и штанах, заправленных в сапоги, он неторопливо, по-хозяйски шёл ко мне, кивнув в приветствии Казимиру и бросив презрительный взгляд на костёр, а затем изучающий — на меня.

Словно загипнотизированная я не могла отвести глаз и замерла, будто кролик перед удавом.

В полной тишине всё ближе и ближе ко мне. Пламя за его спиной вспыхнуло ярче, заиграло жуткими бликами на смуглом лице с тонкими резкими чертами. Красив, словно спустившийся с небес ангел. Незнакомец склонился ко мне, и я отчётливо увидела, как языки пламени отразились в его жутких глазах, словно огонь вырвался из преисподней.

Я ошиблась. Это был падший ангел, который бархатным томным голосом протянул:

— Ну здравствуй, Золотко. Я пришёл за тобой…

Моя душа тоскливо сжалась, вдоль позвоночника прошёлся холодный ветерок: время закончилось. Передо мной стояла судьба, бездушным равнодушным взглядом взирающая на меня свысока.

Мужская рука приподняла мой подбородок, а палец обманчиво ласково погладил по шрамированой щеке.

— Ну что же ты молчишь, страшная моя красавица? Не приветствуешь. М-м-м?

— Я вас не знаю, — мой шёпот в тишине, казалось, был слышен каждому.

— Вот как. Никто не рассказывал обо мне? — удивился незнакомец, приподнимая бровь. И тут же к нему поспешил Казимир.

— Как же не рассказывали, Вадим! Растерялась девка, не признала. Мы рады приветствовать славного охотника в нашей общине! Отдохни с дороги, а там и поединки устроим по обычаю.

— Хочу, чтобы она мне обед принесла. Посмотрим, какая из неё хозяюшка выйдет. — распорядился, как я поняла, будущий муж и, развернувшись, пошёл к длинному дому Казимира. По пути здоровался за руку с другими мужчинами, и все уважительно его приветствовали. Кое-кто из опаски отступал.

Меня же подхватила под руку Пелагея, увлекая в сторону своего дома.

— Пойдём, милая, обед готовить. У Вадима хорошее настроение, не будем его портить. Уж мы постараемся! Пальчики будет облизывать да тебя нахваливать. А сытый, довольный мужчина и женщине в радость. Глядишь, в брачную ночь лаской одарит как нужно.

Камешек попался по дороге, и я, потеряв внимание, споткнулась. Какая брачная ночь?! Я даже думать о близости с незнакомым мужчиной не могу!

Вспомнился Алексей со своими поцелуями, да моя реакция, словно я делаю что-то неправильное и с трудом могу через себя переступить. Но его я хотя бы знала! И он мне нравился!

Откровенно признаться, Вадим был гораздо красивее: чертами лица совершеннее и телом сильнее. Вот только пугал меня до ужаса! Возможно, тому причиной рассказы об опытах. Глядя на ангельскую внешность, сложно было поверить в его жестокость, но интуиция вопила держаться от него подальше.

Да и не могла я не замечать, как с каждым часом меняется моё восприятие окружающего мира. Звуки, запахи, ощущения — всё стало будто острее, явственнее. Словно до этого я жила в полсилы, дремала и теперь начала просыпаться.

Деревенский быт был для меня в новинку, но знания-то никуда не делись. Под присмотром и советами Пелагеи я приготовила в котелке наваристую картошку с мясом и сырной корочкой, накрутила из слоёного теста нежных круассанов с ежевичным вареньем. На кухне я всегда чувствовала себя как дома, где бы ни находилась. Возможно, поэтому немного успокоилась, занимаясь знакомым любимым делом.

— Умница, девочка! — похвалила меня Пелагея, когда я вытащила из печи противень с румяной выпечкой. — Глашенька, и тебе бы поучиться. Чтоб будущего мужа удивлять да радовать.

— Да какого мужа? Где в нашей деревне мужики нормальные? — вскинулась девушка, переплетая русую косу ниже поясницы.

— А Захар чем тебе не пара? А Семён?