Спаси мою маму

глава7

ДАША

- Не двигайся, - приказным тоном шепчет мне на ухо, не позволяя даже пикнуть.

Оглушённая страхом, послушно замираю, мужчина, что мгновенно оказался рядом со мной, тянет ко мне руки, не спеша они ложатся на мою талию, сжимают кожу до лёгкой боли.

- Ты хочешь знать, солгал я тебе или же действительно рассказал правду про похождения твоего мужа? - зло шипит мне в губы, а у меня внутри всё сжимается от напряжения.

Мужчина смотрит на меня, ожидая ответа на вопрос, тяжёлым, горячим дыханием опаляет мои губы, я лишь молча киваю, боясь даже дышать, боясь пошевелиться, чтобы не спровоцировать его ещё больше.

- Правда! – жёстко даёт ответ, сверля меня взглядом голодного зверя.

В груди от его ответа настолько всё сдавливает, что трудно становится дышать, даже страх перед этим мужчиной уходит на второй план, его вытесняет боль.

- Зачем тогда… - выдавливаю с трудом половину вопроса, на вторую нет сил, ещё чуть-чуть и я начну задыхаться.

- Зачем я забрал вас себе? – правильно понимает меня мужчина и вместо меня озвучивает вопрос.

Слегка киваю головой, ноги подкашиваются, и, если бы не сильные руки на моей талии, я бы уже сидела у ног хозяина дома. Голова кружится, только не могу разобрать, из-за чего именно? От страха перед Ильясом и его слишком близким нахождением рядом со мной или же от боли внутри?

- Как оказалось, я хреново знаю Колоса, - кривая усмешка касается губ мужчины, - но одно я знаю точно! Вы ему дороги, и он придёт за вами… если, конечно, жив, - с секундной заминкой произносит мужчина.

- Что? - спрашиваю с удивлением в голосе, пытаясь вникнуть в смысл сказанного.

«…Не жилец он, грохнут, как только найдут…» - в голове всплывают слова Ростика касаемо Вовы.

Сердце пропускает удар, в то время как по моей спине скользит горячая рука хозяина дома, и вместо того, чтобы сбросить её или же начать сопротивляться, я смотрю в глаза Ильяса в ожидании ответа.

- Твой муж может быть мёртв, - говорит и склоняет голову набок, - но я уверен, что этот гадёныш жив, - цедит сквозь зубы, - а значит, явится сюда ко мне в руки, чтобы забрать вас. Вы приманка, - произносит хрипло.

Мужчина слегка поддаётся вперёд, и его сухие, горячие губы вскользь проходят по моим. От неожиданности я судорожно хватаю ртом воздух и, словно очнувшись ото сна, дёргаюсь всем телом назад, вырываюсь из рук хозяина дома.

Глухое шипение раздаётся со стороны Ильяса, и резким движением он отстраняется на несколько метров от меня, а следом разворачивается и широким шагом спешит на выход из комнаты.

- Что он нашёл в тебе такого? – поворачивается на пороге комнаты, задаёт вопрос.

Не отвечаю, потому как не знаю, что сказать, а Ильяс, кажется, и не ждёт моего ответа, отвернувшись, он покидает комнату, громко хлопнув дверью.

Ноги теряют опору, я оседаю на пол, даже не пытаюсь удержаться. Внутри всё печёт, из глаз стекают слёзы. Жадно ловлю губами воздух, его мало, катастрофически мало, мои лёгкие пусты, я задыхаюсь в агонии.

- За что? – надрывно шепчу между глотками воздуха, - за что? – тихий, но в тоже время настолько оглушающий шёпот, - за что, Вова? – тело заваливается набок, поджимаю колени к груди.

Я рыдаю совсем тихо, кажется, даже мыши при беге издают больше шума, чем я сейчас. В голове столько вопросов, и ни одного ответа. Как я могла столько времени прожить с человеком и не понять, что мне лгут, изменяют? Как я могла не почувствовать это? Неужели я настолько слепа? «Что он нашёл в тебе такого?» - эхом раздаются в голове слова Ильяса.

Сколько я так лежу, обливаясь слезами, не знаю, но в какой-то момент перед глазами появляется образ моего Мити. Мой малыш улыбается мне солнечной улыбкой, его белые кудряшки торчат в разные стороны, и от него исходит такое тепло, что внутри всё оживает, загоняет боль предательства в дальний угол.

- Нам нужно бежать, - неожиданно произношу для самой себя, - выждать момент и бежать, - загораюсь идеей и, собрав последние крупицы силы, встаю на ноги, - бежать, - повторяю как мантру, стираю с лица солёную влагу.

Пальцами перебираю мягкие кудряшки спящего Мити, еле ощутимо касаюсь губами его лобика, в то время как в моей голове роем пчёл мечутся мысли. Как только мне привели обратно сына, моя идея о побеге слегка потеряла краски.

С маленьким ребёнком далеко и быстро не убежать, на вокзале не переночуешь, а без денег и документов и вовсе шагу не сделаешь. «Нужно достать свою сумку», проносится мысль, которую я хватаю за хвост. Моя сумка у самого Ильяса, я видела, как он подобрал её на пороге нашей квартиры, а позже её я видела в машине перед тем, как отключилась.

«Придётся идти к этому монстру», думаю про себя и зажмуриваюсь, вспомнив его прикосновения, его взгляд, его тяжёлое дыхание, его слова, его пальцы, сжимающие кожу на моей талии… От воспоминания по телу пронёсся табун мурашек. Я не хочу с ним вновь встречаться!

Все мысли сразу улетучились, остался только страх за своего малыша, за нашу жизнь. Мне бы очень хотелось забыть всё это, но память словно назло подкидывает мне картинки произошедшего, что я невольно вздрагиваю и сжимаюсь. Я никогда не была впечатлительной девочкой, но за последние сутки вся жизнь превратилась в какой-то кошмар, который я не могу контролировать, сказочный мир рухнул карточным домиком, ткнув носом в настоящее. В настоящее, к которому я не была готова. А если это только начало? Если всё будет ещё хуже?

Я должна выбраться из этого кошмара, необходим продуманный план действий, вот только как его продумать, если голова трещит и мысли мечутся так быстро, что мне с огромным трудом удаётся ухватиться за более яркую.

Мой малыш зашевелился, мои пальцы замерли. Митя приоткрыл свои глазки всего на секунду, высвободил руки из-под одеяла и, переворачиваясь набок, ногами сбил его, раскрывая нас обоих. Закинув на меня одну из ножек и подсунув ладошки под щеку, Митя затих.

«- Ты ангел, Дашунь, только ты могла подарить мне такого ангелочка», смотря на Митю, в память ворвалось воспоминание того, как Вовка впервые взял на руки нашего сына.