Спасти антагониста или попадание для злодея

Глава 15.

Что в ней? лекарство или смертельный яд?

Он хотел ее вот уже сотни ночей подряд,

прижимал все сильнее, во сне укрывал одеялом.

Ему было мало, Боже, чертовски мало.

Ни что его не цепляло, был горд и груб,

а теперь его жизнь зависит от этих губ

(Автор: Эн Сергеевна )

Арнон

Мне так много хотелось ей сказать, но я молчал. Она уже для себя все решила и все слова бесполезны. Этой девушки мало слов, ей нужны доказательства и действия. А мне хочется схватить ее, увезти в свое поместье, спрятать ото всех и объяснить все. Но вот только это все может разрушить. Она просто не простит мне уничтожение Академии вместе со всеми ее обитателями. И что вместо этого я смогу ей предложить? Побег и не ясное будущее? Поэтому нужно быть аккуратным в своих действиях. Король готов сдерживать сына, но на сколько его еще хватит не ясно. Ульхорд невменяем и все чаще выходит из себя. И первой кто может пострадать это она.

Почему именно эта девушка!? С ней только одни проблемы. Я постоянно делаю то, что не должен.

Я не должен прижимать ее к себе. Не должен хотеть сломать руку Ульхорда, когда он хватает ее. Не должен едва сдерживать силу и себя, чтобы не свернуть ему шею, из-за того, что он позволил себе ее поцеловать. И сейчас тоже не должен быть здесь.

Для нее же лучше, если она решит, что я вижу всего лишь инструмент влияния. Но это не так. И все это только усложняет. Чем больше я хочу защитить, тем больше могу потерять.

Когда я начал воспринимать Азэли, как-то что нужно защитить любым способом? Наблюдая за легким прищуром глаз, когда девушка обводила вокруг пальца аристократов, мухлевала и вытягивала из них с помощью игры деньги? Когда аккуратно задавала вопросы про порядки в нашем обществе, доставая информацию по крупицам, так чтобы никто не понял, что она как ребенок, который не понимает простых для нас вещей? Когда понял, что со мной она не боится сказать или сделать что-то не так? Когда пытался понять зачем ей дерево в комнате?

Перед глазами стоял образ девушки с глазами полными страха. Страха за меня. И осознание того, что девушка готова защищать то, что считает правильным и тех, кто в этом, как она считает нуждается. Я бы, наверное, до сих пор задавался вопросом, не привиделась ли она мне в тот день, если бы не Мерой, который зашел к лекарю. Тогда все встало на свои места, он не сделал бы этого, если бы не просьба с ее стороны. Это троица, крутящаяся вокруг немного нервировала, особенно то как девушка смотрит на Лероя. Та тоска и грусть по кому-то затаенная в глазах, которую я много раз наблюдал со стороны.

Но один образ сменился другим. Девушки с холодной улыбкой, которая спокойно сделает тебе больно, если решит, что этим защитит себя или кого-то еще. Спокойный голос утверждающий, что та вещь, которую она назвала револьвером, могла взорваться в руках. И холодная улыбка, адресованная мне, когда она прижимается в одном полотенце на голое тело.

Смотря как, девушка разворачивается и выставляет горшок, как что-то очень угрожающее, я не смог сдержать улыбку. Истина, у меня не было и шанса не заинтересоваться ей. И все становиться намного серьезнее с каждым днем проведенным рядом.

- Так и будешь отталкивать меня?

- Дай мне пройти, если нас здесь увидят, тебе первому дракончик голову откусит. А я даже возражать не буду - говорит она.

- Дракончик? - мне не нравиться как просто и безобидно это звучит.

- Ревнуешь? Я предупреждала, не подходи ко мне - она улыбнулась и достала револьвер.

Да я ревную. Но не это главное, а то с какой беззаботностью она его так называет. Будто не понимает насколько может быть опасно уже то внимание, которое Ульхорд проявляет.

Смотрю на нее пытаясь найти ответ в ее глазах цвета меда и движениях. Опускает руку с револьвером. Когда она оказывается прижата ко мне, дурацкий горшок выпадает из другой руки.

- Просто не подходи к нему. Ради своей же безопасности, избегай его. Даже если думаешь, что я хотел использовать тебя. Даже если ненавидишь меня и думаешь, что все что я говорил и делал ложь.

Говорю и не могу сдержаться, целую сначала губы, потом щеку и мочку уха. Нет, все точно покатиться в пропасть. Я не смогу просто оставаться рядом и не прикасаться к ней.

- Арнон, я прекрасно вижу, что с ним не стоит даже общаться. Но с тобой тоже. Я не готова во все это ввязываться.

Если бы я сам себе не говорил, то же самое. Что и Мирам и ей стоит быть как можно дальше от того, что будет происходить. Дворцовые интриги сейчас не смогут пройти без жертв. И если в число жертв войдет кто-то из тех, кого я решил уберечь, простить себе я не смогу.

В голове промелькнул тот момент, когда я сам почти любыми способами был готов остановить Мирам, которая по глупости решила обвинить во всех бедах девушку и не удержала контроль. Если бы не Ульхорд... Я не могу отдать ее ему. Значит придётся выбирать.

Я все еще держал Азэли в своих руках. И не понимал, как так получилось, что за короткий срок времени мои приоритеты сместились. Отпустив ее и подняв горшок, сунул его девушке в руки. Провел руками по ее волосам, приводя их в порядок и игнорируя нахохлившийся вид девушки. Нужно будет склеить те клочки, которые она нашла и отдать ей. Приятно, что ревность я тоже замечаю, но ее основные выводы ошибочны. И если она перестанет доверять моим словам, может сделать ошибку.

- Я и не хочу, чтобы ты была вовлечена во все это.

Та нежность, которую я к ней испытываю, почти граничит с какой-то внутренней болью. Смотря как, она выходит из захламленной кладовой, я думал, что сам себя загоняю в капкан. И одновременно понимал, что остановиться уже не получиться.