Спасти наследника Дракона

Глава 14. Попала так попала

Дверь скрипнула второй раз, закрываясь за тем, кто вошёл в комнату.

— Милка, ты чего шумишь, а? — прозвучал молодой заспанный голос. — Иль совсем худо стало?

Медленно, словно сломанная кукла, я повернула голову на звук.

— Чего на полу-то лежишь? — зевая во весь рот, спросила незваная гостья в чепчике и длинной ночной рубашке. — Совсем, что ль, башкой повредилась?

Кутаясь в вязаную шаль и с горящей свечой в свободной руке, она смотрела на меня большими круглыми глазами. Ей было, наверное, лет восемнадцать. Не красавица с плоским широким лицом, курносым носом и маленьким ртом.

Уголки её тонких губ опустились.

— Чего молчишь-то, словно пришибленная? И вставай уже, ну!

От её речи и вида пугающе веяло средневековьем.

У меня из горла вырвался невнятный хрип, и девушка тяжко вздохнула.

— Ну вот, опять мне с тобой возиться.

Она поставила огарок свечи на столик возле кровати. Теперь я ясно видела обстановку крохотной комнатушки. Помимо кровати, тут имелся один стул, и круглый столик. Тёмный камин и занавешенное одеялом окно, стены из голого камня и вбитые в них крючки, на которых висела длинная и тёмная, похожая на монашескую одежда.

То, что упало на пол из-за моей неосторожности, оказалось жестяными вёдрами. Какие-то из них выглядели относительно чистыми, а из других на пол высыпались кучки золы.

И это меня, считай, добило.

У них тут нет центрального отопления. Они носят чепчики и ночнушки в пол, пользуются свечами и топят дровами. А под кроватями — спорю на миллион! — держат ночные горшки.

«Тебе так повезло», — сказал ангел-мужчина. «Это не только возможность сделать доброе дело, но и твой шанс на полноценную счастливую жизнь», — поддакнула женщина-ангел.

Кидалы позорные! И он, и она «забыли» упомянуть, что с миссией спасти наследника герцога Кёрнского отправляют меня в чёртово средневековье!

Да я бы в жизни на это не согласилась!

— Ну вставай уже, Милка, чего разлеглась?

Присевшая на корточки рядом со мной девушка прижала ладонь к моему лбу.

— Горячка вроде ушла. — Она прищурилась, глядя на меня с подозрением. — Милка... Мил... Мелани, демоны тебя раздери, ты притворяешься немощной, что ли? Чтобы я вокруг тебя квочкой кудахтала?

— Вот ещё! — вырвалось у меня.

— Так уже лучше.

Она помогла мне подняться и усадила на край кровати.

— Ну как ты? Совсем худо, да?

Я взглянула на свои-чужие руки — худые, с обкусанными ногтями и траурной каймой под ними, с въевшейся в кожу чернотой. Да уж... А ведь в тех книжках, которые я временами любила читать, соотечественницы попадали в принцесс. В королев. В баронесс. На худой конец, хотя бы в красавиц.

— Всё хуже некуда. — Чем оказаться здесь, лучше бы мне, как выразился хранитель, уйти в круг перерождения.

— Чего хуже-то? Говорить вон уже можешь. На ногах почти что стоишь. А то в горячке две седмицы лежала, уж думали, придётся другую на твоё место искать.

Девушка подбоченилась, глядя на меня сверху вниз.

— Ты это, глупости брось. И выздоравливай уже, наконец. А то всем надоело делать за тебя работу.

Чувствуя, что вскрылись ещё не все сюрпризы «удачного» пробуждения, я угрюмо поинтересовалась:

— Какую такую работу?

— Как какую? Камины чистить и золу выносить! Тебя нет, и на других это свалили. А я-то нанималась на чистое место. Так что ты это, давай, досыпай, а утром чтобы встала с постели. За кашей на кухню сама пойдёшь. Я тебе не прислуга!

— И не подруга... — заметила я, приняв горизонтальное положение на соломенном тюфяке.

— Как это не подруга? Подруга! Причём самая лучшая. — Девушка забрала со столика свечу на подставке. — Всё, хватит уже болеть. Набирайся сил и за дело. А то сама понимаешь, на твоё место желающих уйма. Управляющий долго не будет терпеть. И так уже вечность все тебя прикрывают, а ты не ценишь.

Она ушла, оставив меня в темноте — стискивать кулаки и скрежетать зубами от возмущения.

Вот тебе и ангелы. Вот тебе и вторые шансы на «счастливую жизнь».

— Я Золушка. Натуральная Золушка. Нет, ну вы можете в это поверить?