Спасти наследника Дракона

Глава 27. Спасти человека

Мила

Вторая смерть, случившаяся со мной с перерывом всего в пару недель, не вызвала того недоумения и ужаса, какой пришлось пережить в первый раз. Я обнаружила себя стоящей на берегу реки над телом, которое уже привыкла считать своим, и сразу же обо всём догадалась.

Сердце сжалось от жалости к изломанной хрупкой фигурке с белым, как снег, лицом и разметавшимися прядями мокрых волос. Слишком слабая и болезненная, я не справилась ни с задачей, которую на меня возложили, ни с тем, чтобы толком использовать данный мне ангелами второй шанс на жизнь.

Всё закончилось для меня в этом удивительном мире.

Смерть пришла вместе с проломившимся подо мной льдом. Длинное шерстяное платье и шубка мгновенно пропитались водой и превратились в утянувшие на дно реки кандалы. Ослабленное хроническим недоеданием и болезнями тело не выдержало свалившихся на него испытаний. И я умерла вот так нелепо и абсолютно бессмысленно — ведь, по сути, мальчика я не спасла.

Провалилась во всех смыслах слова. Оказалась настолько слаба, что не сумела вытащить его из воды. Хватала за руки, тянула к себе, смотрела в перепуганные глаза, пока тонкий лёд хрустел под моим весом. А потом трещина прошла прямо подо мной, и я рухнула в воду. Ещё и ребёнка за собой утянула на дно.

Тео повезло, что его нашёл другой человек. И мне оставалось только молиться, чтобы мальчика удалось вернуть к жизни.

На берегу реки сейчас находилась не только я, а ещё и склонившийся над лишившимся сознания мальчиком мужчина. Герцог Кёрнский, без всяких сомнений, пусть и в непривычном виде — полуголый, мокрый, в одних прилипших к бёдрам подштанниках.

От тела герцога обильно шёл пар, а от рук исходило золотое свечение. Мужчина делал сыну искусственное дыхание и непрямой массаж сердца. Чтобы вернуть Тео к жизни, использовал и обычные методы, и то, что, думается, следовало назвать магией.

Были ли она природной, драконьей, а может, обычной — не знаю. Я впервые видела, как из рук человека исходит настоящий, яркий, как от солнца в зените, золотисто-белый свет.

Всей душой я желала герцогу удачи в реанимации, но ничем помочь уже не могла. Своё дело я сделала, как смогла, и больше в этом мире от меня ничего не зависело.

Бедная я. Глядя вниз, я чуть не плакала. Нет — бедная Мелани.

Отражение в зеркале не давало мне полного представления, какой же хрупкой она была. Теперь я видела её со стороны, и сердце сжималось от жалости. Длинное чёрное платье и шубка, прямо сейчас превращающиеся в ледяной саркофаг, не могли скрыть тонких, как веточки, рук и ног. Бледное до синевы лицо казалось истощённым и вызывало искреннюю жалость.

Оставалось надеяться, что хотя бы мальчику повезёт больше.

С места, где я стояла на берегу, виднелась полынья, где мы с Тео утонули. Она стала значительно больше. Лёд будто что-то взорвало и разметало обломками льдин на многие метры кругом образовавшегося в скованной льдом реке озерца.

Момент, когда герцог вытаскивал нас из воды, я не помнила.

— Мила, — позвали меня, и я обернулись.

Появились те, кого я ждала.

Ангелов вновь было двое. И пусть я не могла разглядеть их лиц из-за сильного свечения — чувства подсказывали, что это были те же двое, что и в прошлый раз.

Я указала на мальчика без сознания и борющегося за его жизнь отца и обратилась к хранительнице рода герцогов Кёрнских:

— Это всё, ради чего вы меня послали сюда? Так смотрите, мальчик не дышит, сделайте что-нибудь!

— Мы не имеем права вмешиваться...

Ответ ангела заглушил шум. Мальчик очнулся, хватая ртом воздух, и его отец не сдержал чувств.

— Ты жив! Жив! — воскликнул герцог, прижимая кашляющего сына к груди.

С моих плеч будто упала гора.

— Вот видишь, Мила, наследник жив, — сказала женщина-ангел. — У тебя всё получилось!

— Он жив благодаря отцу. Я почти ничего не сделала для него, — мне хотелось быть честной. — Я провалилась и буквально, и переносно. Мне не хватило сил даже вытащить мальчика из воды. Его спас отец.

— Это так, но твоё участие тоже важно. Без тебя Тео бы утонул. Райнхольд бы не увидел мальчика на реке, если бы ты не побежала за волком. Его бы не стало, и прервался бы один из двенадцати великих драконьих родов... — Она спохватилась. — Прости, я не имею права обсуждать это с тобой.

— Так вы знаете судьбу каждого человека? Она где-то прописана?

Женщина развела руками.

— Я не имею права обсуждать это с тобой.

— По-моему, уже поздно отпираться. Вы знали судьбу Тео и предотвратили её трагический поворот.

Мужчина-ангел заступился за коллегу:

— Нет, Мила, всё сделала ты. Ты побежала за волком. Ты вновь посчитала, что жизнь ребёнка важней твоей безопасности. Это был твой выбор.

Ну ладно. Я поняла, что ничего от них не добьюсь. Да и имело ли это значение?

— И что, не будет обвинений в том, что я сделала всё, чтобы оборвать и эту жизнь до срока? — спросила я своего ангела-хранителя. Вспомнила, как спускалась к реке. — Кстати, хотела поблагодарить вас за помощь там, на горе.

— Ты сделала всё сама, — возразил ангел-мужчина. — Мы не имеем права вмешиваться в земные дела.

— Ну конечно. — Я не верила, что с того почти отвесного склона удалось бы спуститься, не сломав ни головы, ни спины, ни рук-ног. — И всё равно спасибо, хоть ты и не признаёшься. Жаль, что со льдом так не получилось. А я ведь просила помочь мне ещё раз. Не хотелось умирать так рано.

— Знаю, — ответил ангел-хранитель. — Ты утонула не потому, что хотела покончить с бессмысленной и тяжёлой жизнью. Хотя здесь она у тебя была в разы тяжелей. Ты проявила истинную доблесть, спасая жизнь этого мальчика, и достойна награды. Твоя следующая жизнь будет счастливой. Ты родишься в прекрасной семье, будешь любима родителями, у тебя всё будет хорошо. Твой подвиг продвинет тебя в развитии на сотни непрожитых жизней.

Звучало хорошо. Наверное. Я в этом мало что понимала.