Спасти Немолэ, или Как становятся богами

.

Ха! Навья с два, а не отдых! Будь неладна Хранительница вместе с её внезапными выдёргиваниями меня не пойми куда!

Опять та же каменная тропинка с неприятными чавкающими звуками, доносившимися из-за плотно посаженных деревьев. Духота и влажность остались такими же. По-видимому время года тут не меняется и всегда остаётся одним и тем же. И с чего вдруг эта назойливая женщина решила, что я побегу к ней навстречу вприпрыжку? Я наивно полагала, что нам удалось договориться, и мне больше не придётся плестись через весь лес навстречу с вдруг соскучившейся родственницей. По крайней мере, наша последняя встреча вселила в меня надежду, что нам удалось достигнуть некоего взаимопонимания и уважения. Насколько же я была неправа! Как предвидела пророчится Милочка, однажды доверчивость меня погубит! Правда, тогда она ещё не умела видеть будущее. Тем не менее, слова невероятно правильно подчёркивали моё легковерие в порядочность других людей, и часто из-за этого возникали разного рода неприятности. Я, конечно, всеми силами старалась избавиться от такой неудобной черты характера, однако получалось пока не очень хорошо.

Дорога была в целости и сохранности. Все камни находились на своих местах, и прорех нигде не было видно. Или их вставили обратно, или это был какой-то другой отрезок тропинки. Нет, на этот раз я не собиралась выкорчёвывать камни для занятия зарядкой. В моих планах было совершенно противоположное действие. Опавшие листья тоже никуда не делись. Преисполненная энтузиазма, я их подгребла на дорогу, устроив себе царское ложе прямо посередине, чтобы не пропустить гонца Хранительницы, который, проходя мимо, обязательно об меня споткнётся. Убиться не убьётся, но падать, наверное, будет неприятно. Устроилась поудобнее и со счастливой улыбкой повернулась на бок…

– Куда пошла?!

Меня грубо выдернули во второй раз. Да что же это такое! Я гневно сжала губы и уставилась на надоедливую родственницу, изо всех сил стараясь яростным взглядом прожечь в ней немалых размеров дыру, чтобы в следующий раз неповадно было таскать меня туда-сюда, не испрашивая разрешения. Хранительница сделала вид, что не замечает недовольства, и мило улыбнулась в ответ, излучая радушие и всепрощение. Женщина протянула руки, вероятно, намереваясь по-матерински обнять…

– Замрите! – остановила я опешившую родственницу. – Сейчас я как-то не настроена на телесные контакты. Говорите, зачем позвали, и отпустите спать!

– Дорогая, – в голосе Хранительницы послышалась обида на мои резко брошенные слова, – разве я не могу просто за тобой соскучиться?

Я про себя хмыкнула. А то как же! Эта женщина, насколько мне удалось её узнать, всегда была себе на уме. Трудно было поверить во внезапно вспыхнувшую любовь к уже взрослой внучке. Или кем я ей там приходилась? Вспомнилась наша последняя встреча. Что эта женщина от меня тогда хотела? Ах, да! Хранительница настаивала на моём визите к родственникам! Тогда в Гитроне мне было слегка не до этого. А потом я уже и не вспоминала о беседе. Сейчас так вообще было не до всяких встреч, тем более желания познакомиться с тётеньками и дяденьками.

– Ну, тогда я пошла! Вы уже успели на меня насмотреться и убедились, что у внученьки всё в порядке?

– Не так быстро! – остановила меня Хранительница. – Да и самостоятельно уйти из этого места у тебя не получиться.

Вот тут я бы тоже могла с ней поспорить! Почему тогда бабуля так испугалась, когда я на тропинке начала засыпать? Видать, почувствовала, как внученька начала ускользать из её цепких ручонок! В тот момент показалось, что, погружаясь в сон, мне удалось освободиться от её контроля. Раньше-то я сопротивлялась и развивала бурную деятельность, видимо таким поведением позволяя Хранительнице контролировать моё местонахождение. Теперь тактика изменилась, к чему родственница, кажется, была не готова, рассчитывая на врождённое упрямство и тягу к знаниям, которыми она могла со мной поделиться. Как-никак знала она непокорную внученьку чуть ли не лучше меня самой. Вот только делиться информацией Хранительница не собиралась, так и не поведав мне ничего, что могло бы меня заинтересовать. Так какого навья тогда с ней общаться?

– С чего это вдруг вы так убеждены, что у меня не получится? – я прищурила глаза и лукаво улыбнулась. – Уверенна, если бы вы меня не перенесли в свой кабинет, – оглянулась по сторонам, убеждаясь, что комната похожа своей обстановкой на выше обозначенное помещение, – вашей горячо любимой внученьке с успехом удалось покинуть этот мир и проснуться в своей кроватке.

Она решила не подтверждать и не опровергать мои догадки. Только многозначительно возвела глаза вверх, намекая на то, что за эту короткую встречу моя особа уже успела её порядком утомить. Нет, ну как вам это нравиться? Будто я сама напросилась к ней в гости и теперь начала закатывать истерику на ровном месте!

– Неужели так сложно поверить в мою обеспокоенность за судьбу внученьки? – изумилась Хранительница, легко подхватив определение меня как внучки. – Ты пропала на столько дней и даже не соизволила подать о себе весточку! Обещала заглянуть в гости к родственникам, только там так и не появилась. Как по твоему, я должна была реагировать? – она развела руки, как будто извиняясь за излишнюю заботу. – Род переживает! А ты, глупенькая, всё никак не можешь на нас положиться и попросить помощи. Какую бы глупость вы с друзьями не затевали, я, как Хранительница, постараюсь тебя поддержать или переубедить, дабы строптивая ведьма, по какому-то недоразумению входящая в мой Род, не смогла себе навредить!

– Ой! Вот только не нужно пытаться меня пристыдить! Я прекрасно понимаю, что вы можете следить за каждым шагом непутёвой родственницы!

Почему эта женщина меня так бесит? Каждый раз вызывает на эмоции и доводит до белого каления! Может, ей такая забава доставляет удовольствие? Хранительнице же, в принципе, здесь нечем заняться, вот и развлекается несчастная, как умеет. А я, получается, для неё являюсь чем-то вроде послушной игрушки, которая каждый раз ведётся на подобного рода провокации и доставляет своей мучительнице удовольствие.