Спасти рядового Витю

5. Её и след простыл...

Мысли собирались воедино неохотно. Но первые были прекрасными. Ада думала о том, насколько ей нравится лежать в объятиях Диего. Как тяжесть его тела даёт ей чувство защищённости. Что за продолжение этого момента она готова бороться. И совсем не против, если так, под ним, она и уснёт. Он обнимал её крепко. Прижимал к себе до хруста. По телу от его жара растекалось упоение. Слишком хорошо. Слишком прекрасно. Только бы не спугнуть восхитительный момент.

— У тебя… каждый массаж так заканчивается? — едва слышно поинтересовался Диего с заметными нотками самодовольства в шелестящем шёпоте.

— Возможно, — хихикнула она, чувствуя в предельной близости каждую его эмоцию. Казалось, это невозможно, но Ада буквально кожей ощутила удивление и пояснила: — Я до тебя никому массаж не делала.

— Тогда мне срочно потребуется массаж завтра. И в субботу. И в воскресенье. И… всегда, — не растерялся испанец.

— Это я тебе ещё счёт за услуги не выставила. Смотри. Не потянешь, — хмыкнула она в попытке отшутиться.

Сейчас не хотелось думать о грядущем. О предложении переехать она не забыла. Но одно дело неделю жить соседями и беззлобно подшучивать друг над другом, ведя счёт их противостоянию, и совсем другое теперь. Когда к платоническим отношениям незаметно подкрался секс, всё стало значительно сложнее.

Ада прикрыла глаза, требовательно изгоняя из головы все мысли о понедельнике и всём, что будет дальше. Но напряглась, когда Диего шевельнул рукой в явном стремлении разорвать их восхитительные объятия. И, возможно, уйти! Она возмущенно замычала и крепко прижалась к нему.

— Понял. Не двигаюсь, — достиг её ушка шепот, лишённый даже искорки смеха. А вместо него вдруг прозвучало нечто до мурашек заботливое. Всего на мгновение, но пробрало до позвоночника. Впрочем, Диего постарался исправиться: — Завтра. Ты и я. Празднуем мою победу.

— Победу? — сначала не поняла она, но память быстро перебрала все моменты их споров и противостояний. — Ха, мы спорили, что я впущу тебя в свою постель. Но я не впускала. Я захватила твою!

Она победно обвила его ногами, сцепив лодыжки на пояснице. Очередной захват, произошедший на этот раз не по плану Давимы, был встречен жарким укусом мочки её уха. Не сдержавшись, Ада взвизгнула и для закрепления власти немедленно поставила яркий пурпурный засос на плече Диего. И для цвета добавила отпечаток зубов. Клеймо обещало держаться до конца выходных. Соседушка не остался в долгу и немедленно так же пометил её шею. Игра продолжилась. Словно речь вновь шла о счёте, они старались оставить как можно больше хозяйских меток. Кричащих «Моё! Не трогать! Не приближаться!». Но усталость взяла верх и они вновь расслабленно лежали, сжимая друг друга в объятиях.

— Технически пока не захватила. Это очередная Витина спальня, — отметил Диего. — Но можешь. Когда переедешь ко мне.

— Когда? Уже не «если»? — удивлённо приподняла она брови.

— После такого массажа однозначно «когда», — уверенно заявил соседушка тем тоном, которым наверняка в прошлом отдавал команды младшему офицерскому составу. Ада мысленно приказала себе поискать о его прошлом немного больше информации. Этот испанский Донжуан и по совместительству самый несерьёзный сосед в мире проявлял слишком много несгибаемости. Так и в отношения можно влипнуть. — В понедельник. Хотя нет…

Разговор стал настолько серьёзным, что блаженный момент поспешил закончиться. Шурикова осторожно выпросталась из объятий Диего и, лёжа на боку, испытующе на него смотрела. Да, она не считала подобную ситуацию чем-то из ряда вон выходящим. Если сложить все их совместно проведённые часы, то получится примерно столько же, сколько чуть более нормальные люди тратят на месяцы свиданий, встреч и осторожного знакомства друг с другом. Ничего необычного, просто они начали с более концентрированной порции общения, до сих пор не поубивали друг друга, и не потому, что не обладали соответствующими навыками. Напротив, как раз Ада и Диего те люди, которые могут избавиться и от соседа, и от тела. Но вместо того, чтобы продолжать друг с другом воевать, они всю неделю… Неужели ходили на неординарные, но всё же свидания, узнавали друг друга и вообще вели себя нормально?

— Ты меня знаешь неделю. Не слишком ли торопишься? — всё же поинтересовалась она.

— И мы всю неделю были прекрасными соседями. А дальше будет только лучше, — уверенно ответил испанец, словно читая её мысли.

— Я после студенческого общежития ни с кем не жила совместно. Тем более в паре.

— Не переживай, у меня тоже нет опыта. Как-нибудь прорвёмся.

От такой странной убеждённости Ада снисходительно рассмеялась. Но смех вышел чуть нервным. Диего явно был настроен серьёзно.

— Кажется, я всё же передавила тебе нервный узел и кровь больше не поступает к мозгу! Ладно, я рассмотрю твоё предложение, если ответишь на вопрос — почему ты со мной так возишься? — решилась она.

Весь пройденный путь, вернувший ей вкус к жизни, возник спонтанно. В этой самой спальне и до сих пор она понятия не имела, что было сделано или сказано для внезапного порыва всё бросить и спасать её. А то, что испанец планомерно именно вытаскивал её из депрессии — сомнений не было. Но свербил один вопрос — почему? Какая ему разница, что произойдёт не с самой приятной соседкой, явившейся из ниоткуда и стремящейся снова туда вернуться?

— Хочется, — снова спокойно ответил он, удобно расположился на кровати с целью отоспаться до утра и по-хозяйски притянул её в свои объятия.

— И всё? — глухо промычала она в подушку.

— И всё.

— Тогда, мой милый пирожочек, у тебя немного шансов на моё согласие, — со всей возможной обидой в голосе произнесла она.

Последнее пришлось скрести по сусекам. После долгого дня и «массажа с продолжением» в голове как будто феечный лес образовался. Все мысли выходили какими-то лёгкими и радостными. Не получилось ни обидеться, ни настроиться на по-настоящему что-то серьёзное. Даже вечный вопрос теперь звучал как-то по-детски. Не говоря о её сомнениях относительно совместного проживания. И всё же тон Диего уловил. Поймал Аду в капкан рук, стиснул будто плюшевую и жарко поцеловал в затылок.