Спасти театр, сыграть принцессу

Глава 21

Премьера.

Это слово так много значит для любого работника театра – режиссера, актера, даже костюмера. Премьера – это праздник.

Сегодня же… над всеми нами повисло траурное ожидание.

Никто не говорил о своих тревогах вслух, но каждый думал: а точно ли ничего не омрачит долгожданное событие? Быть может, постановка проклята?

На меня косились: кто-то с сочувствием, другие же с неприязнью. Я видела это через зеркало, пока меня красили, и на финальной примерке костюмов, стоя с раскинутыми руками.

Интервью Кристана все-таки было опубликовано, и как бы детектив не пытался его исправить, в статье оставили мое имя. Кто-то назовёт это финальной редакцией, остальные – грязным маневром. Для меня же это был удар под дых.

Суета. Мандраж. Напутствия друг другу.

Поблагодарив девушку-гримера, посмотрела на свою сумку с переговорным артефактом. Сегодня устройство уже не понадобится – с детективом мы все обсудили.

Несмотря на закрытие дела, в театре, тем не менее, сегодня дежурят полицейские (все в штатском) – в первую очередь для успокоения сотрудников, во вторую – для мэра и прочих важных персон. Обе стороны поставили ультиматум: или безопасность, или их участие в мероприятии. Пришлось пойти на компромисс (хотя я уверена, что начальство Виктора не видело в этом необходимости).

А что насчёт нашего плана…

Я целыми днями тренировала свою магическую чувствительность – сама бы не поверила – вместе с Томасом Альбо. Мужчина всячески воздействовал на меня ментально, а я пыталась ставить блоки или хотя бы отвлекаться от внушения (его методика).

Стоит ли говорить, что получалось не очень.

Мои наилучшие попытки были реализованы во время «репетиции» - одна музыка позволяла отвлекаться от другой, магической. И все равно учитель раз за разом осуществлял свое влияние, и я осознавала себя то плачущей, то в состоянии эйфории.

Виктор и Натаниель сегодня будут в зале - один раскошелился на партер второй же назначен за кулисы в качестве охраны. В общем, планируют прикрывать со всех сторон и внимательно следить за зрителями, готовить по необходимости диверсии…

Томас тоже будет присутствовать, но в ложе для гостей. Хотелось бы верить, что мужчина займёт местечко возле Беллов – у меня так и не получилось узнать их билеты.

Криво усмехнулась: меня будет окружать наша маленькая армия.

Но смогут ли они что-то сделать, когда?..

А что, собственно, планирует менталист?

***

Третий звонок.

Зрители аплодировали, прося о начале.

Музыканты смело взяли первую ноту.

Шторы раздвинулись, открывая сцену – а вместе с ней и подвижные ступени, сверкающую конструкцию эльфийского дворца и множество людей, суетливо ходящих из стороны в сторону. Светлые платья мягко шелестели по доскам, а заостренные ушки сияли висящими на них украшениями.

Я смотрела на это из кулис. Было сложно концентрироваться и на постановке, и на своей миссии одновременно – приходилось сделать выбор.

И я поступила, как настоящая актриса. Подобрав длинный подол, выскочила на свет – и звонко рассмеялась, подзывая кого-то рукой. Ухватившись за «сестру», потащила ее между суетливыми фигурами.

Рея закатила глаза, но смиренно пошла за старшей принцессой.

- Элоиза, будущей невесте не пристало вести себя по-ребячески, - как будто бы недовольно заметила эльфийка.

- Ты, сестричка, права как никогда! – задорно ответила ей, останавливаясь в передней части сцены. – Надеюсь, Дерек простит мне мое легкомыслие, пока это еще позволительно.

Переминаясь с ноги на ногу, как будто в нетерпении, я не удержалась и посмотрела в зал – но слепящие огни прожекторов не давали ничего разглядеть. Кто же там сидит? Наверняка Беллы, Элиз Сноуден… Шон Кристан, и вряд ли – Уолтер Бенгер.

Дороти, оставшаяся во втором составе, сидела в гримерке на случай чрезвычайного происшествия (со мной, разумеется).

И, как говорится, - все закружилось, завертелось! Сюжет набирал обороты, я выходила на сцену и снова пряталась в кулисах, ожидая своей очереди.

Приезд жениха, официальная помолвка…

Меня переполнял восторг, и чувства плескались через край. Я полностью отдавалась роли, а заученные слова текли свободно и естественно. В какой-то момент даже страх перед менталистом ослабел, настолько все развивалось привычно и правильно. И, как всегда, один из актеров перепутал слова, вынуждая нас импровизировать.

***

Элоиза проводит больше времени с Дереком и чувствует себя абсолютно счастливой: и ведь как повезло заключить династический брак по любви.

Скандал в королевстве – украдены реликвии. Разговор с Реей, обвинения родителей, побег из дворца…

Та самая сцена, где Элоиза поет перед ликом Найроби и решается на страшное – разбить кристальное сердце, чьим осколком и ранит себя.

Я дрожу, но больше не плачу. Тускнеет свет, и через несколько секунд на фоне луны появляется хрупкий силуэт – там, где должно быть сердце, сверкает кристалл. Его грани неровные, неправильные – и в самом деле, разве такой выбор может быть иным?