Спасти врага. Запретная уязвимость дракона

Глава 12

После инцидента в бане ночь стала казаться еще тяжелее и душнее, чем раньше. Воздух в моей маленькой хижине застыл, пропитанный тревогой, от которой я не могла избавиться, как ни пыталась. Свет магической лампы нервно дрожал, отбрасывая на стены причудливые тени, будто чувствуя мое беспокойство и пытаясь отразить его на деревянных досках.

Я сидела рядом с драконом, удерживая его ладонь в своей и аккуратно нанося прохладную танедровую пасту на свежий ожог. Как оказалось, он схватился за раскаленный камень, пока пытался прикрыть меня от Калдена, и теперь я вынуждена была расплачиваться за его импульсивную храбрость. Мои пальцы легко двигались по его коже, хотя внутри все трепетало от волнения, которое я упорно старалась не замечать.

Он молчал, терпеливо позволяя мне обрабатывать рану. Его взгляд не отрывался от моего лица, словно он пытался разглядеть в моих глазах то, что я упорно от него скрывала.

— Почему ты это делаешь? — неожиданно спросил он, прерывая тишину. Голос его звучал устало, но отчетливо, и от него по моей спине пробежал странный холодок. — Я ведь твой враг. Ты рискуешь ради меня. Зачем? Сомневаюсь, что за меня заплатят много.

Я замерла, пальцы надавили на его ладонь сильнее, чем нужно. Я выдохнула, намеренно избегая его взгляда, и вернулась к работе.

— Не привыкла отчитываться перед теми, кто обязан мне жизнью, — бросила я максимально равнодушно, хотя голос слегка дрогнул.

— Я просто хочу понять, — сказал он тише, словно извинялся за неудобства. — Ты могла бы оставить меня там, в ущелье, или добить на месте, но почему-то не сделала так. Награду дали бы и за тело, если предположить, что я чего-то стою.

Его слова вызвали во мне волну злости. Мы ведь уже говорили об этом, но он упорно пытался выведать у меня что-то новое. Разве вознаграждение за спасение не достаточный повод? Он будто видел меня насквозь и чувствовал, что мне нужны не деньги. Но мог ли он счесть, что я — мелкая, худая и слабая низшая — представляю какую-то опасность для его народа?

Я нахмурилась и ответила:

— Живой ты полезнее, чем мертвый, вот и вся причина. Твоя кровь пока нужна мне в венах, а не на земле.

Он задумчиво замолчал, словно взвешивая мои слова, а затем неожиданно искренне произнес:

— Спасибо тебе.

От удивления я вскинула голову и встретила его взгляд — глубокий, серьезный, цвета темного янтаря, в котором сейчас отражались усталость, боль и искренность. Его пальцы слабо сжимали край моего рукава, будто он боялся, что я исчезну, если отпустит. Это простое движение вызвало в груди непрошенные, но приятные чувства, заставив меня отвернуться и спрятать лицо за прядями волос.

— Не стоит благодарности, — пробормотала я неловко, злясь на собственное смущение. — Я делаю это не из доброты, а из практичности.

Он слабо улыбнулся уголком губ, совсем не веря моим словам, и от этой простой усталой улыбки в груди снова возникло сладкое, неприятно острое волнение.

Осторожно закончив обработку ожога, я отложила баночку с пастой на стол и аккуратно высвободила руку из его пальцев. Он отпустил меня неохотно, и я почувствовала неожиданную потерю того странного тепла, что согревало меня несколько мгновений назад.

— Отдыхай, — сказала я, отвернувшись к столу, но взгляд все равно успел зацепиться за знак на плече дракона.

Я поморщилась, осознавая, какую опасность несет этот крошечный символ. Герб Конте на раненом драконе в моем доме был прямой угрозой моей жизни. Молчание Калдена еще дорого мне обойдется. И ведь придется платить, иначе стану мишенью для новых врагов — мятежных демонов, для которых я буду не просто предательницей, а опасным пособником драконьего рода. О нет, это уже не лишь «симпатия» к драконам. А уж если узнают мое имя…

Когда я снова повернулась, дракон уже начинал засыпать. Его лицо в дрожащем свете лампы казалось неожиданно умиротворенным. Сейчас он выглядел таким другим — не опасным врагом, а просто мужчиной, уставшим и нуждающимся в защите.

Его ладонь лежала на постели открытая, расслабленная, и я почувствовала желание коснуться ее. Осторожно, боясь потревожить его сон, я накрыла его пальцы своими, ощущая тепло кожи, которое странным образом успокаивало и одновременно волновало.

Неожиданно он чуть пошевелился во сне, и прежде чем я смогла отстраниться, его рука крепко, но аккуратно обхватила мое запястье, притягивая меня. Я едва успела удивленно вздохнуть, как оказалась на кровати, прижатой к его плечу. Его лицо было совсем близко, дыхание — ровное и спокойное, и я замерла, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить его.

Он не проснулся, лишь глубже вдохнул, прижимая меня сильнее, словно инстинктивно жаждал моего присутствия. Я невольно закрыла глаза, понимая, что не хочу сопротивляться, не хочу отстраняться, даже если это безумие.

— Что ты делаешь со мной, дракон? — прошептала я, сама не веря, что произношу эти слова вслух. И тут же исправилась: — Не нанималась к тебе в грелки!

Но он не отреагировал.

Грелки? Да что там, я даже не собиралась оставлять его в живых после того, как закончу свои дела. Он требовался мне, чтобы проникнуть к драконам. Подобраться к самому Конте. А потом…

Потом я никого не оставлю в живых.