Спецназовец ищет жену. Срочно!

ГЛАВА 6

ГЛАВА 6

ВЛАД

Мы с Пупси пришли сюда намного раньше положенного времени. Все дело в том, что она меня подгоняла. Настолько воодушевилась происходящим, загорелась, что нельзя было медлить. И даже разговоры о времени отошли на второй план, ведь это танцы, она так хочет на танцы. И неважно, что нам на вечер.

Каюсь, она давно меня просила, но все дело в том, что совсем малюток же не берут всюду. А туда, куда мы приходили и где нам дали добро, я не согласился ее водить.

И пока мы стоим в зале с яркими фотографиями, все о чем я могу думать, что моя дочь явно принимает Нину. И рассматривает ее как куклу, что ж, они обе как куклы.

Внутри разливается тепло, а мое внимание то и дело переключается на любое ее движение.

А девчонки да.

Красивые и яркие куклы, на которые так и хочется смотреть. Мне на Нину смотреть хочется вообще нон-стоп, что я с успехом выполняю, словно в транс вхожу. Волосы космические, глаза завораживающие. Фигура такая, что с радостью бы потрогал. Но если я сейчас это сделаю, то не оберусь скандала.

Свой план по завоеванию я уже проложил, а с учетом моего чувства юмора будет как угодно, но точно не скучно

Мог бы сейчас и пошутить не в тему, но пока рассматриваю ее и рассматриваю до бесконечности. Замечаю маленькую родинку над пухлой губкой, длинные закручивающиеся ресницы, да взгляд с поволокой.

Этот взгляд может ставить на колени и приказывать все, что угодно.

А сейчас она смотрит на меня не так, как в первую встречу. А заинтригованно. С ноткой сочувствия в сторону дочери, и в целом она теперь ко мне расположена.

Неужели думала, что я обманывал насчет дочери?
Детка, ты ведь и правда первая, кто с ней познакомился, и кого я так настойчиво хочу забрать себе, но пока не будем это обсуждать в таком уж ключе.

Я ж дочь как тяжелую артиллерию применил…

— Нинка! — как гром среди ясного неба слышится странное обращение.

Теперь я рассматриваю перепуганное лицо Нины и поворачиваюсь на звук.

К нам идет аляповатый чувак. И да, ему не хватает только малинового пиджака для полного счастья.

А так зеленый свитер, синие штаны, грязные “адидасы”, в одной руке цепочка, в другой букет роз. Но он такой, подуставший, букет. Если ЭТО выбрала Нина, то у меня большие вопросы к ее адекватности, и может стоит пойти в больничку сделать МРТ?

То есть мне она отказала, а этому ушлепку — нет. Серьезно? Малыш, ты видела меня голым, у тебя какие-то вопросы еще остались?

— Это твой? — с ноткой обиды спрашиваю, особо не вглядываясь в этого чувака.
— Нет, — округляет глаза, как будто я ее оскорбил.

— Доставляет проблем? — коротко спрашиваю, оценивая ситуацию.

— Да, — опускает взгляд и начинает кусать губы, которые так хочется мне поцеловать.

— Я решу.

Она тут же оживает, а уголки губ поднимаются, что срабатывает лучше, чем зеленый свет. Да, малыш, да.

Фух. Облегчение накатывает волной.

Так-так-так.

А что ж тогда?

Анечка начинает прыгать вокруг меня, потом вокруг Нины. К этому моменту чепушило из девяностых подходит к нам и нарушает личное пространство моей девочки.

Он на две головы ниже меня и в три раза толще, только это про жир, конечно, а не про мышцы.

Хочется прямо тут ушатать и сравнять с напольным покрытием…

— Привет, курочка моя, — скалится желторотый, а потом бросает на меня недовольный взгляд. Оценивающий. Противный и сальный.

Черт, а что завоняло так? Это что за духман? Или это духи такие?

— Собирайся, сахарок, жду тебя в машине, домой оттарабаню, — победоносно вещает он. Ох, вот это кадр. Ржать не перержать.

Сахарок? Оттарабанит? Звучит двусмысленно, и прямо ржачно.

Меня на это и прорывает.

— Миш, я работаю, и сейчас занята, — горделиво произносит малышка. И это умасливает меня. Отказала ему, вот так вот. Значит, если и есть другой, то явно не этот, или выдуманный. Ко второму я склоняюсь больше.

Миша значит. Так ты Мишаня, епрст!

— А ты че ржешь, патлатый? — обращается уже ко мне и во взгляде проскальзывает холодок и превосходство.

В чем, простите? В отсутствии душа?

— Я? Ты вообще в курсе, что значит “патлатый”? — ржу во весь голос, а моя дочка вдруг становится передо мной и хмурится.

— Детка, а тут можно где-то поиграть? — обращаюсь к Нине, и взглядом указываю на дочь. Если выяснять отношения, то без нее. Не знаю, что там на уме у крысеныша, но проблем создать может.

Она безошибочно считывает, что надо делать, и молча отводит мою дочь в сторону, а затем в какой-то очередной кабинет, заходит следом, дверь плотно закрывает.

— Клади веник и пойдем поговорим, — с той же юморной ноткой бросаю ему, глядя на мелкого сверху вниз. Он же на меня не смотрит, потому что не пристало Саше Белому снизу вверх смотреть на кого-то.

Кстати, он тоже мелким был, не?

— Ты попутал рамсы?

Ну и что я? Рамсы не попутал, если что. Но с улыбкой на лице я хватаю его за шкирку и тяну на улицу, чтобы детей не пугать, если они тут еще есть

— Ты в принципе можешь и подметать сейчас пол. Давай, курочка моя, сахарочек, про углы не забывай, — спокойным голосом вещаю дальнейший порядок действия.

— Ты че? Ты че совсем попутал? Да я тебя уничтожу… да я тебя закатаю в асфальт.

— Подожди! Я думал, люди гибнут за металл, или как там говорится в твоем любимом сериале? Под Белого косишь в его ранние годы? — приподнимаю додика, а он вращается по кругу.

Ля, ты пупс!

Тяну его на улицу и там в закоулках отпускаю в болото. Грузно так.

— Смотри, Мишаня. Нина — моя женщина. Еще раз увижу тебя рядом с ней — пересчитаю количество твоих зубов, но я в принципе даже отсюда вижу, что у тебя некоторых не хватает. Будет не хватать больше!

Он с хриплым стоном пытается подняться, а я его даже не бил, а так примял к земле. Щурится, хватается за карман, что я моментально блокирую ногой. Не нож там случайно?