Спецназовец ищет жену. Срочно!

ГЛАВА 9

ГЛАВА 9

Влад

В нашем деле главное не обдристаться, как говорит босс. Так вот главное не обдристаться мне сейчас в компании дочери и Нины.

А я могу, потому что на языке именно чёт позорное и вращается.

Например, сними трусики. А ты вообще в трусиках?

А потом я улыбаюсь и делаю вид что я тот ещё интеллектуальный пацык.

Ожидаем мы с дочкой Нину у машины. Моя красотка удержаться на месте не может. То есть целый час танцулек никак не снизил заряд батарейки. Знать бы, в каком месте батарейку можно вытянуть. Я бы выкинул, ну чтобы дозированно эту активность получать, иначе я скоро реально свихнусь с улыбкой на лице, разумеется.

— Малыш, ты не устала?

Пупси останавливается на мгновение, отрицательно машет головой, а затем снова начинает прыгать и крякать как утенок.

— Танес маеньких утят! — провозглашает с особой радостью в голосе и начинает танцевать этот танец маленьких утят. Я в восторге, конечно. В безумном.

А когда запыхавшаяся доча начинает меня обнимать, подхватываю ее на руки и делаю мокрого хрю, и это ничего общего с коктейлем не имеет.

Обхватываю голову дочери и и прижимаюсь губами к щечке, выдыхая воздух и создавая вибрацию губами.

— Фу, как тебе не стыдно портить воздух, Пупси? — отворачиваюсь от нее и морщу носик.

Она смеется и начинает меня щипать, в глазах бесенок загорается.

— Я готова, — слышится за спиной, пока я дочь щекочу в ответ, и вообще немного отвлекаюсь от всего.

Поворачиваюсь вместе с Пупси на руках и практически теряю сознание от неземной красоты. Нина облачилась в легкое платье до колен, распустила волосы и подвела губы. А глаза, глаза такие, что я уже готов отдаться ей.

Только не принимает!

— Я ненадолго, и у меня буквально час, — нервно улыбается, поправляет сумочку на плече, пока мой взгляд утекает в шикарное декольте. Слюна во рту скапливается как будто я на диете, а она торт.

— Да, мы слышали, нам хватит, хоть я и не скорострел, — шучу, вглядываясь в эти бездонные глаза. Черт, я бы рассмотрел их при свете…свеч, к примеру.

Нина потрясенно распахивает глаза, готовая накинуться на меня как пантера на свою добычу.

— А что такое сколостлел? — Пупси разворачивает мою голову к себе и пытливо всматривается в меня.

— Тот, кто все делает быстро, — с умным видом поясняет Нина, а у самой щеки горят, конечно.

— Но качественно, всегда качественно и в несколько раундов, — многозначительно смотрю на Нино, облизывая при этом губы.

— Прекратите немедленно, — приближается ко мне и шипит, пока Пупси отворачивается в другую сторону и рассматривает панно в виде страуса, свисающего с потолка.

Да я тоже заметил. Смысл не ясен, но красиво.

Глазища у Нинки пылают, а я радуюсь как ребенок.

— Карета подана, прямо у выхода, — перехожу к важному, опускаю дочь на пол и пропускаю королеву вперед.

Нина быстрым шагом направляется на выход, мы с дочей следом. Конечно, когда Нина понимает, на какой машине она отправится в кафе, ее взгляд меняется на удивленный.

И в самом деле, удивительно?

— А что спецназовцам так много платят?

— Как тебе сказать: я подрабатываю стриптизером, — последнее проищношу так, чтобы дочь не услышала. Она бежит к тачке, я щелкаю брелоком сигналки, и мерс оживает. Пупси сама с трудом открывает заднюю пассажирскую и влезает в мой внушительный “фоматик”, пока я едва касаюсь локтя Нины, чтобы направить к своему “зверю”.

Хотелось бы ее познакомить с еще одним зверем, но хорошего по чуть-чуть.

Как истинный джентльмен, открываю пассажирскую дверь, пропускаю даму, втягиваю неповторимый аромат ее духов, слегка стекаю на асфальт, но все-таки топаю к водительской двери.

Всю дорогу доча рассказывает нам стишки собственного производства. В свое время я много с ней учил всякого, вот пожинаю плоды комбинаций этих стихов.

— Ты такая умница, Анечка, — нежно произносит Нина, — тебя кто учил стишкам?

— Папоська! — яростно верещит Пупси, а я победоносно улыбаясь. Вот так вот, папина школа, папа учил.

Нина подозрительно смотрит на меня, затем на Аньку.

— Я еще и крестиком вышивать умею, и готовить тоже, а и погладить могу. И знаешь что? — выдерживаю драматическую паузу. — Посуду мою! — резко бросаю, отчего Нина вздрагивает и начинает хохотать.

— Это база же…

— Это роскошество вообще-то, не каждый мужик умеет. Так что ты долго не думай, а то украдут…

Пупси увлекается своей игрушкой и затихает, вот это удачно складываются обстоятельства.

Мы паркуемся возле любимой кофейни моей дочери. Она другие не воспринимает, потому что только тут вкусные торты. ТОЛЬКО. Поверьте мне, мы были много где.

Доча оживает, и мы высмаркиваемся из машины.

Кафе с открытой витриной тортов — мой частный ад. У Пупси глаза стали размером с спутниковые тарелки: «толт!» тут, «толт!» там. Я врубаю режим переговорщика: один «толт», одно мороженое «не сегодня», и компот — по рекомендации Нины. У Ани вчера была температура — я бы не додумался. А эта умница заметила и кивнула баристе: «компот».

Мы садимся за столик у окна. Пупси шуршит ложками и шепчет свой детсадовский рапорт: «сначала толт, потом компот, потом я мамо…» — заедает, вцепляется взглядом в Нину. Я делаю ей предупреждающий «папоськин» взгляд. Не сегодня, солнце.

— Значит, спецназ, — произносит Нина уже спокойным голосом, когда Аня занята битвой с крошками. — И вы… много дерётесь?— указыавает на мой бланш.

Ну бланш и бланш.

— Мы «много разговариваем», — хмыкаю. — Иногда собеседник устойчивый. Иногда — как желе.

Она не смеётся. Смотрит на пластырь и, кажется, чуть морщится. У нас у обоих ожин и тот же торт “Эстархази”, а у Пупси “Шоколадный наполеон”

— Нина, я не хулиган, я работаю. И домой стараюсь приносить только нормальные истории.

— Вчера вы принесли поцелуй, — выстреливает она так ровно, что компот во мне идёт не в то горло. — Так нельзя. Особенно при детях.