Спецотдел. Туз в рукаве (редактируется)

13 глава. Не всегда все идет по плану.

В баню я решила, как обычно, идти первой. Взяла у бабушки из комода полотенце, голубую ночную сорочку, которую мне купила мама еще в восьмом классе для ночевки в деревне, белье, шампунь, мочалку. Мыло всегда лежало в бане, в прозрачной закрытой мыльнице, чтобы мыши не погрызли.

Вечерело. Солнце, спрятавшись за облаками, готовилось скрыться за горизонтом. Стрекотали кузнечики. Они не умолкали что днем, что ночью. Слабый ветерок обдувал мое лицо, принося нежный запах бабушкиных цветов. Я шла в баню.

Она была построена у курятника. Их разделял забор. Низенькая, но крепенькая, выкрашенная в голубой цвет с белыми элементами. Железная труба тянулась к небу.

Я открыла толстую скрипучую дверь и вошла в предбанник. Там стояла желтая тяжелая лавка, табуретка, лежал коврик, а сверху находились подвешенные березовые веники. Повесила вещи и полотенце на крючки, разделась и пошла мыться в адское пекло.

Сначала все было нормально. Да, жарковато, но ничего особенного. И уже ополаскивала волосы, когда почувствовала неясную слабость. Не обратила на нее внимания, собрала волосы в пучок. Вышла в предбанник. Натянула неслушающимися руками ночную сорочку.

В глазах потемнело, стали плясать мушки. Я перестала слышать стрекотание кузнечиков. Появилось чувство, словно меня поместили в банку. И иногда казалось, что кто-то меня зовет…

Откуда-то дунул свежий холодный воздух. Он начал прогонять противных мушек, которые плясали перед глазами, тьму, мешающую видеть. Но слабость не прогонял. Я потихоньку начала понимать, что вокруг происходит.

Я на коленях. Сижу на коврике. Рядом невесть откуда взявшийся Ник. Он придерживает меня за плечо и зовет.

Заметив, что я прихожу в себя, Ник спросил:

– Ты как? Это было видение или обморок после бани?

– Второе… – пролепетала я.

– Встать сможешь?

– Наверное.

Смогла. С помощью Ника. Он довел меня до дома. И по пути поведал:

– Татьяна Тимуровна рассказала, как ты иногда падала в обморок в бане. Ну, я решил проверить на всякий случай.

– Да, бывало такое, если мне слишком жарко… Бабушка говорит: это из-за моего пониженного давления.

В доме Ник посадил меня на диван, стоящий на кухне, налил воды. А тут и бабушка с дедом прибежали вызнать, что случилось.

– А чего дверь не открыла в предбанник? – спросил дед после краткого рассказа Ника. – Я же говорил тебе всегда открывать дверь и задвижку на печи.

– Чтобы вам жара осталась…

– Надо было последней идти! – воскликнула бабуля. – Вечно у тебя, Ада, все не слава Богу. Да и кому жару надо, поддали бы пару.

Дед улыбнулся:

– А хороший у тебя напарник, за ним как за каменной стеной, а? Джигит!

Я поморщилась:

– Дед, ты опять? Мне и так плохо, а ты начинаешь…

– А что начинаю? – он вскинул брови. – Правду говорю! А ты ложись, отдыхай. Таня тебе постелила в спальне.

– Вдруг вам тоже плохо станет?

– Мы не из теста сделанные, а из кремня! – Дед ударил себя в грудь. – Мин кыз түгел![1]

Бабушка нахмурилась:

– Мужик нашелся! Говорила тебе, сильно не топить!

– Да ладно, бабуль, не ругайся. Я уже два раза была в банях, мне плохо не становилось. Не думала, что вновь упаду в обморок.

– В каких банях?

– На работе.

– Ты в полиции работаешь или где?

– Вот именно, что в полиции. По командировкам затаскали. Один раз в частный деревенский домик поселили, где удобства на улице. Второй раз в бане убийцу ловили.

Бабушка перекрестилась. Ладно, отговаривать от такой работы не начала, и на том спасибо.

Меня проводили всей толпой до комнаты, уложили в кровать. Бабушка укрыла меня по самую шею одеялом, Ник поставил на прикроватную тумбочку стакан воды. Дед пожелал приятных снов. Время было восемь! Какой сон? Но я промолчала. А когда дед и бабушка вышли, попросила Ника принести телефон. Он принес.

– Ты как? – спросил еще раз, садясь на край постели.

– Да что мне будет? Я в обморок чуть ли не каждый день падаю.

– Печальная у тебя участь…

– И ничего не печальная! Печальная была бы, если бы я не ступила на путь магии. Вот ты печалишься, что на такой страшной и опасной работе работаешь?

– Нет.

– Почему?

– Потому что мне она нравится. Я всегда хотел быть полицейским и ловить преступников.

– Вот, – кивнула я. – Со мной та же ситуация. Только я всегда мечтала магичить. Быть и ведьмой, и колдуньей. А не просто, как моя мать и бабушка, ведьмами. То, что я помогаю в поимке преступлений, повышает мое удовольствие. Я приношу пользу людям. Правда, приношу! У меня от этой мысли эйфория!

– Я понимаю, – улыбнулся Ник. – Помню, как поймал своего первого преступника… Я был не в себе очень долго. Чувствовал, будто могу свернуть горы! Радовался. Улыбка с лица не сходила. И даже не раз снился тот момент, когда я его поймал. Понятное дело, работал над тем делом не я один, но я ведь внес свою лепту!