Спецотдел. Туз в рукаве (редактируется)

25 глава. Печать приворота.

Маруси дома не было. На холодильнике висела записка: «Я с Ромой, не теряй». Могла бы и сообщение отправить...

Я сразу же переоделась в домашнюю футболку длиной до середины бедра. Платье мое было, конечно, прекрасно, но по комфорту с домашней одеждой ничто не сравнится. Тем более, не хотелось бы шерсть Марка оставлять на красивой ткани.

Ник плюхнулся на мою кровать, заправленную пледом, потому что Маруся не убрала свое постельное белье с дивана. Я кинула на кровать свой блокнот и села рядом. Волнение охватило меня. Он увидит мои рисунки! Все! Те, что он мельком видел во время наших командировок – не считаются.

На первых страницах была всякая ерунда. Зарисовки лавок, деревьев, озер, братика, лесного духа. А уже дальше пошли зарисовки с того момента, как я стала работать в полиции. И первым рисунком были руки Ника на руле.

– Это что? – удивился он.

– Не видишь? – съязвила я.

– Они мои?

– Угадал.

– Это первый день нашего знакомства?

– Да.

– Ты тогда говорила очень странные вещи.

– И ты подумал, что я странная?

Ник улыбнулся, взглянув на меня:

– Если честно, да. Но не просто странная, а очаровательно странная.

– У странности есть еще классификации?

Ник листнул дальше.

Я зарисовывала все – дома, дороги, парки, полицейские участки, людей. Почти все, что видела. Чаще всего я видела, конечно же, Ника. Поэтому он появлялся чуть ли не через каждый листок. Его портретики, несколько изображений в полный рост, Ник со спины, Ник забавно спит. С каждым рисунком лицо напарника становилось все более ошарашенным.

– Понимаешь, почему показывать не хотела? – спросила я, плавая в волнении.

– Понимаю. Но если бы я увидел рисунки до этого момента, я бы раньше понял, что мои чувства взаимны.

– Какие чувства! Я все это рисовала из-за твоей внешности!

Удивительно, но в моем голосе прозвучала фальшь, которой я сама удивилась. Нет. Не может быть! Не может быть, что я в него влюбилась, сама не заметив. Разве я влюблена? Нет. Это чувство иное. Я не знаю, как его назвать, но это не влюблённость точно. Определенно!

– В твоих глазах опять страх, – заметил Ник. – Успокойся. Не были взаимны чувства, и ладно.

Я нервно сжала ткань футболки:

– Не уверена, что не были взаимны... Я вообще ничего не понимаю! И не хочу понимать.

– Можем и не анализировать, когда чувства появились. Какая разница? Сути это не поменяет. Но, если честно, ты вызвала у меня не просто дружескую симпатию еще в первый день. Только я понял это лишь спустя время.

Может, и Ник вызвал у меня не просто дружескую симпатию в первый же день? Почему я изначально позволяла ему прикасаться ко мне, а потом еще и брать такую важную вещь как телефон?

«Раньше ведьмы с ходу все схватывали, а до тебя все доходит так, будто ты не на земле находишься, а в небесах летаешь», – донесся до меня голос домового.

– Замолчи! – воскликнула я.

Ник удивлённо округлил глаза.

– Я не тебе. Матей, откуда ты знаешь, как до ведьм раньше все доходило? Тебе лет-то сколько?

«Напоминать о возрасте невежливо».

Я буркнула:

– Вежливый нашёлся! А ну иди сюда! Сейчас твой нынешний облик для Ника зарисую.

«Пусть тут заночует, я к нему в сон приду».

– Ещё чего. Куда мы его положим? На кухню, на табуретку? Или ты Мусю собрался выселить?

«А чего ее выселять? Сама скоро съедет, уже чемодан вещей увезла».

Я поразилась. Что значит «чемодан вещей увезла»?

Подскочила с кровати и открыла сторону шкафа с вещами Муси. Полки были пустыми. Лишь на одной лежала пара футболок и шорт.

– Что такое? – спросил Ник.

– Маруся, видать, лыжи отсюда навострила. И мне не сказала!

– Ты не знала? Мне Рома сегодня написал, что Маруся потихоньку к нему вещи перевозить начала.

Я ее прибью! Я, значит, сообщила ей такую новость как начало отношений с Ником, а она о переезде нет!

«Не злись на нее, она не хотела, чтобы твои мысли занимала в такой момент. Она желает тебе счастья».

Понятное дело, что счастья желает. Это же Муся.

Я вздохнула, опускаясь на кровать. Взглянула на Ника, который смотрел на меня.

– Что сидишь? Листай дальше, – сказала ему.

– Ты отлично рисуешь.

– Не преувеличивай мои способности. Эти зарисовки ручкой – ерунда, красками выходит в сто раз хуже.

– А ты не преуменьшай свои способности.

За окном стремительно темнело. Я почему-то не хотела, чтобы Ник уходил. А он и не собирался, судя по всему. Мы включили какой-то фэнтезийный сериал на ноутбуке и сели его смотреть. Уже на второй серии я вырубилась. И, кажется, моя голова опустилась на плечо к Нику. Мне стал сниться странный сон. Моя квартира, домовой на холодильнике, в ванной капает кран, Марк спит на подушке Муси, я... я лежу на плече Ника, а он смотрит сериал. И чем дольше я со стороны смотрела на нас, тем все быстрее вокруг нас появлялось какое-то сияние. Мое сияние было очень ярким, белоснежным. Сияние Ника намного тусклее. И среди этого сияния я увидела темное бардовое пятно, которое тянулось от сердца к голове. И пульсировало, мерзкое. Оно напоминало и желе, и резину одновременно. Запахло розами. Гнилыми розами. Я подплыла к нам ближе. Ник посмотрел на спящую меня. Улыбнулся и поцеловал мой лоб. А потом вновь уставился в ноутбук. Я подплыла еще ближе. Запах гнилых роз стал сильнее и слаще. Мерзкое пятно плотно въелось в сияние Ника. Оно выглядывало из небольшого бардового разреза на энергополе. Это вызывало у меня отвращение и страх за Ника. Как он живет с этой дрянью?!