Спёр? Теперь женись!

Пролог

После первомайских каникул студенты возвращались в университет с таким же энтузиазмом, как пациент в кабинет стоматолога. Ничего не изменилось: те же облупленные парты, те же унылые плакаты на стенах и те же преподаватели, жаждущие крови. Особенно в первый день – они словно с цепи срываются, устраивая проверки, чтобы насладиться долгожданной тишиной

Три дня второкурсники наслаждались свободой, а теперь сидели в аудитории, пытаясь вспомнить, как держать ручку и зачем они вообще сюда пришли. Преподаватель, лучась злорадной улыбкой, разложил на столе стопку проверочных работ – словно мясник, выбирающий свежее мясо.

“Какие студенческие стоны действуют против преподавателя?” – мысленно усмехнулись студенты. “О, конечно, все эти ‘ой, я забыл’, ‘у меня кот умер’ и ‘бабушка заболела’ – преподаватели просто в восторге от таких оправданий!”

Не прошло и пяти минут с начала пары, как по коридорам прокатился звук, похожий на смесь воя раненого медведя и скрежета металла по стеклу. Студенты, позабыв про все запреты, начали переглядываться, как заговорщики, пытаясь выяснить, что же произошло.

“Не отвлекаемся!” – прогремел голос преподавателя, похожий на раскат грома. Студенты, закатив глаза так, что были видны только белки, вернулись к своим листочкам – точнее, к их созерцанию, поскольку писать никто не собирался.

В этой гробовой тишине, нарушаемой только тяжкими вздохами и шелестом бумаги, дверь аудитории внезапно распахнулась. На пороге появился Антон – местная знаменитость, племянник ректора и главная головная боль всего преподавательского состава. Обычно самоуверенный и наглый, сейчас он напоминал Шрека после неудачного свидания – зеленый, с выпученными глазами и выражением лица, словно он только что увидел привидение.

“Что-то случилось”, – подумали студенты, оживляясь. “И это что-то явно интереснее контрольной!”

Полина застыла, как статуя, не в силах оторвать взгляд от своего бывшего парня. Несколько дней назад они расстались, и сейчас, увидев его преображенный вид, она едва удержалась от изумленного возгласа. Будь он в обычном виде – можно было бы подумать, что пришел мириться. Но не сейчас…

— Ты! — прорычал он, делая угрожающие шаги вперед.

— Я, — невозмутимо кивнула Латифа, подруга Полины. (О да, имя у нее было что надо – результат того, что беременная мать засматривалась сериалов до полного умопомрачения.) — Решил поприветствовать мою персону?

— Допрыгалась, малявка!

— Климов, вы в своем уме?! — взвился преподаватель, нервно поправляя галстук. Все знали: стоит Антону появиться в аудитории – и прощай, спокойная пара. Этот бандит был способен превратить любой урок в хаос.

— Немедленно покиньте аудиторию!

— Я никуда не собираюсь, и прыгать не планирую, — ехидно усмехнулась Латифа, демонстративно игнорируя крики преподавателя. Климову всегда было плевать на подобные угрозы, а ей что? Молчать? — А ты, смотрю, решил карнавал устроить. Зеленый, как Шрек после неудачного свидания. Решил устроить показ мод? Могу сказать – выглядишь аутентично! Прямо как из мультика!

По аудитории прокатилась волна сдавленного кашля – студенты пытались скрыть смешки, боясь попасть под горячую руку Антона.

— Блаженная, тебе конец! — прорычал он, склоняясь к девушке, его лицо исказилось от ярости. Резким движением схватил её за руку и рывком поднял на ноги.

— Климчатка, это тебе конец! — процедила Латифа, в её глазах вспыхнул вызов.

— Посмотрим! — прошипел он, одним ловким движением закинул её на плечо и, игнорируя ошарашенную тишину, направился к выходу.

В аудитории повисла такая тишина, что было слышно, как падает булавка. Студенты переглядывались, гадая, чем закончится эта странная сцена, а преподаватель, потеряв дар речи, лишь беспомощно смотрел вслед удаляющейся парочке.

— Климов, немедленно верните на место студентку Баженову! — истошно завопил преподаватель, выскочив в коридор, словно пробка из бутылки.

— Как только научу её уму-разуму, так сразу и верну! — проревел в ответ Антон, крепче сжимая ноги брыкающейся девушки. Блаженная сегодня перешла все границы, и теперь ей придётся ответить за свои поступки.

— Отпусти меня, придурок! — Латифа молотила его по спине с яростью разъярённого хомяка. Но какой там – это же Климов собственной персоной, тот самый нахал и бандюган, который никогда никого не слушает! — Климов, я тебя на атомы разнесу, если сию секунду не вернёшь меня на место!

— Кишка тонка, мелочь пузатая, — ухмыльнулся он, даже не думая замедлять шаг.

— Климов! — взвизгнула она, пытаясь достать его пятками до подбородка.

— Слушаю, Блаженная, — издевательски протянул он, не сбавляя темпа.

В коридоре уже начали собираться зеваки – студенты, привлечённые необычным зрелищем. Кто-то доставал телефоны, готовясь запечатлеть исторический момент, кто-то делал ставки, чем закончится эта сцена.