Спичка и Топливо

9. Уилл

Сегодня он совсем не хотел появляться в школе, но что-то заставило его всё же пойти туда. Он поддался настойчивому чувству и не пожалел об этом. Из-за усилившейся головной боли ему сложно было сконцентрироваться на дороге, потому пришлось оставить машину в гараже и пройтись пешком. Но его страдания окупились обилием новой информации, которую он получил. Да, он не узнал никаких особых фактов, однако уловил столько чужих движений, отрывков фраз и эмоций, что у него появилось много пищи для размышлений.

Конечно, главной темой для него всё ещё оставалась Элла – загадка, непонятная и чуждая, как неподдающаяся головоломка в компьютерной игре, но даже не она стала его жемчужиной сегодня.

Он чуть подкрутил свой дар, заставив всех, кроме учителей, забыть о своем существовании – ему не хотелось видеть ни восхищенных и заискивающих взглядов девушек, ни пренебрежительных взглядов парней, – потому просто присутствовал на уроках, гадая, для чего интуиция выдернула его в школу. Ответ пришёл на занятиях в спортзале, где он сидел в прохладном углу, благополучно увернувшись от всех активностей, и с потрясающим углом обзора – он видел отсюда всю площадку.

Когда какой-то парень, имени которого Уилл не помнил, схватил Эллу за руки и потащил на площадку, он хотел было воспротивиться, но не стал. Во-первых, не стоило обнаруживать так явно своё присутствие. Во-вторых, ему стало интересно – между Эллой и тем парнем, имени которого Уилл не хотел вспоминать, явно что-то происходило. Он наблюдал, ловил их взгляды, анализировал жесты, мимику, и обнаружил себя посреди зарождавшейся обоюдной симпатии. То, что он видел, ему не нравилось. Следовало оборвать эту связь, пока она ещё непрочно дрожала между ними. Он попробовал снова подступиться к сознанию Эллы, и в этот раз ему удалось больше, чем в прошлый, но он снова ничего не увидел. Черноты и преграды, заступившей дорогу, уже не было, но её сознание отличалось от других – теперь казалось туманом, в котором ничего не было видно.

Уилл попробовал шагнуть вперёд, но не разглядел даже собственных ног, не понял, где оказался – то ли на берегу, то ли где-то ещё, – и поостерёгся идти дальше – он не нырял в чужое сознание, когда не был уверен в своих силах. Здесь явно творилось что-то странное, и следовало собрать больше информации, прежде чем начать влиять на Эллу. Пока он размышлял, ситуация на площадке изменилась, напоминая ему, что он всё же не был богом этого города, хоть и заставил всех подчиняться своей воле.

Безымянные парни сцепились, как дикие звери, и подрались бы, наверное, если бы один из них не сбежал. Грубость всегда казалась Уиллу чем-то диким и вульгарным, он предпочитал действовать тоньше. Этим ему Спичка и не нравился.

Спичка?

Уилл нахмурился и продолжал смотреть на пустеющую площадку, пока ученики разбредались по раздевалкам после слов учителя. Чужое имя само собой всплыло в голове, хотя Уилл о нём не задумывался и не пытался вспомнить нарочно. Это ему не понравилось тоже, но заставить себя забыть это имя он уже не мог. Уилл боролся с собой всё то время, что шёл к кабинету директора – подслушать разговор с ним будет не лишним, – и старался затолкать постоянно всплывавшее имя подальше в воображаемый ларец. Такие вещи в собственной голове были припасены у него для каждого жителя города, чтобы складывать туда интересные или неугодные ему факты. Но упёртое имя не сдавалось.

Уилла передёрнуло, когда из-за поворота его окатило волной чужой злости, и он оставил своевольное имя в покое, позволив ему присутствовать в памяти наряду с именем Эллы. В конце концов, о врагах тоже следовало помнить. Быть под воздействием чужого дара оказалось для него в новинку, и совсем не приятно, потому Уилл поспешил окутать себя собственным, что потребовало немало сил, но зато открыло доступ к любопытной картине. Под дверью кабинета сидели всё те же персонажи, и что-то выговаривали друг другу. Они уже не пылали жаждой убийства, но смотрели всё равно недобро, и Уилл остановился неподалёку, желая посмотреть, чем кончится дело.

Он намеренно задержал директора, послушно застывшего в коридоре с телефоном в руке, чтобы дать тем двоим поговорить. Благодаря этому он выяснил, что между двумя друзьями всё было не так уж и гладко, и то, что несмотря на все старания, его подарок у Энди всё-таки нашли раньше времени.

Уилл всегда был стратегом, что бы ни говорил его отец, и умел просчитывать события на несколько шагов вперёд. Для каждого жителя города у него была наготове роль, вот и у Энди была своя, только реквизит обнаружили преждевременно. Какая досада. Но ничего страшного, всё равно он заставил Энди забыть, от кого она получила брелок. Для этого ему даже не пришлось никуда залезать – дорогую безделушку когда-то купила его мать, но так им и не воспользовалась. Он просто передарил его Энди за какую-то услугу, о которой уже давно забыл, но девушка, видимо, не избавилась от его подарка, а он забыл приказать ей это сделать. Может, стоило? Или всё же сейчас данная деталь готова была сыграть ему на руку?

Зато он выяснил, что Спичка, этот упёртый, наглый Спичка, всё-таки забрался в Атлантиду. Значит, и про Антарктиду слухи могли быть не беспочвенными. Следовало подумать на досуге, как разыграть карту с брелком, хотя в теории он уже представлял, что можно было сделать. Оставалось лишь обдумать детали. Жаль, что у него не было под рукой кого-нибудь, кто мог управлять временем. Уилл бы отмотал его на несколько лет назад, к моменту, когда Спичка попал в Клетку, и не позволил бы ему выйти из первой же драки победителем. Его ошибка – не рассмотрел в уже тогда высоком щуплом пареньке угрозу, в которую он превратится пару лет спустя. Но он и Эллу как-то упустил... Он немного злился на себя за это – всё выглядело так, будто до прошлой недели она вообще не существовала. Либо каким-то образом скрывала себя от его взора. Он остановился – что, если Элла специально пряталась от него всё это время? Раскусила его? Хотела пойти против? Нет, это было маловероятно. Она не выглядела той, кто мог бы строить далеко идущие планы.