Спичка и Топливо

10. Элла

Её всегда удивляло, что учебники они вынуждены были сдавать до того, как кончится отведенное на учёбу время. Чем старше Элла становилась, сколько ни спрашивала мнения одноклассников, а также брата, закончившего школу раньше, так ни от кого и не добилась объяснений этой системе. Наверное, следовало спросить самих учителей, но подходить к ним с какими-либо вопросами не хотелось совершенно, потому оставалось только теряться в догадках. Учебники надлежало сдать до конца первой недели июня, хотя некоторые учителя и пытались настаивать на их наличии на своих занятиях вплоть до конца второй. Никто их, естественно, не слушал, потому что библиотекари, о существовании которых вся школа забывала сразу после получения учебников в начале учебного года, становились важными персонами в его конце – когда их маленькую цитадель осаждали толпы учеников, желающих от учебников избавиться. Желательно было сделать это сразу, сдав весь комплект – так вероятность забыть что-либо значительно уменьшалась.

Дальше оставалось вытерпеть только разбор ошибок с тестов и экзаменов и доползти до долгожданного финиша и заслуженных каникул. У Эллы к каникулам прибавлялся и день рождения, но, глядя на толпу, заполонившую всё видимое пространство, она уже не думала, что переживёт этот день и встретит свой шестнадцатый день рождения.

Им повезло занять места в пустующем классе рядом с библиотекой – не хотелось даже думать о том, каково было остальным, кто варился в температуре школьного коридора, сидя кто где придется, терпеливо ожидая своей очереди. Учеников было очень много, и двое библиотекарей, ошалевших от их наплыва, работали не покладая рук, но всё равно не могли справиться с потоком.

В конце концов, после многочисленных споров, кто за кем стоял или не стоял, всем ученикам были розданы самодельные бумажки с номерами, которые угоревшие под конец второго десятка библиотекари выкрикивали усталыми голосами.

– Я думала, что от количества учебников пополам сложусь. Такая жара, а тут ещё тяжести тащить! – простонала Энди, роняя голову на скрещенные на столе руки.

Аналогично, – подумала Элла устало, глядя на башенку учебников, стоявших на столе рядом с ней. Ей было так жарко, что даже мысли ворочались в черепной коробке с трудом.

С Энди они познакомились недавно, на обеде – так вышло, что в один из дней все столики в столовой оказались заняты, и, поискав глазами в толпе свободное место, она направилась прямо к ним. Элла только успела удивлённо моргнуть, когда девушка присела рядом с ними, смешно наморщив нос:

– Вы же не против, если я присяду? – Элла оглянулась на Грету, но та только дёрнула плечом, продолжая жевать свой обед, и Элла сделала вывод, что подруга не возражала. Было всё ещё странно считать Грету подругой, но по-другому называть её она уже могла.

Так Энди, оказавшаяся довольно простой и приятной в общении девушкой, влилась в их небольшую компанию. Потом, когда Энди начала что-то рассказывать и извиняться, Элла поняла, что та была сестрой парня, который запустил в неё мячом на занятии по физической подготовке. Элла бы подумала, что Энди подсела к ним только из-за того, чтобы извиниться, пусть и бесчисленное количество раз, но та вела себя так естественно, хоть и немного нервно, что Элла в конце концов растаяла под напором чужих извинений. Энди было ужасно неловко, за брата и уже за себя, что она решила извиниться, и продолжала извиняться за извинения, а Элла, чтобы остановить этот поток, поспешила уверить её, что всё было в порядке.

– Уже почти лето, а тут такая толпа, – Энди продолжила кидать в пространство очевидные факты, снова обмахнулась одной из книг и в который раз поправила копну кудрявых волос. Она уже успела сообщить, что не захватила из дома ничего, чем их можно было заколоть, а собранные сами по себе, они быстро рассыпа́лись. Грета с Эллой были бы рады помочь, но тоже с собой ничего не брали, потому им оставалось только грустно смотреть на мучения девушки. – Мы точно все успеем пройти? – Энди со вздохом посмотрела на свою бумажку с номером и запихнула ее обратно в карман коротких шорт. Обычно такой вид в школе не приветствовался, но сейчас было внеурочное время, и никто из учителей, которых даже не было в коридорах, не пенял им на то, как они выглядели.

– Скажи спасибо, что у тебя хотя бы не трехзначное число, – пробормотала Грета, разглядывая свои ногти на правой руке. Она сидела, закинув ноги на стол и даже не сбилась с дыхания, пока тащила учебники. Ах, ну да. Она же всю эту стопку одной левой несла. В такие моменты Элла ей очень завидовала. Рассматривание знакомого узора на ногтях вскоре наскучило и Грета огляделась вокруг, потянулась, обнажая впалый живот. – Духота, кошмар, – бросила она, ни к кому конкретно не обращаясь. – Сейчас бы чего-нибудь прохладного...

– А ну расступитесь! Боб угощает! – раздалось неподалеку от них, и Элла удивленно подняла глаза. Спичка, незнакомый парень с тёмными волосами, которого она иногда видела на занятиях по математике рядом с ним, Эдди и ещё несколько человек, которых Элла не узнавала, прокладывали путь в толпе, как подоспевшее на подмогу свежее воинство. Каждый из них тащил по ящику с напитками, от которых даже на расстоянии веяло прохладой. Появление такой поддержки было встречено одобрительным гулом, однако раздача напитков не началась, пока процессия не остановилась рядом с Эллой, Гретой и Энди. Незнакомый парень протянул Грете бутылку, которую та сразу же приняла. Эдди, как-то недобро посмотрев на Эллу, будто она сделала ему что-то плохое, подошёл к сестре. Та, не замечая его хмурого выражения лица, просияла и жадно сделала глоток, когда брат открыл для неё бутылку.